Чтение онлайн

– Считайте... Нет, только, пожалуйста, не здесь... Вы с этим будете долго возиться, а нам хотелось бы остаться одним...- и тихо подталкивая, она выпроводила ростовщика с его приятелями во двор.- Извините, но совершенно исключительные семейные обстоятельства. Встреча родственников, не имевших друг о друге вестей в течение двухсот лет. Надеюсь, вы не сердитесь. А расписку отошлете в Нант нотариусу Деларю. Слышите, вот на башне бьет пять! До свидания.

Глава восемнадцатая

IN ROBORE FORTUNA

Рауль был недоволен.

– Нет... нет. Так нельзя. Вы должны были сначала поговорить со мной.

– О чем?

– Об уплате за меня долга.

– Не сердитесь,- мягко ответила она.- Мне хотелось во что бы то ни стало освободиться от этого Вуарена. Завтра, я надеюсь, мне удастся вас убедить.

Она расцеловалась с графиней, а затем позвала и представила трех иностранцев:

– Я привела гостей. Зная, что вы, графиня, сегодня будете здесь, я позаботилась, чтобы вся наша семья была в сборе... Знакомьтесь... у нас есть много что рассказать вам... Я опять встретила Эстрейхера. Теперь он, согласно моему предсказанию, повешен. Рауль, далеко отсюда я видела вашего дедушку с Жюльеттой Азир... Впрочем, мы, кажется, слишком поспешно взялись за рассказы... Пред нами более неотложная задача - познакомиться лучше с нашими тремя кузенами.

Открыв буфет и достав портвейн и бисквиты, она начала угощать присутствующих, рассказывая о своем путешествии в Рош-Перьяк.

– Так, стало быть,- спросила графиня,- бриллианты навсегда потеряны?

– Об этом должны сообщить наши кузены.

Кузены слушали рассказ Доротеи очень рассеянно и, видимо, были заняты какими-то своими мыслями. Неудивительно, что Эррингтон заговорил о том, что казалось загадочным и требовало выяснения.

– Видите, Доротея... Нам непонятно... я думаю, вы не ?сочтете нескромностью... Разрешите мне сказать откровенно...

– Говорите, говорите, Эррингтон

– Хорошо... Эти триста тысяч франков...

– Вы хотите знать, откуда они взялись?

Доротея с таинственным видом шепнула англичанину на ухо:

– Тут все мои сбережения, добытые в поте лица.

– Вы все шутите.

– Мое объяснение вас не удовлетворяет? Тогда я буду совершенно откровенна.

Наклонившись к другому уху, она прошептала еще тише в с еще более лукавой миной:

– Я их украла.

– Кузина, оставьте шутки!

– Что же вы не верите, Эррингтон? Откуда мне их было взять, если я не украла?

– Я и мои друзья полагаем, что вы их нашли.
– Где?

– В развалинах Перьяка. Она захлопала в ладоши.

– Браво! Угадали. Да, Эррингтон, я их нашла. Это деньги маркиза Богреваль, нашего сиятельного предка, который устроил себе под дубом банк и, в надежде получить проценты, закопал туда кредитные билеты... Причем закопал он в восемнадцатом веке, а кредитные билеты выпуска двадцатого века.

Марко Дарио выступил на поддержку Эррингтона.

– Будьте серьезнее, Доротея. Умоляем вас, не смейтесь над нами. Скажите прямо, найдены бриллианты или надо на них поставить крест?

– Почему у вас появились сомнения?

– Во-первых, эти откуда-то появившиеся у вас деньги. Во-вторых, нам кажется невероятным, чтобы вы после долгих месяцев победоносных сражений вдруг сложили руки, когда цель почти достигнута. Мы этого не можем понять.

Доротея поглядывала на них, лукаво улыбаясь.

– По-вашему выходит, дорогие кузены, что я способна совершить двойное чудо: найти бриллианты, не искав их?

– Вы на все способны,- рассмеялся Вебстер. Доротея только тихо улыбалась.

– Вам удалось, правда?
– спросила графиня.

– Да,- сказала наконец Доротея.

– Когда же?
– вскричал Эррингтон.- Ведь вы все время были с нами?

– О! Вы мне не могли помешать. Еще тогда, в замке Роборэй, я уже знала, где спрятано сокровище.

– Каким образом?

– Благодаря девизу.

– Девизу?

– Да. Он настолько ясен, что я сначала удивлялась слепоте всех искавших и наивности маркиза Богреваль. Но оказалось, что у маркиза был правильный расчет... Дав в своем девизе точнейшее указание, поместив девиз и на башенных часах, и на своей печати - помните, на конверте?
– и чуть ли не везде, где только можно, он все-таки прекрасно скрыл свои сокровища.

– Но если вы знали с самого начала, почему же вы так медленно действовали?

– Я сразу узнала только, так сказать, характер тайника, но мне не было известно место его нахождения. Об этом я узнала лишь из медали. А прибыв в Рош-Перьяк, я через три часа нашла и место.

Марко Дарио повторил несколько раз:

– In ribore fortuna... in ribore fortuna.

За ним и другие бормотали эту кабалистическую формулу, как будто бы одно произнесение ее могло произвести чудодейственный эффект.

– Ну-ка,- сказала Доротея.- Вы ведь знаете латынь? Что значит эта фраза?

– Fortuna значит "богатство",- ответил Дарио.

– У нас речь идет о бриллиантах: следовательно, для нас начало фразы означает "бриллианты находятся в..." Где?

– In robore - в твердости души,- смеясь подсказал Эррингтон.

– В крепости... в силе, стойкости,- прибавил Вебстер.

– А еще? Ну же, вспоминайте... Здесь творительный падеж... Вы его производите от слова robus, а нельзя ли произвести от другого слова? Никто не знает? Господа, я знаю латынь очень плохо, но когда я узнала, что этот девиз указывает на место, где спрятан клад, я сообразила, что in robore взято не от robus, а от robor, т. е. дуб... In robore fortuna значит "бриллианты находятся в дупле дуба". Поэтому 12 июля я и привела вас к дубу... Сами видите, ясно, как апельсин. Когда я осмотрела дуб, увидела на высоте полутора метров след от давнего надреза коры. Это и было, по моим предположениям, то место, куда маркиз Богреваль спрятал свои сокровища... В первые же ночи, когда кузены спали в башне, мы с Кентэном принялись за работу. В темноте ощупью рубили, пилили, сверлили. Наконец наши инструменты натолкнулись на какое-то препятствие. Мы увеличили отверстие, чтобы можно было просунуть руку, и вытащили четыре ядрышка величиною с орех. Сверху была грязь, но достаточно было ее очистить, чтобы перед нами заблистали четыре бриллианта... Вот три из них. Четвертый в залоге у господина Деларю. Он согласился дать мне под него необходимую сумму, хотя, признаться, долго колебался и заставил ювелира произвести самую тщательную экспертизу.

Доротея передала трем иностранцам три великолепных красных бриллианта Голконды. Камни, все совершенно одинаковой величины, были огранены по-старинному, двойными гранями.

Эррингтон, Дари и Вебстер чувствовали себя смущенными. Два века тому назад странный мечтатель маркиз Богреваль, умерший с грезой блестящего воскресения, доверил эти камни тому дереву, под которым он, наверное, проводил часы отдыха. В продолжение двухсот лет природа медленно и непрерывно вела свою работу, строя слой за слоем крепкую стену для маленькой тюрьмы, устроенной так хитро и остроумно. Двести лет поколение за поколением бродили возле сказочного богатства и, пользуясь смутной легендой, искали его. И вот наконец прапраправнучка разгадывает загадку, добирается до тайника и предлагает им теперь драгоценные камни, вывезенные когда-то их предком из Индии.