Чтение онлайн

Вместе с популярностью Хатимана в средневековой Японии увеличивалось и число его храмов, получивших собирательное название Хатимангу. Свидетельством широкого распространения культа Хатимана является именно количество его храмов, которое занимает второе место после храмов Инари и равняется в настоящее время примерно двадцати пяти тысячам. В храмах Хатимана наряду с Хатиманом почитаются еще два божества — Окинагатарасихимэ-но Микото (дух легендарной императрицы Дзингу) и обожествленный дух жены Одзина Химэ Оками (Химэгами).

Без особых обрядов в честь Хатимана японские воины не предпринимали ни одной военной кампании. Перед каждым походом или боем самураи возносили Хатиману молитвы, просили его оказать поддержку в предстоящей борьбе и приносили богу войны клятвы: «Юмия-Хатиман» («Да увидит Хатиман наши луки и стрелы!» или «Клянусь Хатиманом!»). Инари или Ука-но Митама-но Ками — имя широко распространенного в Японии бога урожая злаков (особенно риса), успеха и защитника торговли, в качестве посыльного которого рассматривается белая лисица. Культ Инари отправляется сейчас более чем в тридцати тысячах синтоистских святилищ.

Однако не только происхождение японских императоров традиционная религия японцев рассматривает как священное. Как утверждали теологи синтоизма, у истоков каждого отдельного рода (удзи) когда-то, в глубокой древности, стояло божество, которое являлось покровителем клана — удзигами. Члены рода верили, что они находятся под постоянным присмотром своих предков, которые заботятся о них, охраняют и соблюдают их интересы. Дважды в год для удзигами устраивались специальные родовые праздники — удзигами мацури. Иногда удзигами не были связаны с каким-либо конкретным родом. Военный род Минамото, например, принял в качестве родового божества бога Хатимана, так как его образ ассоциировался с храбростью и военной доблестью. Впоследствии удзигами превратились в божеств отдельных местностей, и считалось, что они помогают не только определенным родам, но и всем жителям той или иной области. Поэтому, по принципу древнего родства божеств и японских родов, Синто не проводит между людьми и ками строгой границы. Таким образом, основной смысл, который можно почерпнуть из древне-японской мифологии, рассказывающий о национальной религии японцев и зафиксировавший процесс ее становления, то есть оформления суеверий, веры в магию, анимистических представлений и шаманских культов в определенную систему взглядов, заключается в следующем. Япония — страна, созданная божествами и являющаяся обиталищем национальных японских божеств (ками). Япония — место рождения великой солнечной богини Аматэрасу Омиками, потомками которой являются все японские императоры, непрерывно правящие государством и считающиеся живыми божествами в человеческом обличье. Японцы так же божественны, как и их страна, так как их предками являются ками — основатели отдельных родов. Было естественным, что если синтоистские местные божества почитаются и восхваляются населением Японии, то и со стороны богов по отношению к людям должна проявляться соответствующая обратная реакция. Почитатели божеств Синто полагали, что боги, сотворившие Японию и являющиеся хозяевами стихий и местностей, и божественные предки японских родов неусыпно наблюдают за всем тем, что происходит в мире людей и влияют на реальные события. Они покровительствуют людям, дают им здоровье, богатство, детей и победу над врагами, защищают Японию и японцев. А коль скоро боги Синто взялись оказывать благосклонность японцам, то и победить их никому и никогда не будет суждено. И вскоре японцы действительно смогли в этом убедиться.

Глава 3.

ВТОРЖЕНИЕ МОНГОЛЬСКИХ ВОЙСК В ЯПОНИЮ

После прихода в 1260 году Хубилая к власти, в его распоряжении оказалась северная часть Китая, но великому хану хотелось обладать большим. По мнению монгольских правителей, равных Монголии и независимых от нее государств, быть на земле не должно. Эти государства, как считали монголы, не имели права на самостоятельное существование в силу божественной небесной предопределенности и исключительности Монголии. Хубилай еще до прихода к власти планировал завоевание всей Восточной, Юго-восточной и Южной Азии. Как и другие великие ханы, он продолжал придерживаться представления, согласно которому завоевание мира — это исполнение воли Бога. Хубилай продолжил дело, начатое Чингисханом, объявляя все земли принадлежащими себе по божественному праву.

Особое место в перспективах Хубилая занимала Япония. Он хотел, чтобы его империя имела богатую провинцию за морем. Хубилаю приходилось отвлекаться на других претендентов на место верховного правителя Монголии. (Сначала это был его младший брат Аригбэгэ и поддерживавшие его союзники. после смерти Аригбэгэ в 1267 году против Хубилая выступил внук Угэдэя Кайлу со своими сторонниками. До окончательного захвата Кореи было еще семь лет, а до падения Сунской империи — тринадцать, а Хубилай, давно вынашивавший идею покорения островного государства, уже приступил к реализации своих планов.

В 1266 году (по другим сведениям, в 1267 году) Хубилай послал из Кореи на Японские острова полномочных представителей с тем, чтобы склонить военное правительство Камакура к покорности монголам. Хубилай хотел это сделать дипломатическим путем, без использования военной силы, без материальных затрат. Государственное письмо Властителя Великой Монголии (в то время Хубилай еще не был китайским императором, Сыном Неба) адресовалось Королю Японии и было вручено корейским посланникам, направленным в Японию, для передачи верховному правителю страны, расположенной на островах.

Письмо достигло Японии только в начале 1268 года. Помешала непогода и другие обстоятельства. В ультимативном письме Хубилай требовал от императорского двора и, соответственно, от бакуфу немедленно прислать к нему послов с данью и признать Японию вассальным государством по отношению к Великой Монголии и великому хану. В случае отказа правитель Монголии угрожал японцам военным вторжением и порабощением. Письмо было переправлено в императорский дворец, в город Киото.

На престоле в то время находился 90-й император Японии Камэяма, любимый сын прежнего (88-го) монарха Го-Сага (Госага). Камэяма тогда было девятнадцать лет, и он занимал трон после отречения от престола его старшего брата Го-Фукакуса (Гофукакуса). Письмо вызвало резко негативную реакцию со стороны военного правительства Японии. Послание монгольского владыки и его условия оскорбили, привели в крайнее возбуждение и замешательство двор императора Японии. Началось открытое противостояние двух стран и их правителей. На одном конце этого противостояния стоял Хубилай, 53-летний опытный и талантливый полководец, стратег, многие годы воевавший в Китае, администратор и искушенный в придворных интригах политик, человек тщеславный, навивший себя в один ряд с величайшими властителями мира всех времен и народов. На другом — Ходзё Токимунэ (детское имя Сёдзюмару), восьмой регент рода Ходзё, которому в то время исполнилось всего семнадцать лет, и который только недавно приступил к правлению.

Токимунэ был сыном Ходзё Токиёри, пятого сиккэна клана, и дочери Ходзё Сигэтоки (1198–1261) Гокуро Кудзи. Так как Токимунэ родился в военном роде, он воспитывался в присущих для воина самурайских традициях, обучался воинским искусствам и был горячим поклонником дзэн-буддизма, покровительствовал храмам и священникам, но ни военного, ни жизненного опыта молодой регент не имел.

В соответствии с китайской и японской традицией, к власти следовало допускать только людей взрослых, достаточно повидавших в жизни, умудренных опытом и обладавших многими достоинствами. Считалось, что только в сорок или даже в пятьдесят лет, как сказано в «Хагакурэ», произведении более позднего времени, впитавшем в себя мудрость многих поколений, человек может проявить, на что он способен, но никак не раньше, когда совершается множество ошибок, которые могут принести вред как самому ошибающемуся, так и обществу. Молодые люди рассматривались как непригодные для властного управления из-за незнания жизни. Возрастной субординации в Японии всегда следовали очень строго и молодежь во внимание не принимали.

К наследникам сюзеренов этот принцип, тем не менее, не применялся. Вассалы должны были относиться к ним с не меньшим почтением, нежели к престарым хозяевам. Средневековье с его войнами, заговорами и убийствами постоянно уменьшало среднюю продолжительность жизни правителей, мало кто из них доживал до старости.

В средневековой Японии, несмотря на традиции, было обычным делом сажать на властное место ребенка или подростка, от имени которого правили другие лица, преследовавшие свои интересы. Несмотря на то, что малолетние правители являлись в руках этих людей лишь орудием, для юных властителей такое пребывание на вершине иерархической лестницы было своеобразной школой власти. Большинство видных деятелей Японии занимали в свое время разные большие посты. Минамото-но Ёритомо уже в 12 лет получил довольно высокое место действующего командующего стражи императорского дворца в Киото. Ходзё Токимунэ в 13 лет стал рэнсё — соправителем главы бакуфу или помощником регента, совместно с ним подписывающим указы правительства. Этот пост был учрежден в 1225 году вторым сиккэном рода Ходзё — Ходзё Ясутоки.

По поводу ультиматума Хубилая в Камакура был созван совет. Токимунэ, опираясь в своем решении на мнение военного совета правительства, состоявшего из цвета клана Ходзё, безоговорочно отверг домогательства монголов. Ходзё взяли власть в свои руки не для того, чтобы отдать ее монгольскому хану и стать вассалами Хубилая. Вассалитет практически сводил на нет власть военного правительства. Бакуфу не допустило послов до Киото и те, проведя в Японии около полугода, вынуждены были вернуться обратно без какого-либо результата. Точно так же были проигнорированы и другие письма верховного правителя Монголии с его требованиями. Хубилаю нужно было готовить дорогостоящее вторжение.