Чтение онлайн

Толпа встретила своего героя могучим ревом. Джовиб подбросил опустевшую кружку в воздух правой рукой и ловкой поймал у себя за спиной — левой, в знак того, что, несмотря на все испытания, все так же ловок, как раньше. Болельщики издали дружный вздох восхищения. Послышались даже аплодисменты. Сумах в своем углу не сумел скрыть ностальгичной улыбки и с тихим восторгом покачал головой.

Но никто не безупречен: со временем молодецкой удали у Ориона поубавилось, и толпа скоро оставила своего героя отдыхать на скамеечке за одним из столов в надежде, что он вернется к веселью попозже.

Тогда Сумах покинул свое укрытие, неспешно пересек зал и сел напротив Ориона.

— Здравствуй, герой, — сказал он с добродушной усмешкой.

— Здравствуй, — ясным голосом ответил Орион. Пьяным он не выглядел нисколько; усталым, разве что… — Ты что здесь делаешь?

— Да так… проезжал мимо, решил завернуть на праздник, — небрежно ответил Сумах, даже не пытаясь придать фразе правдоподобное звучание. — А ты, смотрю, нашел то, что искал?

— Нашел, — отозвался Орион беззаботно. — На том тебе спасибо.

Взгляд у парня с каждой минутой становился все более отсутствующий. Черный эль неопытного валит с ног сразу, а опытного корежит постепенно. Даже если тот умудряется сохранить здравый ум при любом количестве спиртного, то после черного эля у него затуманится взгляд, потом собьется речь… и так далее, и так далее… Надо признать, в любом питейном поединке победитель всегда один и тот же: черный эль.

— Пьешь ты лихо, не пьянея, — заметил Сумах и добавил задумчиво: — Почти, как я… Это у нас семейное, должно быть…

— Не… п… понял… — запнувшись, произнес Орион. Так, речь начала ломаться. Еще чуть — и рухнет под стол, как недавно его приятель, которого подвела хваленая файзульская выносливость.

— Давай хлебни, — Сумах протянул парню стеклянный пузырек, даже в густом душном воздухе праздничного зала распространявший запах аптеки. — Глотни-глотни. А потом поговорим.

Орион выпил пузырек полностью — один глоток в нем как раз и был…

И тогда безобидная с виду прозрачная жидкость, имеющая вкус микстуры от кашля, сотворила с ним то, чего не сумел даже черный эль: ударила в голову так, что перед глазами поплыли кровавые круги. Не в силах ни двинуться, ни произнести что-либо, Орион беспомощно уронил голову на руки. В беспамятстве он пробыл от силы пару минут, но перед мысленным взором время изогнулось уродливой кривой спиралью и показалось не то часами, не то неделями.

Стоило заставить себя открыть глаза, как наваждение прошло само собой. Орион шумно выдохнул — воздух, вышедший из легких, оставил во рту привкус каких-то сладких специй. Не веря самому себе, Орион выдохнул еще раз — в кулак и принюхался. Так и есть: специи…

— Я дал тебе антидот, — терпеливо пояснил Сумах. — Он действенен против самых распространенных ядов, включая алкоголь. Это тоже яд, знаешь ли. В черном эле его действие усугубляет еще несколько десятков разнообразных продуктов брожения лепестков рамниру. Антидот этот замечателен тем, что он переводит все это в нетоксичные летучие вещества, которые тут же выводятся через легкие… — Сумах принюхался, раздувая ноздри. — Хм… пахнет, как размолотые семена горной диадемы, собранные в середине осени…

Орион невольно состроил озадаченную гримасу. «Трезв, как стеклышко, — мысленно оценил Сумах. — Ну и шустрый же обмен веществ у тебя! Обычно антидоту требуется пара часов…»

— Так ты мне не ответил… — деликатно кашлянув, сказал Орион, заметив, что собеседник увел разговор за тридевять земель от темы. — Зачем ты, все-таки, нашел меня?

— Вообще-то первым меня нашел ты, — парировал Сумах, забавляясь. — И я тебя не спрашивал, зачем.

— Я просто помог тем, кто оказался в беде, — пожал плечами Орион. Шутки он не принял.

— Понимаю. Кодекс Сохраняющих Жизнь… Судьба — странная штука, — Сумах задумчиво повел рукой. — По всем мыслимым законам мы с тобой не должны были встретиться… — оборвав лирическую ноту, он посмотрел прямо в глаза собеседнику; очки уже давно лежали на столе, и ничто не скрывало жутковатые красные радужки. — Орион Джовиб, названный в честь Ориона, сына звезд!.. Мне не так повезло с именем. В моей семье я третий сын. Потому мне дали обычное имя, а Орионом и Зигой назвали моих старших братьев. Фамилии у нас с тобой тоже разные: тебе досталась та самая, легендарная: часть названия корабля, ушедшего в Фееру. А я — обычный Даргбис, каких много на мирумирском побережье… — он помедлил; подпер кулаком щеку; постучал по столу костяшками свободной руки… — Я твой родич, Орион.

Джовиб удивленно моргнул… кажется, не зря Сумах с первой встречи был симпатичен ему: черты белого, как мел, лица были в чем-то схожи с его собственными, особенно разрез глаз: говорят, именно такой был у возлюбленной Зиги-Зиги — Мералли. Сумах унаследовал от нее куда больше, чем Орион, которому достался широкий, почти квадратный подбородок прародителя.

— Я тебя сразу узнал, — сказал Сумах. — Ты просто копия Зига. Сам посмотри…

С этими словами он протянул Джовибу древний кристалл изображения. (Эти кристаллы редки в известном Омнисе. По структуре они напоминают музыкальные, но вибрируют с несколько другой магической частотой). Одну из граней кристалла зачищают, и ее нужно приблизить к глазу, чтобы увидеть объемную картинку, замурованную внутри.

На нее Орион смотрел очень долго, с волнением и чувством нереальности происходящего… Сияющее нутро кристалла навеки запечатлело Ориона, сына звезд, Зигу-Зигу, до сих пор самого знаменитого пирата в Омнисе… они улыбались, такие похожие в своей веселой самоуверенности; похожие, как бывают похожи друзья, многое пережившие вместе. И между ними, положив тонкие руки им на плечи, стояла Мералли. Легкая, изящная, с ореолом пушистых кудрей, собранных в затейливую прическу на голове, она улыбалась, но в синих, как море, глазах навеки осталась светлая грусть.

У нее не было ничего, кроме этих двоих — человека и сына звезд. Она была подобна деве, рожденной из морской пены, ибо не помнила, кто она и откуда. Возможно, ей действительно нечего было вспоминать, и ее породило море?.. И для чего так печальна оказалась ее судьба?..

…Орион Джовиб почувствовал, что глаза защипало: кажется, он слишком долго смотрел в кристалл, не моргая…

— Это семейная драгоценность, — сказал Сумах. — Говорят, Мералли отдала этот камень своей дочери, а та своей, и так далее. Но в моей семье дочерей не было. И сам я владею камнем единственно потому, что я последний… но это долгая история… и невеселая. Тем не менее, — он усмехнулся, — вижу, впечатление камень на тебя произвел.

— И все же я не понимаю, зачем ты нашел меня… — покачал головой Орион, возвращая камень.

— Чтобы позвать с собой, — положив локти на стол, Сумах приблизил свое лицо к лицу собеседника. — Я решил повременить с этим там, в Таммаре, потому что знаю, что думают Сохраняющие Жизнь о долге… Теперь же ты нашел то, что искал. А значит, ты свободен…

Орион промолчал, опустив глаза.

— Признаюсь честно, я пират, — продолжал Сумах все настойчивее. — Я иду путем Зиги и ничуть не жалею об этом. И зову тебя с собой. Ты Джовиб. Ты Орион. И заслуживаешь лучшей участи, чем выполнять сомнительные задания в Ничейной Земле. Я сделаю тебя капитаном и обучу всему, что знаю сам.