Чтение онлайн

Могу ли я отложить свои обязательства на октябрь? Я должен был спросить Лорелин, когда мы разговаривали ранее. Нам нужно было снять несколько сцен на натуре, но после того, как они будут закончены, могу ли я вернуться в Монтану? Я должен был присутствовать на детском благотворительном вечере по сбору средств на Хэллоуин, и у меня были кое-какие встречи с прессой по поводу предстоящего фильма — того, который я снял полтора года назад. Если бы я спросил Лорелин, она бы заворчала и велела мне возвращаться обратно в Калифорнию.

Зазвонил мой телефон, и я усмехнулся, увидев имя на экране.

— Помяни черта. Я как раз думал о тебе.

— Черт, — пробормотала она. — Ты уже слышал.

Моя ухмылка исчезла.

— Слышал что?

— О, э-э… ты не слышал. Итак, одна фотография заполонила весь интернет.

— Что за фотография? — Мой желудок сжался. Так много вариантов, какой могла быть фотография. Это могла быть та, что была сделана папарацци. Или та, что сделана фанатами. Я делал все возможное, чтобы всегда улыбаться, когда был на публике, потому что с современными технологиями ни одно место не было безопасным.

— На ней ты и женщина. Шоу, ты должен был сказать мне, когда начнешь с кем-то встречаться, помнишь? Ты забыл, что случилось с Дэшией?

— Я ни с кем не встречаюсь, — солгал я. Она никак не могла знать о Пресли. — Что за фотография?

— TMZ только что купил ее и разместил на своем веб-сайте.

— Подробности, Лорелин. Что за фотография? — Мои мысли мгновенно перескочили к худшему. К другому инциденту с Дэшией. С какой последней женщиной я был? С турагентом в Нью-Йорке. Мы встретились в баре отеля и переспали той ночью. Но это было, сколько, девять месяцев назад?

Не то чтобы таблоиды заботились о датах.

— В ней нет ничего плохого. На ней ты и женщина на мотоцикле, но TMZ предполагает, что ты с кем-то встречаешься.

Воздух вырвался из моих легких. Блять. Блять. Блять. Пресли выйдет из себя.

— Еще. Что еще?

— Я не знаю, что еще. У нее короткие светлые волосы. Ты стоишь на светофоре или что-то в этом роде. Ты оглядываешься на нее и улыбаешься. Она обнимает тебя.

— Черт возьми. — Сколько светофоров мы проехали по дороге из города, когда я катал Пресли? Один. Может быть, два? Мне просто не повезло, что турист или местный житель с мобильным телефоном сделал это фото в нужный момент.

Если папарацци начнут копать под Пресли, она станет мишенью. Это последнее, что ей было нужно всего за несколько недель до того, как мы все уйдем из ее жизни.

— Похорони это фото, Лорелин. Купи его у них. Мне все равно, сколько это будет стоить, просто сделай это.

— Уже, и тебе повезло, это было дешево. Я сказала им, что она твоя ассистентка на съемочной площадке, и что вы просто тестировали мотоцикл, который использовали для фильма.

— Хорошо. — В этом утверждении было достаточно правды, и если они начнут спрашивать о фильме, они узнают, что у нас в Монтане была целая съемочная группа, если только они уже не знали об этом. — Что еще?

— Больше ничего. Ты знаешь, как это бывает. Некоторые фотографии становятся вирусными. Другие умирают. Не показывайся с ней снова, и все будет в порядке.

Если папарацци увидят меня с одной женщиной дважды, тогда они начнут пускать слюни.

— Пришли мне фотографию, — приказал я.

— Она в твоем почтовом ящике. Кто она, Шоу?

— Женщина, с которой я познакомился здесь.

— Ни хрена себе. — Я практически услышал, как она закатывает глаза. — Это то, что тебе нужно будет объяснить мне позже? Или мне нужно отправить соглашение о неразглашении?

— Нет и нет. — Я чертовски уверен, что Пресли не подпишет соглашение о неразглашении. С ней мои секреты были в безопасности, и мне не нужен был лист бумаги, чтобы доказать это. Кроме того, после того, как я уеду из Монтаны, объяснять будет нечего.

— Ты уверен? Потому что…

— Я уверен.

— Хорошо, — пробормотала она. — Я дам тебе знать, если появится что-то еще.

— Хорошо. И, Лорелин? Спасибо.

— Просто выполняю свою работу, — сказала она и повесила трубку.

К счастью для меня, у нее это хорошо получилось.

Лорелин взяла на себя роль моего менеджера и не скрывала своего мнения. По большей части я слушал и следовал ее советам. Она была раздражена моим решением уйти на некоторое время. Лорелин боялась, что я потеряю свое положение на вершине.

Но пришло время для чертова перерыва, потому что на вершине было одиноко.

Было трудно верить, что люди хотели дружить с тобой не из-за твоей славы. У большинства были скрытые мотивы, они хотели использовать меня в надежде на собственный успех — вот почему находиться рядом с Пресли было так освежающе.

Черт возьми, она даже не хотела, чтобы ее видели со мной.

Я заехал на свою подъездную дорожку, джип Пресли уже стоял на ее. Открыв электронное письмо, я взглянул на фотографию и поворчал. Но оно не было ужасно. Мы с этим справимся.

Приближение было слишком сильным, и снимок был частично не в фокусе. Пресли была в профиль, не ее лицо было главной мишенью. А мое.

Нам повезло.

Дерьмо. Тот трюк со столом для пикника был чертовски глупым ходом. Если бы кто-то сделал фото тогда и оно просочилось бы в сеть, Пресли отрезала бы мне яйца. Я бы отдал ей нож за то, что она был так неосторожен.

Я вышел и побежал трусцой к ее дому, оглядываясь через плечо, чтобы убедиться, что кроме меня, на улице никого нет. Только в следующем квартале на улице играли какие-то дети.

На мой стук Пресли распахнула дверь, приветствуя меня лукавой улыбкой.

— Привет.

— Привет. — Я вошел внутрь, закрыв за собой дверь. Затем перешел прямо к делу. — Я должен кое-что сказать, и тебе это вряд ли понравится.

Ее улыбка погасла.

— Что?

— Кто-то сфотографировал нас на байке на прошлой неделе. Вероятно, кто-то пытался заработать несколько баксов и продать фото таблоидам.

— Что? — Ее глаза расширились. — Что это значит? Они знают, кто я? Что мы, — она взмахнула рукой между нами, — вместе?

— Мой менеджер сказала им, что ты моя ассистентка на съемках и что мы тестировали мотоцикл для фильма. Вот и все.

— И это все? — Она скрестила руки на груди и направилась в гостиную. — Я не… я не уверена, что мне делать.

— Тебе ничего не нужно делать. — Я последовал за ней в комнату и положил руки ей на плечи, поворачивая ее к себе. — Мне жаль. Я знаю, это отстой, но лучшее, что можно сделать, — это проигнорировать.