Чтение онлайн

– Никаких двух приемов, Алексей. На тебя сейчас, вон, без слез не взглянешь! А тебе ещё на учёбу ходить и домашние задания делать. Сколько завтра успеешь за один раз, столько и сделаешь.

Орлов всем своим видом демонстрировал полное согласие с моим воспитателем.

– Хорошо, Прохор, – кивнул я. – Посмотрю завтра по самочувствию. Иван Васильевич, вы все инструкции помните?

– Все, Алексей, – подтвердил он. – Мне ещё Прохор тут свои ощущения передал, пока ты спал, так что не переживай, я за бойцами прослежу. Люди у нас тут все военные, к приказам и инструкциям относятся серьезно.

– Хорошо, Иван Васильевич, – успокоился я. – Надеюсь на вас.

А уже в машине вспомнил одну важную деталь:

– Прохор, а ведь мне ещё сегодняшних поправленных завтра надо будет смотреть, проверять состояние, что тоже будет затратой сил… А поправленных с каждым днём все станет больше и больше. Так что ты прав, сколько за один раз смогу поправить волкодавов, столько их и будет.

– Вот и я про тоже, – кивнул он. – Особенно учитывая тот факт, что это все для тебя внове, нетренированное. И всех последствий этого твоего нервного и психического перенапряжения мы пока не знаем. Да и никто не знает. Вот и не вздумай мне переутомляться.

Я же решил перевести тему разговора:

– Ты отцу моему передал, что я недоволен вчерашней подставой и очень зол?

– Передал.

– И что?

– Он не удивлён.

– И всё?

– А чего ты ожидал? – хмыкнул Прохор. – Как государь приказал, так мы все и сделали. От себя добавлю одно – мы тебе с другим твоим дедом, князем Пожарским, сколько раз говорили, император выше всех этих условностей и моральных терзаний, ему важен результат. А вчера он увидел, что его внук, будущий цесаревич и император, не кинулся сломя голову гасить всех подряд, а продемонстрировал в стрессовой ситуации взвешенное логическое мышление, мало подверженное влиянию эмоций. Дед твой, Лешка, хоть порой и жёсткий до жестокости, но именно это позволяет ему эффективно решать возникшие сложности. И не забывай, на государе нашем, помимо собственного рода, ещё и империя висит, управлению которой он учит твоего отца, дядьку Николая и тебя.

– Так и хочется сказать, Прохор, что я тут вообще ни при чем, но не буду, – кивнул я. – Ладно, я с тобой про Решетову твою хотел поговорить…

– Слушаю внимательно… – подобрался он.

– Расслабься! – хмыкнул я. – Пришлось, конечно, применить свои навыки колдуна, но заявляю тебе со всей уверенностью – ты ей искренне нравишься. Даже более чем.

– Точно? – прищурился воспитатель.

– Зуб даю! – вспомнил я Ингу Юсупову. – Не знаю, когда собираешься делать ей предложение, но ты на верном пути. Сам же понимаешь, что Екатерине придется уйти из подразделения после вашей свадьбы, а Ведьма мне этого не простит?

– Понимаю, – расплылся в улыбке воспитатель. – Ведьма тебе этого не простит, только если ее на нашу свадьбу не пригласить.

– Короче, Прохор, Вяземская теперь твоя проблема. Договорились?

– С большим нашим удовольствием, твое императорское высочество!

Прохор удовлетворенно откинулся на спинку сиденья, а я решил проверить телефон, в котором числился один пропущенный вызов от Марии.

– Привет, сестренка! – набрал я ее.

– Привет, братик! – голос Марии был далек от игривого. – Быстро рассказывай, чего ты опять в университете устроил. У нас в лицее слухи разные ходят, а Долгорукие, Юсупова и Шереметьева категорически на эту тему со мной общаться отказываются и отправляют к тебе.

– А ты у нашего царственного дедушки поинтересуйся, Машенька, – усмехнулся я. – Он тебе все-все расскажет. Даже то, чего я не знаю.

– Леша, ты это серьезно? – голос сестры напоминал мне сейчас вчерашний тон Вики Вяземской, как и весь этот разговор. – Ну, Леша…

– Хорошо, Машенька, ты готова расстаться с последними детскими иллюзиями насчет наших с тобой родичей?

– Готова… – очень неуверенно ответила она.

– Тогда слушай…

И под неодобрительный взглядом сидящего рядом Прохора я поведал сестре о вчерашних событиях, опустив, понятно, мою историю взаимоотношений с Дашковыми.

Лица Марии я не видел, но по отдельным возгласам в ходе повествования сделал для себя вывод, что описанное произвело на сестру достаточно сильное впечатление.

– Так что я теперь, Машенька, для всего света злобный монстр, периодически слетающий с катушек и перестающий себя контролировать, – закончил я. – И не вздумайте с Варей кого-то в этом переубеждать, сделаете только хуже. Да и меня подобный расклад вполне устраивает, будет меньше проблем в будущем. – Прохор же после этих моих слов только тяжело вздохнул.

– Лешка, ты чего такое говоришь? – заволновалась Мария. – Скоро все про это забудут, и будет все нормально! Не переживай, самое главное – мы-то знаем, что ты не виноват!

– Спасибо, Машенька! И не переживай, я особо и не расстраиваюсь, – успокоил я ее. – А перед Долгорукими и Юсуповой буду извиняться отдельно, там уж им самим решать, общаться со мной или нет.

– Будут общаться, Леша! – заверила меня сестра. – Как они мне намекнули, все понимают, что случилось что-то серьезное, раз ты так… разволновался, и на тебя не обижаются.

Я же только вздохнул – была у меня робкая надежда на то, что Инга с Натальей встанут в очередную позу и перестанут со мной общаться…

– Леша, а ты в четверг… ничего отменять не собираешься? – голос у сестры изменился на вкрадчивый.

– А есть причины? – усмехнулся я.

– Значит, не отменяешь? Отлично! И еще, Леша, в Кремле скоро бал, про который я тебе уже говорила, не смей его пропустить!

– Обязательно буду, – пообещал я.

– И по твоему ресторану. – Тон сестры сменился на недовольный. – Алексей, почему за ходом ремонта в «Царской охоте» должны следить мы с Варей? А ты там так не разу и не появился?

– Ну, Машенька, времени все нет. Да и вам с Варей я полностью доверяю – вон вы как эти вечеринки навострились устраивать.

– Льстец! – голос стал довольным. – В выходные Пожарские заканчивают ремонт, а нам с тобой надо принять работу. Найди, пожалуйста, время на следующей неделе посетить свой ресторан. А на следующий четверг под вечеринку света можно запланировать его торжественное открытие…

– Так и поступим, Машенька, – согласился я.

С сестрой мы проговорили еще минут десять, после чего я повернулся к воспитателю:

– Прохор, как бы цинично это сейчас ни прозвучало, угадай, что сейчас сделает Мария?

– Обсудит последние новости с сестрой, а потом они вместе пойдут выносить мозг вашему отцу, – со вздохом ответил он.

– Именно! – с довольной улыбкой кивнул я.

– Ну что, жертва самодержавия, пришел в себя?

– Да, государь, – поклонился Пафнутьев.

– Рад за тебя. Постарайся больше меня так не расстраивать, второго шанса не будет.

– Не расстрою, государь, – опять поклонился тот.