Чтение онлайн

С момента достижения брачного возраста, который торжественно отмечается целым циклом различных обрядов, наряд выглядит наиболее пышно и затем во время свадьбы дополняется некоторыми деталями. Самый важный отличительный признак девушки, достигшей брачного возраста, это лубяные косички, которые она вплетает себе в волосы. Таких косичек около девяноста! Как девушки, так и юноши брачного возраста носят набедренную повязку из большой раковины или — так как это вещь довольно дорогая — из скорлупы кокосового ореха. Юноши носят, кроме того, налобные повязки, ожерелья из ротанга, а также браслеты на руках, икрах, лодыжках. Юноши опять носят на груди перекрещивающиеся ленты, но теперь на них наклеивают семена плода коикс. В проколотых мочках ушей висят кольца из гнутых стержней перьев казуара, в носовой перегородке костяным шильцем или деревянным шипом проколото отверстие. Достигнув возраста владения оружием, юноши надевают на руки высокий плетеный ротанговый браслет, поддерживающий лук. Этому браслету надлежит принимать на себя отдачу тетивы.

Если в туалет девушки входят сумка и палка для выкапывания клубней, то неотъемлемой частью наряда юноши являются оружие и средства защиты. Сюда относятся прежде всего бамбуковый, реже деревянный лук с ротанговой тетивой и длинными неоперенными тростниковыми стрелами, на которые насажены деревянные или бамбуковые наконечники, украшенные затейливым узором; длинные деревянные копья с резными зубцами на конце или с насаженным бамбуковым наконечником; круглый или овальный щит, который, впрочем, известен не везде; мечевидные деревянные палицы и такие же палицы с тяжелым в виде симметричного диска, шара или звезды каменным навершием, в котором тщательно просверлено отверстие для крепления. Более примитивные папуасские племена носят тяжелые ротанговые панцири, а племена, пришедшие на остров позднее, пользуются копьеметалками в виде расколотого вдоль бамбукового ствола. От австралийской копьеметалки они отличаются лишь по форме, но у них то же применение и то же действие.

В пожилом возрасте папуасы становятся менее суетными и перестают носить многие украшения. Старые люди лишь прикрывают срам да носят несколько браслетов на руках и ротанговое кольцо на шее.

Люди определенных возрастных групп из суеверных побуждений уродуют себя, просверливают отверстие в носовой перегородке, а то и в обеих стенках ноздрей, прокалывают мочки и края ушной раковины. У некоторых папуасских племен принято даже иметь рубцы на теле, которые делаются весьма искусно. Кожу царапают заостренным инструментом и в кровоточащую рану втирают золу или какую-нибудь едкую жидкость. Больное место вздувается, и образуется шрам.

Жизнь людей каждой возрастной группы у папуасов, как и у многих других народов, издавна проходит по заранее предписанному пути. Первые годы их жизни отмечены счастливой беззаботностью детства. В юности папуасы проводят свой досуг в различных играх. Мальчики состязаются в метании копий и стрельбе из лука. Правда, папуасы не устраивают столь крупных состязаний в борьбе или владении оружием, как полинезийцы. Зато у папуасов очень популярны игры в веревочку с волчками, которые когда-то имели магический смысл. В игре малыши подражают взрослым, их труду, к которому детей постепенно приучают родители. Женщины знакомят дочерей с их будущими обязанностями, отцы — сыновей. Со времени наступления половой зрелости — этого чрезвычайно важного скачка в жизни человека — мальчики и девочки строго разобщены. Там, где семья живет под одной крышей, мужчины и женщины спят раздельно. Если в селении есть специальный дом для неженатых мужчин, мальчики поселяются в этом доме. Мальчики и девочки обучаются жизневедению и религии, что входит в комплекс обрядов инициации. Их знакомят с историей племени, с его законами, обычаями и обрядами. Лишь после этого они считаются взрослыми.

Общественная структура папуасских племен столь же пестра, как и картина материальной культуры. Племя расселено по нескольким деревням, общины которых состоят из отдельных семей, входящих в роды — более крупные объединения с общим мифологическим предком. Эти роды экзогамны, то есть людям одного рода не разрешается вступать в брак между собой. Казалось бы, при гораздо более развитом, чем у австралийцев, хозяйственном укладе руководство деревней или всем племенем должно быть в руках одного какого-нибудь человека, скажем вождя… Однако ничего подобного у папуасских племен нет. У них все еще существует господство старших. На реке Дигул самым почетным человеком в селении считается самый старший. Правда, он не наделен никакой властью и никто ему не обязан повиноваться. Лишь при устройстве празднеств и колдовстве он несет некоторые функции, заключающиеся, однако, только в отеческих советах. При всем уважении к нему все взрослые мужчины, в том числе и неженатые, имеют неограниченную свободу действий. Так, каждый мужчина может сам мстить за обиду, нанесенную ему или его семье, — за измену жены, кражу урожая и так далее. В мести ему содействуют друзья, и никто не откажет ему в этом, ведь обидеть могут каждого. Любопытно, что наиболее примитивные отношения, схожие с традициями австралийцев, существуют как раз у наиболее древней группы папуасов, а именно у племен реки Дигул.

Старшие в роду пользуются почетом у всех папуасских племен, и хотя в различных местах острова «форма правления» варьируется, основа ее везде одна и та же: почитание старших. По системе правления весьма прогрессивно южногвинейское племя маринд-аним, подробно изученное Вирцем. Там ответственность за судьбу племени находится в руках стариков. Но старики там не «правят», ибо они не облечены властью по закону. Да им, собственно, и не нужно никакой власти, потому что они по доброму обычаю племени пользуются большим общественным авторитетом, как люди, хотя и несильные физически, но зато умудренные жизненным опытом. Каждый, кто восстал бы против этого неписаного закона, подверг бы себя всеобщему презрению.

Старики особым образом влияют на жизнь общины. Они не дают никаких приказаний, они лишь дают советы пожилым женатым мужчинам, которые обсуждают их вместе с молодыми женатыми мужчинами. Те в свою очередь сообщают предложения стариков юношам брачного возраста. Как видите, у маринд-аним существует разделение по возрастным группам и в политической жизни. Каждый пользуется правом возражать, но, чтобы к его голосу прислушались, доводы его должны быть хорошо обоснованы. Собственные соображения могут высказывать лишь пожилые женатые мужчины. Почтение к возрасту распространяется также на пожилых женщин. Община прислушивается к их предложениям. Молодые женщины лишены права высказывать свое мнение по делам общины. Когда однажды голландские колониальные власти сами назначили правителей из числа женатых мужчин, оказалось, что эти мужчины не пользуются никаким авторитетом. Их назначение противоречило издавна принятому обычаю.

У папуасов центрального горного района, живущих между реками Ваги и Химбу, существует совет племени, состоящий из глав родов. Подчиняются совету племени только добровольно. Члены этого совета не имеют диктаторских полномочий даже внутри своего рода. Авторитет этих глав родов зиждется не на их жизненном опыте, а на сравнительно большом материальном состоянии, выделяющем их из среды всех остальных. У этих племен существуют явные сословные различия, определяющиеся богатством представителей племени. Есть люди, не имеющие собственного дома, которые, живя у богатых, пасут их свиней, за что и получают пищу и одежду. Большинство людей племени относится к этим беднякам с пренебрежением. Их даже не замечают. О них, мол, и говорить не стоит. Обычно в таком положении находятся низкорослые люди. Этот факт очень примечателен, так как население центрального горного района состоит из явно различных биологических групп. Весьма вероятно, что эти несвободные люди являются остатками древнего низкорослого населения (пигмеев), которое когда-то покорилось вторгнувшимся в их пределы людям более высокого роста.

Другая, менее угнетаемая группа населения, называемая туземцами «бедные», также находится в экономической зависимости от богатых. Но эти люди уже могут держать свинью и обладать некоторыми ценными вещами. О них говорят в презрительном тоне: «нищий, грязный, плохой» или «этот всегда был бедняком, нечего его и слушать». И все же о бедных людях, хотя и с презрением, но говорят.

Полноправным членом общины считается лишь тот, кто имеет не менее четырех свиней и так называемую раковину мока, представляющую большую ценность. С таким достатком мужчина уже может жениться, но опять-таки лишь на одной женщине. Однако как бы ни был мужчина трудолюбив и добропорядочен, он пока еще не имеет никакого общественного веса. Лишь тогда он начинает оказывать влияние на общественную жизнь, когда его состояние увеличивается до восьми свиней и до нескольких раковин мока; он может тогда прокормить уже несколько жен.

Если мужчина имеет двух, трех и четырех жен и держит по меньшей мере восемь свиней, это значит, что он человек состоятельный. У такого мужчины могут быть и слуги. Однако очень богатым считается лишь тот, чью жизнь услаждают семь-восемь жен, у кого немалое число слуг, на чьем пастбище пасется по меньшей мере двадцать свиней и кто владеет большим запасом раковин мока. Вот эти-то богатые люди и есть главы родов.

У племен залива Папуа стали постепенно появляться вожди селений. Мы уже рассказывали о том, что там все селение состоит из одной родовой общины и размещается в одном доме. Но так как род разделен на две части, одна половина живет на левой стороне дома, другая — на правой. Каждая подчиняется какому-нибудь влиятельному человеку из своей среды. Кроме такого человека там есть еще своеобразный староста селения. Он возглавляет свою половину рода и в то же время уже обладает некоторыми правами старосты селения. Он назначает дни охоты, в которой принимает участие все селение, посылает мужчин на рубку леса для постройки домов и лодок; отвечая за поддержание общественного порядка в селении, наказывает воров. Но самая важная и необычная его прерогатива состоит в том, что он может еще при жизни передать свою должность старшему сыну, которому во всяком случае надлежит принять эту должность после смерти отца.

Однако наиболее интересное развитие общественных отношений наблюдается у папуасов северного побережья Новой Гвинеи. Как и у племен залива Папуа, деревенская община здесь распадается на два брачных класса, только каждая семья живет в отдельном доме. Однако в церемониальном доме тайного союза советы старейшин подверглись коренной перестройке. В них вошли более молодые люди, члены тайных мужских союзов — организаций, играющих весьма важную роль как в политической, так и в религиозной жизни общины. В тайном союзе существует строгая субординация. У племен северного побережья положение каждого человека в общине определяется его «степенью», или «рангом», в тайном союзе. Чем лучше член тайного союза понимает смысл и задачи своей организации, чем лучше владеет определенными навыками, тем ранг его выше. Члены самой высокой группы тайного союза, достигшие «верха совершенства», считаются у папуасов «настоящими людьми». Лишь они решают все внешнеполитические и внутриполитические вопросы и даже вопросы мира и войны. Правда, предварительно все эти вопросы обсуждаются на открытых собраниях.