Чтение онлайн

Наташа взяла со стола зубочистку, разломала ее на мелкие кусочки и сказала:

– Боюсь хуже Таняхе сделать. Я ведь не знаю, как дело обстоит. Конечно, это маловероятно, но вдруг Настя слово сдержала и квартиру ей купила?

– Так Рыкова же в клинике, – напомнила я.

– Ну и что! Выйдет когда-нибудь и поселится. И вдруг Звягинцева в клинику ездит, а? Мне надо точно знать, что Таняша ничего не получила, пойдя на аферу. И еще…

– Что?

– Боюсь информацию открывать, говорила ведь уже, что потом на работу не устроюсь. Представляешь, какой лакомый кусочек для газет? Завоют, завизжат, начнут мое имя полоскать.

Музыка стихла.

– Похоже, твои отпелись, – мрачно сказала Наташа.

– Послушай, – быстро сказала я, – давай сделаем так. Ты организуешь мою поездку в Малино, ну, скажешь, к кому мне там подойти, чтобы дали с Таней поговорить. Если ее обманули, тогда ты отдашь мне запись, а я уж сама опубликую эту историю в прессе. Твоя фамилия даже не будет упоминаться. Просто я сообщу: получила материал от источника, который пожелал сохранить инкогнито. Убьем двух зайцев: освободим Таню и отомстим Свину.

– Давай номер своего телефона, – велела домработница.

Я улыбнулась:

– У меня нет мобильного.

Наташа быстро нацарапала на листке строчку и протянула его мне.

– На, держи мой номер, теперь скажи, как тебе домой звонить.

Я взяла салфетку, начала писать, и тут в кухню заглянула Рита. Старательно изображая капризницу, она прогундосила:

– Танька, чего расселась? Живо шмотки собирай! Нам еще на день рождения ехать!

– Куда? – изумилась я.

– На тусню, – рявкнула Рита, – хорош базлать, мы работаем, а она тут кофием наливается, макака немазаная!

Наташа фыркнула и отвернулась к окну. Я быстро выскочила в коридор и прошептала:

– Ну про макаку это уж слишком!

Рита хихикнула:

– Извини, стараюсь изо всех сил. Давай собираться, я смертельно устала, а еще предстоит на этот кретинский сейшн [6] рулить.

– Да, – улыбнулась я, – ты устала? А мне показалось, что тебе собачка здорово помогла.

– Ой, прикол! – взвизгнула Рита. – Голос-то какой! Кое-кто из наших позавидовать может.

Быстро собрав сумки, мы уселись в машину.

– Ну чего, едем? – спросил, зевая, Митька.

– Свина ждем, – протянула Рита. – И куда он пропал?

Тут на дорожке показался продюсер, его лицо по цвету напоминало сырой говяжий фарш. Извините, конечно, но приводить тут слова, которые он произнес, я сейчас не стану.

– Что, Свинушка, – хихикнул куривший около автобуса Ванька, – похоже, хозяева не захотели поговорить с тобой на равных?

– Сволочь, – рявкнул Семен, влезая в «мерс», – корчат из себя дворян, два пальца протягивают, губы кривят! А то я не знаю, откуда ихнее богатство взялось. Прямо-таки сами заработали!

– Их, – вдруг тихо сказала Рита.

Свин удивленно посмотрел на певицу.

– Ты о чем?

– Не «ихнее» богатство, а «их», – продолжала она, – ты неграмотно говоришь! Их богатство. Слова «ихнее» в русском языке нет!

Я тяжело вздохнула. Ну сейчас начнется! Зря Рита полезла на рожон! Еще секунда, и Свин завопит. Но продюсер поступил нестандартно. Абсолютно спокойно он вышел из автомобиля, открыл заднюю дверь, выволок наружу Риту, швырнул ей под ноги сумку и велел:

– Езжай на автобусе со всеми, коли такая умная, а я уж, малограмотный неуч, на своем честно заработанном «мерине» отправлюсь. Танька, вылазь и шмотки этой, образованной, прихвати, нефиг в лимузинах раскатывать!

Поняв, что стала жертвой чужого скандала, я ящерицей вынырнула из салона, не забыв взять портплед и ящик с косметикой.

– Чао, бамбино, синьорита, – ухмыльнулся Свин, устроился возле Митьки и, очень ласково сказав: – Глафира, дуй на тусовку, Кудрявенький ждет, – приказал шоферу: – Вперед, да не тряси!

«Мерс» исчез, оставив после себя легкий запах бензина.

– Да, – хохотнул Ванька, вывешиваясь из окошка микроавтобуса, – тяжела и неприкаянна жизнь эстрадного артиста, ты-то чем его так обозлила?

Рита поправила волосы.

– Идиот! Разговаривать не умеет! «Ихняя», «ложит», просто стыдно!

– Ну ты даешь, – из автобуса подал голос Костя, – забыла, кто кому платит? На штаф посадит, ничего за концерт не получишь!

– Сволочь он! – резюмировала Рита. – Ты в другой раз-то свой ум не демонстрируй, – посоветовал Ванька, – может, у Свина в Фиговске, откуда он родом, так говорят. Ну вроде как в Питере: у нас подъезд – у них парадное, в Москве люди батон хлеба просят, а в северной столице булку белого. Мы тут балакаем «их деньги», а на свиновской родине «ихние тугрики» бормочут, понимать надо!

– Свин не москвич? – поинтересовалась я, втискивая вещи в минивэн.

– Нет, – мотнул головой Костя.

– Откуда он? – спросила я.

– Хрен его знает, – пожал плечами Ванька, – появился незнамо откуда, нам сие неинтересно. Главное, он деньги зарабатывать умеет.

Микроавтобус поплюхал по шоссе.

– Вот беда, – зевнула Рита, – чтоб он сгорел!

– Кто? – спросила я.

– Кудрявенький со своей тусовкой, – ответила певица, – спать хочу немыслимо!

– Давай поедем домой, – предложила я.

– Нельзя, – грустно ответила Рита, – просто невозможно! Софка никогда не простит!

– Ты о ком? – недоуменно поинтересовалась я.

– У Кудрявенького есть секретарша, – Рита принялась вводить меня в курс дела, – имечко ей Софья Константиновна, но все кличут даму Софа. Жутко стервозная особа. Кудрявенький-то обидчив, но отходчив, а эта грымза памятлива, словно медведь-гризли. Она обид не прощает. Так вот, у Софки в руках список гостей, и она в нем галочки ставит. Ну, допустим: Митя из «Баблз» приехал одним из первых, в подарок привез вазу дорогую, сидел до утра. А вот Арабелла прикандыбала под самый конец тусни, приволокла в качестве презента свой диск, повертелась десять минут, и ау!

– Ну и что? – пожала я плечами.

Рита постучала кулаком по лбу.

– Тумба ты! Пройдет неделя, заявится Арабеллин продюсер к Кудрявенькому и запоет: «Что-то мы давно у вас не звучали». И тут Софа своему начальнику и надует в уши: «Арабелла вас не уважает, на день рождения плохо поздравила, всего секунду посидела и уехала, денег на подарок пожалела. Вот Митя из „Баблз“ другой». И что получится?

Я, моргая, смотрела на Риту.

– Из всех громкоговорильников Митечка орать станет, а Арабелла исчезнет, – закончила моя новая хозяйка, – а у нас знаешь как: либо ты у людей постоянно в ушах звучишь, либо умер. Три месяца в эфире нет, народ тебя забыл. Ты в курсе, кто такой Кудрявенький?