Чтение онлайн

«Твою же бога душу мать! Она что, меня почуяла?» – промелькнуло в голове.

– Тебе показалось, Лесенька, – как можно спокойнее ответил я.

– Странно, – нахмурилась она. – Вика тоже говорит, что ничего не слышала, а у меня было полное впечатление, будто ты меня зовёшь и… одновременно по голове гладишь. Неужели опять?.. – теперь в глазах девушки отчётливо читался страх. – Лёша, может, с папой на эту тему поговорить?

Я не сразу сообразил, какого именно отца она имела в виду, и поэтому ответил после небольшой паузы:

– Да, Леся, я действительно тебя звал. Только не голосом. Присядь. – Я указал ей на кресло, стоящее напротив.

И внутренне собрался – другого выхода, как просто сказать часть правды, я просто не видел… Иначе очень близкий мне человек может просто сойти с ума.

– Леся, расслабься. – Я посмотрел на напряжённую девушку. – Сейчас ты меня должна почувствовать.

Темп, настройка и посыл с эмоциями нежности и восхищения…

– Ой! – вскрикнула она и заулыбалась. – Лёшка, так ты колдун?

– Как и ты, Лесенька, – кивнул я, сохраняя серьёзное выражение лица.

– Ты же так шутишь, да? – Я отрицательно помотал головой. – Как и я? – глаза девушки стали круглыми. – Так значит, папа тогда говорил правду?

– Да, Лесенька, видимо, папа говорил тебе правду, – опять кивнул я. – И это совсем не шутка. Просто твои способности стали просыпаться. Будь, пожалуйста, первое время очень аккуратной. – И добавил в голос строгости: – Сейчас мы с тобой этот вопрос обсуждать не будем, завтра я приглашу пораньше Виталия Борисовича, и мы вместе с ним поговорим на эту тему. Ты меня услышала, Алексия?

– Да, Лёша. – Она совсем растерялась. – И… что мне сейчас делать?

– Заниматься подготовкой к завтрашнему празднику. – Я улыбнулся. – И ничего не говорить Вике. Не надо пугать нашу с тобой боевую подругу. Хорошо?

– Хорошо, – очень неуверенно протянула девушка. – Леша, а я смогу… как ты… делать? Ну… колдовать?..

– Алексия! – строго сказал я.

– Все, молчу, – девушка встала с кресла и направилась в сторону двери. – Но завтра вы мне с отцом всё расскажите!

– Можешь не сомневаться, – заверил я её.

Перед самым ужином приехали мои братья. В очередной раз выдав им лайт-версию вчерашнего и выслушав их очередные восторги с очередными же «жалобами» на то, что «жизнь проходит мимо», передал сегодняшний разговор с дедом и отцом.

– Леха, спасибо огромное! – хлопнул меня по плечу Александр. – Вовек не забудем! Может, и поедем с тобой на границу, тем более что мы с Колькой в последнее время особо-то и не косячили…

– У нас с тобой и прежних косяков навалом… – хмыкнул не так оптимистично настроенный Николай. – Родичи завсегда могут заявить, мол, не едете по совокупности прегрешений… – он вздохнул. – Но будем всё же надеяться… Ладно, братики, как я понял, основная наша задача на сегодняшний вечер – это представление свету молодого дворянина Александра Петрова?

– Да, – подтвердил я. – Поможете?

– А теперь тебе, Лёха, вообще никакая помощь не нужна, – ухмыльнулся Николай. – После вчерашнего тебе все в рот заглядывать будут. Знаешь, какая самая популярная просьба к нам с Сашкой от курсантов за последние сутки? – Я отрицательно помотал головой. – Представить их великому князю Алексею Александровичу! А самый популярный вопрос? Почему великий князь Алексей Александрович, продемонстрировавший такую великолепную боевую подготовку, не учится в нашем училище? Ведь его традиционно заканчивали все Романовы по мужской линии.

– И как вы выкручивались? – улыбался я.

– Как выкручивались? – братья переглянулись. – Очень просто. Надували щёки и принимали таинственный вид. Срабатывает, Лёшка, в ста процентах случаев! Кто бы ещё дополнительных разъяснений от Романовых посмел потребовать. – Они засмеялись. – А насчёт представить их тебе, пришлось пообещать. При удобном случае… Кстати, Леха, есть у нас в училище одна компания из родовитых курсантов, ну, которые ещё с лицея дружат. Надо будет тебя с ними познакомить.

– А чего они на вечеринки света не ходят? – удивился я.

– Ходят, но редко, – хмыкнул Николай. – Они несколько по-другому увольнительные проводят. Это нам с тобой посещение этих вечеринок чуть ли не в обязаловку вменено… – он тяжело вздохнул, а Александр покивал головой.

– А мне казалось, что вас, братики, все устраивает?.. – усмехнулся я.

– Устраивает… Но иногда хочется новых впечатлений… – Николай опять вздохнул и махнул рукой. – Так что ты насчёт Петрова не переживай, на него тоже частичка твоей славы распространится – как же, лучший друг великого князя Алексея Александровича!

– Будем надеяться, – теперь уже вздыхал я.

За ужином все моё внимание было сосредоточено на Лесе. Понятно, что я это пытался скрыть, но, как мне показалось, она это чувствовала и вела себя подчёркнуто естественно – наравне с Викой подшучивала над Николаем и Александром, адекватно реагировала на их ответные шутки, делилась впечатлениями от гастролей и задавала великим князьям вопросы, касающиеся последних новостей светской жизни столицы. Со стороны Вики, Прохора и Владимира Ивановича косых взглядов в сторону девушки вроде не было, зато моё молчание не осталось незамеченным:

– А что это у нас Алексей Александрович всё молчит и вилкой в тарелке еле ковыряется? – спросила неугомонная Вяземская.

– Наболтался я уже сегодня, Викуся. И болтать мне ещё предстоит – сегодня же мы Сашку Петрова в свете представляем. – Николай с Александром подтверждающе кивнули. – Вот силы и экономлю.

– Понятно, – протянула она, шмыгнула носом и сделала вид, что вытирает слёзы. – Всё! Потерян теперь для меня художник! Не видать мне портрета! Весь талант нашего Александра без остатка достанется этим светским фифочкам!

На эту «провокацию» не повелись даже великие князья, а Прохор с ухмылкой заметил:

– А ничего, Викуся, что ты фактически сама и кинула Петрова в цепкие лапы этих великосветских фифочек?

– Да, сама! – улыбалась она. – Но все равно обидно!

На Тверскую, в ресторан «Три пескаря», мы добирались аж на шести «Волгах» с гербами Романовых на дверях: в одной я с Сашкой Петровым, во второй Николай с Александром, в остальных четырёх моя охрана, возглавляемая ротмистром Михеевым. Перед выездом Владимир Иванович сообщил мне, что «Три пескаря» по приказу моего отца и с разрешения Нарышкиных уже оцепляется дворцовыми. Делалось это для того, чтобы молодые аристократы чувствовали себя спокойно после вчерашних событий. Немного подумав, я мысленно согласился с правильностью подобных мер.