Чтение онлайн

Панорамы школы сменились видами главного управления Канцелярии, ведущий рассказал о том, что Лисса успешно прошла испытания, зачислена в третий отряд и вскоре начнет свое обучение. Подводя итоги, голос привел ее в пример всему подрастающему поколению как образцового гражданина ЛиДеРа, достойного подражания.

Это было отвратительно, патриотично и пафосно.

– Знаешь, – Йон старался говорить как можно более весело, но, несмотря на то, что голос не дрожал, веселость оказалась какой-то злой. – Современный саспенс мне нравится больше, но я тут вспомнил, что не все старые кинофильмы ужасны. «Кровавые слизни» конца двадцать первого века абсолютно потрясающая вещь. Интересно, здесь можно ее посмотреть?

– Хм… – сосед задумчиво смотрел на него, но Йон был уверен, что тот думал не о том, найдет ли он тут фильмотеку. Интересно, в Канцелярии есть курсы по управлению гневом или еще что-то, что может помочь ему держать при себе бушующие внутри эмоции? – Отличная идея. Джедаи бы тобой гордились.

Йон приложил руку к стене и произнес: «Инструкция». Перед его лицом всплыло вертикальное голографическое изображение, похожее на интерактивное стекло, только без собственно стекла. Он поводил пальцем по изображению, переходя по ссылкам и оглавлениям.

– Так-так-так… О! – Йон снова приложил руку к стене. – Душевая! – он проворно вскочил, направляясь к возникшей ручке на одной из панелей. – Совсем не то, что я искал, но очень кстати после долгого дня. Пожалуй, стоит освежиться, – он старался придать своему голосу беззаботности, но говорить выходило по-прежнему со злостью.

– Йон, – окликнул его сосед перед тем, как он успел потянуть за ручку. – Все в порядке?

Мальчик колебался буквально секунду. Может быть, стоило все рассказать? Кто как не человек со страшным, уродливым ожогом сможет понять его страшную, уродливую тайну?

– Все хорошо, – Йон пожал плечами и улыбнулся. Злости в голосе больше не было. Как и колебаний. Выбор сделан. За жизнь платят жизнью.

Йон ощущал себя участником реалити-шоу. Несогласные пялились на него, перешептывались за спиной. Только что пальцами не показывали. Впрочем, это не смущало. Лишь вызывало ностальгическую улыбку. Первые недели обучения в Канцелярии он тоже ощущал пристальное внимание, слышал шепотки за спиной. Словно породистый жеребец на скачках. Тогда, впрочем, это сбивало с толку, сейчас же был только азарт. Он уже давно не жеребенок, не жокей и даже не зритель. Он устроитель скачек.

По всему пути следования за излишне самонадеянной девицей он незаметно разбросал несколько десятков миниатюрных антенн-передатчиков. Раз уж мятежники оказались неспособны засечь не только все импланты, но и пронесенное оборудование, то просто грех было этим не воспользоваться.

Впрочем, Йон и сам долгое время не подозревал о подобных технологических новинках, считая даже радиолокацию чем-то запредельным. Куда уж безнадежно отставшим от прогресса несогласным. Передатчики были закреплены на волосах и почти не различимы глазу. Что бы подбросить жучок, он просто срывал волос и кидал куда-нибудь в угол.

Правда, следовало отдать должное, бункер был действительно хорошо спрятан, и за все время, проведенное в плену, Йону еще ни разу не удалось поймать какой-либо сигнал извне. Плюс ко всему, лишиться десятка имплантов было неприятно. Пусть те, которыми он привык пользоваться больше всего, остались незамеченными, но потеря даже части дополнительных возможностей ощущалась как потеря пальцев или зубов.

Чтобы не дать себе думать об этом, приходилось изо всех сил улыбаться, шутить, галантно подавать руку и открывать двери, между делом то тут, то там раскидывая антенны-передатчики. Сигнал от них с трудом пробивался сквозь горную породу, толщу земли и железные стены, но если удастся собрать всю сеть, то он сможет многое.

– Спасибо за экскурсию. Довольно познавательно с исторической точки зрения, – Йон попытался поймать взгляд карих глаз, ожидая очередной колкости, но ее не последовало.

Мора лишь коротко усмехнулась, слегка приподняв правый уголок губ. Йон никак не мог определиться с тем, что он думает о ней. Девица была необычайно наглой и самоуверенной. Довольно опасно, учитывая то, что он услышал на звукозаписи проведенной над ним операции. Передатчик, вшитый в ее ладонь, действительно смущал, как и неясные чипы, подсаженные в организм. Правда, это было лучше, чем, если бы Йона заразили каким-нибудь вирусом или подсадили на определенный наркотик. Мало ли можно выдумать средств, чтобы заставить человека слушаться?

– Столовая там. Впрочем, большинство семей предпочитает есть у себя в комнатах, – она указала на один из коридоров.

Йону пришлось приложить некоторое количество сил, чтобы не перестать улыбаться. Семья. Ему совершенно точно представилось, какой именно смысл вкладывают несогласные в это слово. Неестественный, давно устаревший и такой пошлый. Не в силах совладать с собой, он замедлил шаг.

– Каждый раз, когда я слышу слово «семья» в определениях несогласных, я вспоминаю Шекспира.

– Ох, какой же ты все-таки милашка, неужели Гамлета? – с иронией отозвалась Мора, скрещивая руки на груди.

– Ромео и Джульетту, – он подмигнул девушке и взял ее под локоть. – Согласись, если бы несчастные влюбленные жили во времена ЛиДеРа, то трагедии не случилось бы.

– Счастье для всех и любовь в каждом сердце, – Мора картинно приложила руки к груди и, обратив глаза к потолку, искусственно захлопала ресницами. – Все никак не могу взять в толк, милашка, ты правда веришь во всю эту чушь? – она бросила на него слегка разочарованный взгляд и пренебрежительно хмыкнула, – одна сплошная агиткампания. Да взять хотя бы то, что кадетам Канцелярии запрещены контакты с внешним миром. Монтекки и Капулетти, по сравнению с Верховным Канцлером, образцы идеальных наставников. Они, по крайней мере, сами своих детей не убивали.

– Доведение до суицида не в счет? – засмеялся Йон.

Смахнув с глаз невидимую слезинку, он обнажил зубы в одной из самых своих дружелюбных улыбок. В этот момент ему нестерпимо хотелось выплеснуть на проклятую девицу всю свою ярость. Как много они знают о нем? Генерал Славий упоминал о его матери, но разве у несогласных действительно был выход на эту женщину? И если да, то что она успела рассказать им? Хотелось действия. Йон не нашел ничего лучше, чем, не снимая с лица доброжелательной маски, медленно приблизиться к девушке и тихим доверительным голосом произнести:

– Ну, давай пофантазируем. Допустим, инспектор Канцелярии влюбится в одну из несогласных. Достаточно непримиримые стороны, не так ли? – легким движением он поправил выбившуюся из-за уха Моры темную прядку. – Что будет, если, ну… – Йон сделал вид, что задумался, – ну, предположим, мы с тобой полюбим друг друга? Страстно, отчаянно. В духе великих романов.

– Ох, какой драматизм, – девушка выразительно округлила глаза, еле заметно придвинувшись к нему.

– Драма? Но разве нам что-либо помешает быть вместе? Любить друг друга и быть счастливыми? – он осторожно положил руку на тонкую гибкую талию. – Канцелярия проповедует свободу выбора. Ты можешь делать что угодно и быть кем угодно. Можешь любить кого-то из несогласных, – Йон осторожно погладил девушку по спине, – можешь быть несогласным. За это не наказывают, – шепнул он ей на ухо.