Камила
Шрифт:
* * *
Когда они приехали домой, на дворе уже темнело. Машина остановилась рядом с громадным дворцом. Глядя на него, у Кабыла чуть глаза не полезли на лоб.
Именно с этого момента в его душе поселилось чувство сомнения в том, что его мечта на счет любимой вряд ли осуществиться. А у его соперника – Асрора рождались совсем другие чувства. Его грудь наполнялась чувством уверенности…
Камила попрощалась с Кабылом, и вошла в дом… Смотря на теплые отношения Камилы с этим парнем, в сердце Асрора пробуждалась некая тревога. Он, пользуясь удобным моментом, решил "серьезно поговорить" с соперником в укромном месте. Завел свою машину, нажал на газ, и отправился в район студгородка.
Асрор остановился в безлюдном месте. Эта местность показалось Кабылу незнакомой. Он с удивлением осмотрелся по сторонам… Наконец, Асрор обратился к нему грубым тоном:
– Эй, парень, ты в каких отношениях с Камилой?
– Братан, прошу вас не "тыкать" мне. Мы еще с вами не успели толком познакомиться, а вы уже «тыкаете». Это не прилично с вашей стороны.
– Не учи меня, молокосос! На что надеешься? Ты хоть знаешь, чья она дочь? Ну, дружок, ты зря стараешься. У тебя руки коротки, чтобы тягаться со мной. Говорят же: "По одежке протягивай ножки",– сказал Асрор и ударил Кабыла кулаком в лицо.
Кабыл на какое-то время потерял равновесие и упал в арык. Асрор подбежал к Кабылу, поднял его за шиворот, и правым коленом ударил в живот. Когда парень согнулся, схватившись за живот, Асрор ударил его по шее, подставив при этом левое колено под челюсть.
У Кабыла кровь шла из носа. Несмотря на это он не спасовал, не уступил, не проявил слабость, а, наоборот, еще больше разозлился. Собрав всю силу в оба кулака, решил проучить подонка. Он был каратистом. Подняв наотмашь правую ногу, он сильно ударил своего соперника в правое ухо.
Асрор не заметил, как слетел на обочину. Он стонал от боли и собирался встать, когда Кабыл еще несколько раз нанес сильные удары ногой. Асрор был избит до крови.
В это время откуда-то примчалась милицейская машина. Милиционеры, схватив обоих, увезли в опорный пункт…
***
Когда зазвенел телефон, Максуд смотрел телевизор. Он, не спеша, поднял трубку. На другом конце провода был участковый инспектор, который попросил срочно послать в участок кого-нибудь из семьи Алимовых. Максуд в начале растерялся от неожиданности. Но не стал тревожить домашних, сообщив им о полученном известии. Просто незаметно сел на свою машину, и приехал в участок.
Войдя в небольшой кабинет, он увидел Асрора в крови, сидевшего в углу. А в противоположном сидел Кабыл, тоже с окровавленным лицом. Максуд, конечно, его не знал.
После затянувшегося допроса Максуд все-таки уговорил защитников правопорядка отпустить парней и забрал их с собой. Асрор приехал на своей машине. Кабыл долго не соглашался ехать с ними. Хотел из участка поехать прямо в общежитие. Но Максуд не отпустил его… Когда "забияки" вошли в дом с опухшими лицами, Камила со своей бабушкой – Василой-апой сидела на диване в прихожей. Девушка старалась вспомнить "нежданных гостей". Ей все казалось, что она с ними недавно где-то встречалась, и с удивлением смотрела на их избитые лица. Потом подошла поближе к ребятам. Она хотела спросить, что же все-таки случилось с ними. Но оба стояли, опустив головы вниз.
Глава 10
Камила словно окаменела, узнав Кабыла с Асрором. У одного были синяки под глазами, а у другого – разбито лицо.
– Что с вами случилось? Вы же полчаса назад уезжали вместе? С кем вы это успели подраться за это короткое время?
Парни все еще не могли поднять головы от земли, и не смели смотреть в глаза Камилы.
– Доченька, эти забияки между собой подрались,– пояснил Максуд. – Не знаю, чего не поделили между собой эти драчуны. Тем более, больше всего этого не ожидал от вас, Асрорбек. Его-то я не знаю. Может, он один из уличных бродяг.
– Дядя, пожалуйста, выбирайте выражения, – сказал Кабыл, глядя на Максуда исподлобья.
– Папа, пожалуйста, не отзывайтесь о нем плохо. Этот парень мой односельчанин. Его зовут Кабыл. Мы жили с ним в одной махалле,– сказала Камила, заступившись за своего школьного товарища.
– Ах, так? Почему ты раньше не сказала мне об этом,– произнес Максуд. Затем, подойдя поближе к Кабылу, протянул ему руку:
– Будем знакомы, сынок.
Асрор в это время сожалел о своем поступке. Ведь он хотел отдалять, разъединить Кабыла с Камилой. А вышло наоборот. Поближе познакомил его с ее отцом.
Чуть позже хозяин позвал одного из слуг, попросил проводить ребят в ванную и приготовить ужин для них.
***
После переезда родственников к Айбарчин-апе, безлюдный двор Садыка – арбакеша вновь стал в какой-то степени приобретать былой облик. Айбарчин-апа хлопочет, занимается домашними заботами, нянчится с ребенком. Но часто тоскует по дочери, хотя Камила приезжает каждую неделю. Сэкономив деньги, данные ей отцом на дорогу и на карманные расходы, она привозит в подарок то платок, то комбинашку, то тапочки, иногда и сладости. Приезжает в кишлак и уезжает из кишлака на отцовском белом «Лимузине». Каждый раз, кода она приезжает в село, и стар, и млад, выбегает на улицу, чтобы поглядеть на нее. Ее красивая прическа так идет ей. А искусно сделанный макияж еще раз подчеркивает ее естественную красоту. Если ее приталенная одежда словно повторяет ее стройный стан, то изящные туфли на высоких каблуках будто бы дублируют ее длинные, прекрасные ноги. Селяне, глядя на Камилу, превратившуюся в настоящую принцессу, не верили своим глазам.
***
Все собрались за ужином. За дастарханом сидят и Асрор с Кабылом. В хрустальную вазу, поставленную на хонтахту, положены душистые цветы. В дорогих, расписных блюдах были поданы разнообразные сладости, кондитерские изделия, салаты. О фруктах и напитках лучше не говорить. Кабыл впервые за свою жизнь сидел за дастарханом с таким обильным угощением. Может, от этого он чувствовал себя не в своей тарелке. От смущения пил только чай и ничего не ел.
Они с Асрором время от времени обменивались враждебными взглядами.
– Берите, сынок, угощайтесь. Ваша еда остывает, – говорила Васила-апа, обращаясь к Кабылу.
– Я кушаю, ем, спасибо за угощение,– отвечал Кабыл, с благодарностью прижимая руку к сердцу.
Кабылу за столом хотелось сквозь землю провалиться от стыда. Он изо всех сил старался прятать от окружающих свои покрасневшие от ударов глаза. Тем не менее, они при комнатном свете казались еще более покрасневшими. Встать и уйти было бы не прилично. Что же делать? К тому же время было позднее. Ему еще нужно добраться до общежития…
После ужина все перешли в комнату отдыха. На столе стоял большущий телевизор. Комната напоминала, скорее всего, большой зрительный зал.
Надевая свой костюм, Кабыл прощался с хозяевами. Он, было, собрался уйти. Но в это время по лестнице с узорчатыми перилами, спустился Максуд:
– Куда вы, паренек, в такой поздний час? – спросил он у Кабыла.
– Спасибо вам за гостеприимство, дядя. За прием и за угощения. Но, мне пора в общагу. Утром должен пойти на занятия.
– Вам что, жить надоело? Вас недостаточно разукрасили? Куда пойдете по такой темноте? В ночное время на улице бродят всякие. И жулье, и пьянчуги… К тому же до студенческого городка километров восемь-десять… Наверное, давно перестал ходить общественный транспорт…