Чтение онлайн

— Правда…

— Точно так же думают и все остальные производители. Это касается и жилья. И отдыха. И других бытовых нужд. Они хотят, чтобы ты всю жизнь работала только за их товары. Вот, к примеру, те же модные платья. Ты покупаешь себе одно дорогое, хорошее, и намерена его носить год-другой, ведь так?

— Ну… далеко не всех платьев это касается, но если речь идет о рабочих костюмах — то совершенно верно. Я планирую, что, купив хороший дорогой костюм известной марки, я его буду носить где-то около двух лет. Пока не наступит естественный износ.

— А производители этих костюмов не хотят, чтобы ты носила его два года. Вот прошло полгода и — нате, пожалуйста. «Новая коллекция весенне-летнего сезона, было раньше модно в горошек, а теперь в клеточку». И хочешь — не хочешь, ты вынуждена бежать купить себе костюм в клеточку. Потому что иначе твои деловые партнеры смеяться будут. Скажут, что ты одета, как бабуля из прошлого века.

Ведь так?

— Ты удивительно проницателен, Петя, — обиделась я. — И откуда у тебя столько познаний в женской психологии?

— Да нет у меня никаких познаний, — сказал Петя. — Я просто разбираюсь в пиаре и маркетинге. Так вот… — продолжил он. — Эти люди хотят сделать деньги на том же самом, что и все остальные. Идея — это же вирус. Если у одного возникла хорошая идея, все спешат ее подхватить и размножить поскорее, а для этого привлекается целая индустрия, которая формирует соответствующее общественное мнение. Людей пытаются принудить купить всю эту пакость, потому что, если они ее не купят, то «будут немодными». А в то же время в сфере сельского хозяйства в той же Америке занято всего два процента трудоспособного населения. Вдумайся. ДВА процента! А едят — ВСЕ!

Каждый день, по три раза. Это же бред.

— А в чем бред? Сейчас создаются специальные технологии, есть оборудование, которое позволяет обрабатывать огромные участки земли… Для этого не требуется много людей.

— Ну не будь наивной ты, бога ради, — скривился Петя. — Никто ничего не обрабатывает. Просто сидят ученые и изобретают способы посадить одну-единственную картошку, но чтобы она выросла и целый город накормила. Ну не хотят они обрабатывать целое поле, потому что это им накладно. Если они будут целое поле засаживать этой картошкой, то они не смогут заработать столько же, сколько зарабатывают производители всякого модного тряпья и электронного хлама. Понимаешь?

— Так… продолжай, — я чувствовала, что Петю понесло окончательно, и сейчас он прочтет мне коротенечко на всю оставшуюся ночь лекцию по экономике.

— И вот в итоге мы видим на прилавках картошку-монстра, которая, к тому же еще и бешеных денег стоит. А рядом другая картошка, на которой написано «экологически чистая», которая стоит еще более бешеных денег… И чтобы купить всю эту картошку, ты идешь в банк и берешь кредит. Ты его берешь — неважно, на что. На собственный бизнес, просто потребительский кредит. Тебе жутко хочется уложиться в бюджет и купить эту чертову «экологичную» картошку, потому что травиться «монстрами» тебе совсем не хочется. И как ты ни крути, тебя затягивают в эти кредиты. Тебя вынуждают их взять, а потом расплачиваться всю жизнь, воспитывая в ком-то рантье…

— Петя… Я не знаю. Но ведь, чтобы дать кому-то кредит, нужно сначала эти деньги откуда-то взять?

— Вот! — Петя довольно взмахнул рукой. — Вот теперь мы подошли к самому главному. Откуда берутся деньги, которые дают в кредит. Очевидно, что сначала эти деньги надо собрать с граждан, а потом снова им их раздать. И фактически схема выглядит следующим образом. Вот есть некий банк.

Он привлекает средства вкладчиков, которые в надежде сохранить свои сбережения и получить по ним проценты, доверяют ему денежки. Затем, когда уже достаточно собрано, банк решает, во что бы ему эти средства вложить, чтобы получить те самые проценты, которыми он может расплатиться со вкладчиками. И он дает кому-то кредиты, назначая за них еще более высокий процент. Таким образом, кто-то получает кредит на бизнес. Кто-то получает кредит на покупку нового модного платья или нового компьютера. Однако кредит — такая штука, его нужно возвращать.

— Да, в общем-то, логично, — сидела я и слушала, развесив уши.

— Но вдруг так вышло, что тебе этот кредит возвращать нечем. Потому что тебя уволили с работы, и ты не можешь своё модное платье оплатить. Или твой бизнес прогорел. А прогорел он, потому что ты, как и все другие сто тысяч миллионов людей, тоже решила производить электронный хлам или модные тряпки. Ну, допустим, у тебя нет никакого имущества, кроме этого модного платья. И если нет работы, то банк ничего с тебя взять не в состоянии. А если таких людей, как ты — много?

— А к чему ты всё это клонишь? — Я посмотрела на часы — полвторого ночи…

— Клоню я это к тому, что кредит — это экстренная мера. Кредиты массовыми быть не могут по определению. Потому что если человек берет кредит, значит, он не в состоянии произвести что-то действительно ценное, заработать или привлечь средства компаньонов для создания собственного дела. А если он не в состоянии зарабатывать и привлекать средства, то он — кто?

— Кто?

— Банкрот он — вот он, кто… Он не умеет вести дела, понимаешь? Он ничего не умеет. Так какой смысл давать чужие деньги лузеру? — Петин голос становился всё громче и громче.

— Нет, постой, постой, тебя что-то уже окончательно занесло, — замотала я головой. — Что за бред ты несешь. Если я решила открыть свою полиграфическую, к примеру, компанию, очевидно, что у меня будут начальные затраты — это и сама услуга печати, это и помещение под офис, это и оплата электроэнергии, зарплата персоналу и так далее. Я иду в банк со своим бизнес-планом. Я эти деньги обязательно верну, потому что выручка от продажи моих напечатанных книг будет превышать затраты на их производство и оплату персонала… И этими вырученными средствами я расплачусь с банком…

— Ну, милая, — Петя насмешливо посмотрел на меня. — А с чего ты вдруг решила, что ты напечатаешь и продашь? У тебя что, большой опыт работы в продажах? Если он у тебя есть, то у тебя наверняка есть и деньги. И тебе совсем не нужен никакой банк с его кредитами. Потому что, работая по найму за проценты и совершая миллионные сделки, ты наверняка сможешь получить и начальный капитал на свою полиграфическую фирму, и много чего еще… А бизнес — это продажи, дорогая моя. В крайнем случае, если тебе не хватит средств, ты объединишься еще с парочкой таких же ушлых ребят, которые тоже имеют деньги, и с которыми вы вместе сможете раскрутиться. Так делают многие крупные корпорации — создают инвестиционные фонды, объединяют капиталы.

— О, как загнул… — Изумилась я. — Ты знаешь, а в твоих словах действительно что-то есть.

— Это наивно думать, что продать в массовом порядке можно всё, что угодно. Любой специалист по продажам скажет тебе, что теоретически можно и чукчам снег толкнуть — но только один раз. Когда человек обнаружит, что товар негодный или что он ему попросту не нужен, он перестанет его покупать. Поэтому у специалистов по продажам очень сильно развито чутьё. Они хорошо чувствуют рынок, понимают, в какой момент времени какой товар нужен людям больше всего. Поэтому, повторюсь, я против кредитов… Если ты понимаешь механизмы ведения бизнеса, то ты всё можешь сам. Без фальшивых допингов.