Чтение онлайн

Чуждая Японии религия начала борьбу с противостоящими ей религиозными системами, которыми в данном случае были синтоизм и буддизм. Началась борьба церквей, в ходе которой христиане начали уничтожать на юге Японии монастыри и храмы противоположных им религий, разрушать национальные религиозные символы и институты. В то же время число католических церквей росло прямо на глазах. Создавалась довольно мощная база противостояния существующим порядкам и традициям, а также угроза независимости страны вследствие возможной европейской колонизации.

Тоётоми Хидэёси, так же как и Ода Нобунага, поначалу поддерживал христианство, но вскоре понял, насколько пагубно оно может повлиять на верховную власть страны и ее население. Поэтому именно он первым начал гонения на христиан на Кюсю. В июле 1587 года Хидэёси обнародовал свой первый антихристианский декрет (кинкёрэй), предписывающий иезуитским миссиям в течение 20 дней покинуть пределы Японии. Однако христианские священники проигнорировали указ диктатора. Несмотря на то, что было разрушено несколько церквей, никто из европейских священнослужителей по истечении указанного срока из Японии не уехал, и мер физического воздействия к ним применено не было. Зато новая кампания Хидэёси принесла христианам первые жертвы. Началом ее послужил инцидент с испанским галеоном «Сан Фелипе» («Сан Фэрипэ го дзикэн») в 1596 году. Корабль испанцев, направлявшийся из Манилы в Акапулько, сел на мель 7 декабря после тайфуна на побережье Сикоку, около Урадо, в провинции Тоса (современная префектура Коти). Хидэёси приказал конфисковать груз богатого судна и повторил требование о выезде иноземных миссионеров из страны. Конфискация груза вызвала споры, недовольство и протесты иезуитов. Хидэёси подкрепил свой приказ действиями: 5 февраля 1597 года 26 католиков — 6 испанских францисканцев (монахов нищенствующего католического ордена, проповедующего в народе идеи бедности, аскетизма и любви к ближнему), 3 иезуита и 17 японских мирян, включая трех малолетних мальчиков, были распяты в Нагасаки по приказу Тоётоми Хидэёси. У католиков и японских христиан эти 26 человек стали считаться святыми мучениками — Нидзюроку сэйдзин. Какими мотивами руководствовался Хидэёси, уничтожая христиан, точно не известно. Скорее всего, это было следствием невыполнения его приказа 1587 года.

Ликвидация христиан в Нагасаки совпала со временем наивысшего подъема пришлой религии в Японии. Преемник Хидэёси Токугава Иэясу поначалу готов был терпеть в стране присутствие католиков ради выгоды международной торговли. Но непрекращающийся поток новых миссий, включая протестантов из Шотландии и Англии, заставил его и руководство страны действовать. Токугава Иэясу, узнав о том, что творят с помощью религиозного воздействия на население других стран европейские колонизаторы, принял решение продолжить практику искоренения на островах новой, прогрессирующей религии.

Первые антихристианские директивы Иэясу подготовил в 1612 году после происшествия с португальским судном «Мадре де Деус». В Японии этот инцидент получил название Мадорэ дэ Дэусу го дзикэн. В 1608 году в Юго-восточной Азии из-за торгового соперничества между матросами двух японских судов христианского даймё Арима Харунобу (Дом Протасио) и португальцами в Макао произошла ссора. Волнение было подавлено по приказу губернатора Макао Андре Пессоа, который жестоко расправился с одним из японских зачинщиков беспорядка. Когда годом позже Пессоа прибыл в Нагасаки, Арима пожаловался на него Иэясу, который приказал взять португальца живым или мертвым. Пессоа решил взорвать корабль, но не сдаваться, что он и сделал ночью 6 января 1610 года.

В 1614 году по повелению Иэясу дзэнский монах Контиин Судэн подготовил для правительства обоснование о запрещении христианства в Японии. Согласно указу от 1 февраля 1614 года на христианство в стране налагался запрет, а все католические и прочие проповедники высылались из нее. Большинство зарубежных священников были депортированы из Японии, но около 40 человек, включая ряд японских служителей христианской церкви, не прекратили своей деятельности на островах.

После смерти Иэясу гонения на христиан продолжались с неослабевающей силой. В 1622 году в Нагасаки власти снова лишили жизни 51 христианина, а двумя годами позже в Эдо сожгли 50 человек. В 1633 году было уничтожено еще 30 миссионеров. В общей сложности в Японии было замучено примерно 3 тысячи христиан, не считая тех, кто пострадал в тюрьмах и изгнании.

Возрастающее напряжение от притеснения верующих вылилось в восстание японских христиан, которое произошло в 1637–1638 годах на полуострове Симабара. Религиозные мотивы восстания прослеживаются весьма отчетливо, однако социальный фактор выступления народа, скорее всего, был превалирующим. Эксплуатация со стороны феодалов, трудность жизни и бедность масс толкнули их к вооруженному сопротивлению властям. Многотысячное восстание крестьян, простых самураев и примкнувших к ним ронинов (деклассированных самураев) с большим трудом удалось подавить посланным бакуфу войскам. После того как восстание было буквально потоплено в крови, военные правители Японии уже не сомневались в опасности чужой религии и в том, что страну необходимо закрыть от всего иноэтнического, готового выступить против центральной власти и лишить бакуфу этой власти, а Японию независимости.

Принципы официальной политики изоляции Японии провозглашались в документах, разработанных сёгунским советом старейшин (родзю) в Эдо. Они предназначались для специальных уполномоченных (бугё), направленных в Нагасаки для наблюдения за осуществлением этой политики. Она подразумевала запрещение христианства и прекращение действий римской католической и других церквей на островах. Япония приостановила торговлю с западными странами, иностранцам запрещалось прибывать на ее территорию или даже приближаться к ней, а японцам — под страхом смерти выезжать за границу. Национальная изоляция страны длилась более двух столетий, до 1854 года. Примерно с начала XIX века такое состояние Японии стали называть сакоку (закрытая страна).

Основные положения изоляционистской политики были сформулированы в эдиктах правительства, выпущенных в период с 1633 по 1639 годы во время правления третьего сегуна династии Токугава Иэмицу. Первый эдикт 1633 года содержал 17 статей, касающихся обращенных в христианство японцев и торговли с иностранцами. В эдикте отмечалось, что всем японским судам и их экипажам запрещается покидать пределы страны без хосёсэн — специальных лицензий (через два года и эти лицензии были отменены), а все японцы, живущие за границей, будут преданы смерти, если они попытаются вернуться на родину. Исключение составляли лишь те подданные Японии, которые проживали на чужбине менее пяти лет или удерживались там насильно. Если чужеземный корабль прибывал в Японию, его надлежало задержать и охранять до тех пор, пока доклад о нем не дойдет до Эдо и не вернется с решением обратно. Запрещалось помогать и любым способом содействовать христианским священникам. Виновные подлежали немедленному аресту и заточению в тюрьму в Омура, рядом с портом Нагасаки, для дальнейшего пристрастного разбирательства. На всех прибывавших в Японию судах было приказано искать скрывающихся католических миссионеров среди команды.

Особо в указах сёгунского правительства говорилось о регулировании торговли с иноземцами. Изоляция была строгой, но не полной. Торговать с Японией в виде исключения разрешалось китайским, корейским и голландским купцам. Японским торговцам и чиновникам из владения Сацума (современная префектура Кагосима) было позволено на своих судах прибывать на острова Рюкю. Из владения Цусима (часть современной префектуры Нагасаки) купцы могли ездить в Корею. Корейская торговля ограничивалась только островами Цусима. Голландцы и китайцы в качестве привилегии имели право прибывать на остров Кюсю, в порт Нагасаки. Для голландцев в гавани Нагасаки определялся крошечный, искусственно созданный в 1634–1636 годах остров Дэдзима (Дэсима), где была построена небольшая голландская деревня и несколько строений торговой фактории, принадлежавших Ост-Индской компании.

Второй эдикт «закрытой страны» был выпущен в 1634 году, третий — в 1635. Третий эдикт досконально доводил до сведения подданных Японии, какие кары их ждут в случае попытки покинуть страну или вернуться в нее после отъезда.

В четвертом эдикте 1636 года, включавшем в себя 19 статей, говорилось о потомках южных варваров (португальцев и испанцев), которые подлежали обязательной депортации. Японцы, адаптировавшие кого-либо из этих потомков европейцев, обязаны были передать их вместе с детьми португальцам, выезжающим из Японии.

В 1639 году сёгунское правительство издало последний эдикт, в котором сообщалось, что любой португальский корабль отныне не имеет права заходить в японские порты. Всякое судно, нарушившее эдикт, подлежало уничтожению вместе с экипажем. Уже в следующем году сёгунат выполнил свою угрозу. Корабль, прибывший из Макао в Нагасаки с тем, чтобы возобновить отношения с Японией, был задержан, а команда, 74 человека, арестована. Только 13 китайцев из числа экипажа получили от властей разрешение вернуться обратно, остальные были преданы смерти.