Чтение онлайн

Элиот никогда не считал себя коротышкой. Наоборот, уродился высоким. Но Ньял был даже выше его. Человек ли? Может, такие здоровяки и были теми самыми перевертышами, которых северяне так часто упоминают?

— Доброго дня, Ваше величество.

Тувэ улыбнулась. Она вообще, кажется, была вполне жизнерадостной девушкой. Элиот стал цинично прикидывать, надолго ли её хватит. Он многих таких леди повидал. Все они со временем становились подобными Фелиции. Улыбки переставали быть искренними, речи — честными, поступки — бескорыстными. Даже в его постели они оказывались согласно какой-то цели. Элиот не жаловался. Он привык. Приспособился. И Тувэ предстояло приспособиться. Иначе тут нельзя.

— Доброго дня, — конюх молча подвел жеребца. Элиот принялся осматривать сбрую. — Собираетесь взять с собой сопровождение, Нер-Рорг?

— Нет, — её лошадь фыркнула и мотнула головой. Тувэ быстро зашептала что-то успокаивающее. — Ньял останется здесь с Камеристкой. Я попросила подготовить его к сегодняшней встрече.

— Разумно, — усмехнулся.

Так она всё-таки не глупа, как он полагал изначально. Элиот ошибаться не любил, но в этот раз всё-таки был немного рад.

Тувэ вывела лошадь из конюшни и ловко впрыгнула в седло. Ньял следовал за ней. Близко не подходил. Стоял у входа. Давал какие-то указания на северном наречии.

— Нер-Рорг носит с собой кинжал. Под плащом. Также при ней лук и стрелы. Она не намерена нападать на вас, но считаю, что вы должны быть осведомлены о том, сколько при ней оружия, — завела своё Камеристка, как только северяне отступили. — В восточной части леса спокойнее. Никого нет. Только мелкие звери. В северной охотники отлавливают старого приблудившегося волка. Я велела приготовить легкий перекус. В седельной сумке. Постарайтесь быть милым, Ваше Величество.

— У меня есть повод волноваться о том, что ты можешь переметнуться на сторону северян? — понимал, что ни малейшего шанса на такой исход нет, но всё равно решил поддеть Камеристку. Слишком уж явным было её благоволение к чужакам.

— Если вы будете милым, — она придирчиво осматривала его. Как матушка, честное слово. Но в этом была вся Камеристка, — то завоюете сердце Нер-Рорг. В таком случае мне не придется никуда… Хм, метаться.

Она убрала сухой желтый лист с его плеча. Элиот тихо рассмеялся.

— Тебе очень нравятся северяне, — заметил он. Камеристка улыбнулась.

— Я вижу в них хороших союзников. Лейхгар, наконец, будет свободен.

— Они тебе нравятся только потому, что полезны? — он усмехнулся.

Его всегда забавляла эта её сторона: всё делить на полезное и нет. Казалось, она вообще не способна на привязанности.

— Осуждаете меня?

Элиот неопределенно пожал плечами.

— Я тоже нравлюсь вам только потому, что полезна. В таком случае, можно ли говорить, что мы похожи, Ваше Величество? — Камеристка поправила рукав платья.

Элиот ничего не ответил. Развернул лошадь и повел её к выходу. Краем глаза заметил, что Камеристка сделала книксен.

Они совсем не похожи. Он, по крайней мере, чуть меньшее чудовище, чем она.

— Показывайте дорогу, Ваше Величество, — как только он подъехал ближе, заговорила Тувэ. Радостно, звонко. Её нетерпение, казалось, передавалось и лошади, часто топающей на месте.

— Вы видно засиделись в замке.

— Ещё как! Скорее бы почувствовать ветер и… — Тувэ мечтательно вдохнула полной грудью. Плащ натянулся.

Может, стоит брать её на переговоры, чтобы она там почаще дышала? Есть шанс неплохо отвлечь оппонентов…

— И?

— Свободу. Вы разве не чувствуете?

Но Элиот в который раз ощутил лишь как она юна. Ей для свободы нужно было всего лишь скакать по лесу верхом, а ему — освободить целое королевство от глубоко укоренившегося врага, прикидывающегося безобидной овечкой.

Точно. Камеристка попросила его быть милым…

— Чувствую. Поэтому и оставил свое сопровождение, — Элиот тронул бока коня.

Свобода, свобода, свобода… Ни демона не чувствовал к этому слову! Он, наверное, просто никогда не знал той самой свободы.

Гнал лошадь на восток. Хотя, наверное, мог и на север. Туда, к волку. Сам он старого зверя не боялся, а за Тувэ так и подавно переживать не стоило.

В какой-то момент он отвлекся, и Нер-Рорг нагло обогнала его. Неслась как умалишенная, подгоняя лошадь.

Тувэ обернулась и улыбнулась ему. Весело, с азартом. Она хотела, чтобы он попытался догнать её.

Они достигли границы замковых территорий быстрее, чем планировалось. Но Тувэ не останавливалась. Она слишком увлеклась скачками.

Элиот придержал лошадь. Он не выйдет за территорию замка. Если не хочет, чтобы Камеристка тут же подняла на уши Канцлера и всю дворцовую стражу. Шаг за линию, и за ним отправится по меньшей мере три отряда. Она всегда так реагировала на неоговоренные заранее выезды.

Тувэ заметила заминку и вернулась.

— Вы чего? Сдаетесь, Ваше Величество? — она тяжело дышала. Клубы пара вырывались изо рта. Щеки раскраснелись, приоткрытые губы выглядели маняще. Будь она одной из его фавориток, он бы тут же вытащил её из седла и взял у какого-нибудь дерева. Не спрашивая, особо не заботясь о комфорте.

Быть милым, да. Ему нужно с ней быть милым. Невинная всё-таки девица.

— Граница замковых территорий. Дальше не поедем.

Тувэ нахмурилась. Плечи опустила. Как ребенок, у которого отобрали игрушку.

— Но это не значит, что прогулка окончена.

Элиот развернул лошадь. Главное же не забрести в северную часть и не пересекать границ. Тогда никакого шуму никто не поднимет. Безопасность, чтоб её. Хотя, конечно, Камеристка в этом была права. Но ворчать на неё не возбранялось.

Лошади шли рядом, медленно, нога в ногу.

Поначалу ехали молча. Тувэ часто дышала. Но, кажется, была довольной и не сильно уставшей. Иногда бросала на него заинтересованные взгляды, вроде даже порывалась заговорить, но сдерживалась.

Элиот сжалился и сам начал разговор.

— Кто рассказал вам про бастардов?

— Что? — она встрепенулась, будто выпрыгнула из раздумий.

— Вы просили внести пункт про бастардов. Кто рассказал о них?

— А, ну, Камеристка. Мы изучали церковь, и там было это слово. Наличие бастардов много раз давало поводы для восстаний, пересудов… Я подумала, что лучше обезопасить себя.

— Хорошее решение.

— Я никогда не спрашивала… Сколько вам лет?

— Тридцать два.

Тувэ поджала губы. Не разочарованно, скорее задумавшись. Ей всего девятнадцать. Он на порядок старше.