Каменный пояс, 1985
Шрифт:
Его не согнули ни долгие годы фашистской тюрьмы, ни лагерь особого режима в Заксенаузене. А когда наступило время строительства новой демократической Германии, он отдал ей все силы и сердце.
А из-за плеча Пауля выглядывала его черноглазая и очень симпатичная дочь Барбара, берлинская школьница. Не внешне, а чем-то другим, может быть, выражением глаз, отразивших ее московские впечатления, она напомнила мне Альберта — такой он на фотографии 20-х годов, когда ему тоже было 15 или 16 лет.
А теперь снова немного о письмах. Почти каждое приносило что-то новое об Альберте, о его сегодняшней — посмертной жизни на родине.
В Берлинском районе Лихтенберг, рядом с Харнакштрассе и Шульце-Бойзенштрассе, есть, оказывается, и Альберт Хесслерштрассе — улица Альберта Хесслера. Его имя носят школы, предприятия, бригады социалистического труда, воинская часть.
Министр национальной обороны ГДР товарищ Гейнц Гофман прислал подробные, с интересными яркими эпизодами, воспоминания об Оскаре-Альберте, проникнутые любовью к памяти погибшего друга.
Откликнулась Инна Ендер, одна из участниц «Красной капеллы». Из Бургштадта написал младший брат Альберта Вернер. Единственный, кто остался в живых из всей семьи.
Пришло письмо из города Рубцовска на Алтае. Оказалось, что алтайские ребята, создавшие в своей школе клуб интернациональной дружбы имени Рихарда Зорге, также ведут поиск материалов о жизни Альберта Хесслера.
А из ФРГ, из Штутгарта, прислала чудесное письмо — кто бы вы думали? — Гертруда Крамер! Та самая, о которой говорилось в главе «Вечер у Крамеров». Все годы войны Гертруда работала на ЧТЗ. Ее муж Герман, так же, как и Альберт, заброшенный на подпольную работу в Германию, погиб в гестаповском застенке. Самой Гертруде в ФРГ пришлось пережить тяжелые годы, когда была запрещена Германская компартия. Но всегда с благодарностью вспоминала она Челябинск, челябинских друзей и «много раз мысленно проделывала дорогу от «испанского» дома до ЧТЗ».
Меньше года прошло после встречи в Москве с Паулем Гофманном, и вот первая делегация с ЧТЗ, из Челябинска, второй родины Альберта, по приглашению немецких друзей уезжает в ГДР. Накануне нашего отъезда в музее ЧТЗ открыли большую выставку, посвященную Альберту.
Эти удивительные дни в ГДР начались встречей в берлинской школе № 1 — она носит имя Альберта Хесслера. В городе Франкенберге мы были на открытии памятника герою-антифашисту. В предместье Берлина, на берегу речки Хавель, Герхард Курцер, один из немногих оставшихся в живых участников «Красной капеллы», показал нам, где в августе 1942 года стояли палатки, в которых подпольщики скрывали Альберта.
Волнующей была встреча с вице-президентом Академии наук ГДР Генрихом Шеелем. Он последний видел Альберта живым — на допросе в гестаповской тюрьме.
Письма Альберта Клавдия Семеновна еще раньше решила передать молодежи ГДР. «Отдам в самые надежные руки». В городе Бургштадте она вручила их учителю местной школы Карлу Шретеру — организатору музея, руководителю общества юных историков ГДР. И она не ошиблась: уже через год письма вернулись к ней книгой. «Письма к Клавдии» — так называется эта прекрасно изданная книга.
И еще одна памятная зарубка: в Бургштадте, около детского сада имени Альберта Хесслера (в этом здании когда-то была школа, где он учился), Клавдия Семеновна посадила маленькую березку, для которой привезла горсть земли из далекого Челябинска.
Во время поездки по ГДР нас повсюду сопровождало стрекотание кинокамеры. Ее держал в сильных руках третий участник делегации ЧТЗ, Александр Александрович Соколов, кинооператор, а в годы войны — командир взвода разведки и знаменосец 63-й Челябинской добровольческой танковой бригады. Недалеко от Бургштадта, в Рудных горах, пролегала одна из его фронтовых дорог: в майские дни 45-го уральские танки шли здесь из Берлина на Прагу.
Все, что снимал во время этой поездки Соколов, вошло потом в фильм «Встретимся в Берлине». Мы привезли его в ГДР в 1980 году. На этот раз с нами не было ни Клавдии Семеновны, ни Соколова. Они не приедут уже никогда.
В Бургштадте мы пришли к тому месту, где Клавдия Семеновна посадила когда-то памятную березку. Березка выросла. Теперь она была уже в два человеческих роста.
Время идет быстро.
Мы смотрели наш фильм в ГДР вместе с ребятами в пионерской республике имени Вильгельма Пика. Клавдия Семеновна, теперь уже с экрана, рассказывала им о героической жизни Альберта. И невольно думалось о том, что жизнь внесла в наш первоначальный замысел очень верную поправку: в фильме не один, а двое героев. Альберт и Клавдия.
В многочисленных письмах, которые шли в адрес Клавдии Семеновны из Берлина, Бургштадта, из многих немецких и советских городов, ее и Альберта уже не отделяли друг от друга. Они теперь будут жить вместе всегда.
Незадолго до своей кончины, обращаясь к молодежи ГДР, Клавдия Семеновна писала:
«Никогда не забывайте о деле, которому служил Альберт. Он был великим патриотом, страстным борцом за коммунизм.
…Прочтите его письма; в них он оставил нам свою душу.
…Я счастлива, что смогла быть с ним вместе, что любила его, что донесла до его народа его стремления, его письма».
Эти слова есть в титрах фильма «Встретимся в Берлине».
Время идет быстро…
Недавно из столицы ГДР сообщили: фильм дублирован на немецком языке. Его демонстрировали в Берлине на молодежном форуме и собираются показать во многих городах ГДР в октябре 1985 года, когда будет отмечаться 75-летие со дня рождения Альберта. Показать в присутствии гостей из Челябинска, с ЧТЗ.
…Свадебный кортеж, проехав по проспекту Ленина, останавливается на краю Комсомольской площади. Из передней машины, украшенной кольцами и лентами, выходят молодожены. У невесты в руках цветы. Таков обычай: прежде чем сесть за праздничный стол, молодые непременно должны побывать в местах, священных для каждого челябинца. Одно из таких мест — Комсомольская площадь. На высоком постаменте, словно в броске, застыл танк «ИС». Две даты: 1941—1945. И слова:
«Уральцы, вам, чьи руки золотые ковали здесь победу над врагом».
С западной стороны площади — старейшая в районе школа № 48 имени Николая Островского. В ней есть два «именных» класса: имени Альберта Хесслера и имени Клавдии Семеновны Рубцовой.
А рядом со школой — пятиэтажный дом солидной довоенной постройки, который вошел в историю города под именем испанского. На его стене — мемориальная доска:
«Здесь с 1939 по 1941 год жил немецкий коммунист, радист подпольной антифашистской организации «Красная капелла» Альберт Хесслер».
И барельефное изображение ордена Отечественной войны I степени.
На маленькой полочке — живые цветы. Кто их принес сюда? Школьники? Человек, знавший Альберта? Молодожены? И я невольно думаю о свадьбе, которая состоялась в «испанском» доме в те, теперь уже очень давние времена. Под наступавший 1941 год.
Еще один свадебный кортеж останавливается на краю Комсомольской площади. Из передней машины выходят молодые. В руках у невесты — цветы.
И мне кажется, что Альберт и Клавдия оттуда, из того далекого времени желают им мира и счастья.