Чтение онлайн

— Долго ждать? — Переспросила я.

— Не меньше суток, — заявил Сергей. — Сейчас они начнут обыскивать помещения, потому что выходящими из здания нас не видели.

Я даже не представляла себе, что стану участницей такого жуткого политического детектива.

— Нас найдут! — С ужасом констатировала я. — Нас же найдут, что мы будем делать?

— Не надо бояться, — успокоил меня Сергей. — Они начнут осматривать кабинеты один за другим. Первую партию будут обыскивать особенно тщательно. Чем больше времени и чем меньше результат, тем они будут менее внимательны. Наш кабинет находится где-то в чертовой заднице. Поэтому мы просто как следует спрячемся и переждем. Выхода у нас нет. Если мы не доберемся до гипнометра, то нас попросту убьют.

Меня обуревали противоречивые чувства. Все эти шпионские страсти, политические интриги, а затем еще и угроза для моей собственной жизни, попросту сбивали меня с ног. Еще недавно я была просто менеджером, просто пиарщицей, просто предпринимателем. Теперь я втянута в смертельную игру из которой выход только один — победить. В этот момент до меня вдруг дошли слова Сергея: «И что, так всю жизнь и будешь стоять с уоки-токи в руке»?

Действительно, если вдуматься, все это было настолько мелко и мелочно. Я всегда чувствовала себя частью некой богемы, элиты, что ли. Вокруг меня политики, звезды, и я вроде бы как причастна к ним. И в один миг всё встало на свои места. Я — никто вообще. Пустое место. Это они — творят историю, живут своей жизнью, да и просто живут. Они хоть что-то делают, для себя ли, для страны ли, для людей. А я просто у них прислуга. Я обслуживаю их прихоти, выполняю их желания, освещаю их деятельность. И все мои мысли относительно того, что я вкупе с ними тоже очень важная персона — это всего лишь иллюзия.

На фоне всего этого то, что предстояло нам с Сергеем совершить в ближайшее время — это и было то немногое хорошее, что мы могли сделать не для себя и не потому, что какой-то важной персоне так захотелось. А потому что справедливость должна восторжествовать. Вот, почему.

«А вдруг Сергей меня обманывает, и он всё-таки враг?»

Я совсем запуталась.

Я посмотрела на Сергея. Он сидел, серьезный и усталый, чуть свесив голову. Пододвинувшись к нему поближе, я доверчиво склонила голову ему на плечо. Он улыбнулся, потрепал меня по волосам, притянул к себе и крепко обнял.

— От тебя всё время пахнет какой-то ванилью, — тихо засмеялся он, вдохнув запах моих волос. — Такой чудесный запах, так кружит голову. — И он коснулся мягкими губами моего виска.

— Скажи, а что ты подумал, когда увидел меня в первый раз? — Спросила я, утыкаясь носом в его шею.

— Не знаю, — шептал он, сжимая меня в объятиях и легонько целуя моё лицо. — Я вообще-то действительно обычно думаю в таких случаях. Но когда увидел тебя, мне просто захотелось подойти и заговорить. А потом, когда я унюхал эту самую ваниль, мне вообще мозги полностью отказали. Я нес какую-то чушь и вообще ничего не соображал. Мне просто очень не хотелось тебя отпускать. Мне и сейчас не хочется…

Внезапно он надавил мне на больную руку, я вскрикнула.

— Что случилось? — Обеспокоенно спросил Сергей.

— Больно, — скривилась я. — Меня ранили на входе в Останкино. Ерунда, там царапина совсем. Но больно просто.

— Дай посмотрю, — предложил Сергей.

Я сняла пиджак и показала ему правое плечо, откуда нехотя сочилась кровь. Сергей чуть пощупал руку и объявил:

— Я вижу, что кость не задета. Ну, ничего, до свадьбы доживет. С боевым крещением тебя! Давай перевяжу…

Он рванул меня за рукав блузки и соорудил импровизированную повязку.

— Вот так, хорошо, — затянул он узелок.

Я улыбнулась и снова обняла его.

— Мне было так страшно. Я даже плакала, — искренне сказала я. — Когда началась вся эта истерика с гипнометром, а Петька мне объяснил, что ты гад и сволочь. Я поверила. Испугалась. Петьке можно доверять.

— Ну, со своей стороны он прав, — возразил Леонов и вздохнул. — К сожалению, не все свои поступки я могу оправдать, и я действительно гад и сволочь. Я много чего сделал неправильного в своей жизни.

Боюсь, что исправить это уже нереально… Но я знаю только, что ты мне очень дорога. Очень.

И он взглянул на меня своими бездонными серыми глазищами.

Остаток времени мы провели, целуясь, как сумасшедшие. Может быть, нам и пришло в голову что-то более откровенное — и наверняка пришло — но чувство опасности и понимание, что если нас «застукают», нас ждет нечто более серьезное, чем насмешки коллег, вынудило отложить все эти чудесные пьянящие мысли на более подходящий момент.

Устав от ласк, мы забились в дальний угол, где стоял небольшой шкафчик, и устроились там таким образом, чтобы угол шкафа надежно прикрывал нас обоих. Залезть же в него не представлялось возможным, он был слишком узкий для нас двоих. За окном потихоньку темнело. Мы уселись прямо на пол, я склонила голову Сергею на колени и даже не заметила, как уснула, пока он нежно гладил меня по волосам…

Проснулась я от какого-то шороха и яркого света, который полыхнул мне прямо по глазам.

Вздрогнув, я чуть было не вскочила, но Сергей крепко зажал мою голову и рот, чтобы я не могла вскрикнуть.

Это была милиция. Нас искали, обыскивая каждое помещение, как и говорил Сергей, одно за другим.

Свет включили, стражи порядка принялись прохаживаться между столами. Угол, в котором стоял шкаф, выглядел таким образом, словно шкаф полностью придвинут к стене, хотя там был проем — тот самый, в котором мы укрылись. Я сжала кулачки и тихо молилась Богу, чтобы вошедшие не заметили этот проем.

Свет погас.

— Никого нет! — Закричал кто-то из участников облавы. — Пошли дальше!

Шаги глухо затопали по коридору, удаляясь, и, наконец, затихли.

— Подождем еще, — шепнул мне Сергей и чмокнул в ухо. — Спи дальше, чудо…

Я снова склонила голову ему на руки и задремала.

… Когда я проснулась, уже рассвело. Я подняла голову и увидела, что Сергей тоже дремал. Он сидел, откинув голову к стене, и в его лице было что-то очень нежное, домашнее. Я дотронулась рукой до его лба и потянулась к губам.

— Доброе утро! — Прошелестела я, коснувшись его поцелуем.

Сергей открыл глаза и посмотрел на меня.

— Первый гипнометр установлен в телестудии «Вести», — тотчас же начал он, без предисловий. — Нам нужно попасть туда и выйти в эфир.

— Но как мы это сделаем? — Меня живо интересовал этот вопрос, поскольку по Останкино, судя по всему, ходили вооруженные люди.

Сергей задумался.

— Скажи, у тебя мобильная трубка с собой? — Спросил он.

— Да…

— Криптофон? — Уточнил он.

— Ну да, конечно, я ей всегда пользуюсь…

— Давай позвоним Пете, выясним, где он находится, — предложил Сергей.

— Это опасно. Он может находиться где угодно. Например, его арестовали или вообще застрелили, — пояснила я. — Кроме того, рядом с ним может быть Евгений, что нам совершенно некстати.

— Да, ты права, — задумался Сергей. — В таком случае, придется обходиться своими силами. Давай ты сразу напишешь то, что должна будешь произнести в прямом эфире.

— Хорошо, — согласилась я. — А ручка? А бумага?