Чтение онлайн

И, хлопнув Макса по плечу, зашел в дверь, за которой, очевидно, находилась раздевалка. А Максу ничего не оставалось, как пойти на звуки, доносившиеся изнутри подвала.

– Работай, работай. Левой. Левой. Двоечку. Давай.

Сердце начало ускоряться, и его учащенный ритм от волнения уже отдавался в голове, когда взгляду Максима, наконец предстал зал, в котором, возможно, будет заниматься и он сам. По бокам висели боксерские груши, а в дальнем конце находился самодельный ринг, на котором сейчас происходил жестокий бой двух здоровых парней лет двадцати, одному из которых и посвящались крики тренера.

– Ладно, все. Время, - сказал он как раз в тот момент, когда в голове пялившегося на все это действо Максима вспыхнула мысль, что он пришел немного не вовремя. Когда же тренер обернулся, Максиму представилась возможность разглядеть своего предполагаемого учителя по боксу.

На лицо, которое показалось Максиму словно выточенным из камня, ему было лет шестьдесят, но вот тело у старика еще могло дать фору любому двадцатилетнему пацану. Короткие волосы были полностью покрыты сединой, а глаза словно источали огонь. В нем чувствовалась неупоенная энергия, сила духа, и Макс вдруг подумал, что вот этого человека сломать просто невозможно.

А тренер в то же время оценивал стоявшего в проходе мальчишку. Среднего роста, даже чуть меньше, хиленький, а в глазах таиться страх. Мда, из него вряд ли получится что-нибудь путное, пронеслась у старика в голове мысль. Но он все равно направился навстречу мальцу. Сколько он таких уже перевидал на своем веку? За время многолетнего опыта глаз у старика был наметан так, что он сразу же мог сказать, получится из такого-то парня чемпион или не получится. И, как правило, его прогнозы сбывались практически на сто процентов. Хотя было, конечно, пару случаев, когда даже он поставил неправильную оценку, и был впоследствии приятно удивлен напором того, кому не сулил никаких побед. И тогда он понял, что самое главное таится где-то внутри, и далеко не всегда его можно разглядеть с первого взгляда.

– Здравствуйте, - поприветствовал подошедшего тренера Максим, проглотив огромный комок в горле.

– Привет, - добродушно ответил ему старик.
–  Чего хотел?

– Я… подумал… - сбивчиво начал Максим, - может… я… позанимаюсь у вас?

На несколько секунд у старика на лице застыло странное выражение, словно он принимал какое-то решение. А затем произнес довольно добродушно:

– Попробовать, конечно, можно. Только вот, для чего тебе это?

Максим спрятал взгляд, уткнув его в пол. Как же признаться этому несгибаемого человеку, что он просто трус, но хочет избавиться от этого? Собравшись с духом, он принял, наконец, решение стоять до конца и сказал, как можно спокойнее:

– Я хочу избавиться от трусости.

Когда слова слетели с его языка, он вдруг почувствовал необъяснимую легкость, будто с него свалился огромный груз, который он тащил уже много месяцев.

– Да, это похвально, - произнес старик намного тише, будто мгновенно погрузившись в какие-то глубокие мысли. Но буквально через несколько секунд словно очнулся, и продолжил уже нормальным голосом: - Если ты этого действительно хочешь, то я могу тебя чему-нибудь научить. Но, - в этом месте он сделал длинную паузу, как бы ставя акцент на последующей фразе, - все будет зависеть только от тебя.

После его слов Максим крепко задумался. А осилит ли он? Сможет ли преодолевать преграды, ломая при этом трусость внутри себя на части? Может да. А может и нет. Но если не попробовать, то результат он не узнает никогда, так что будь что будет…

– Хорошо, я согласен, - теперь он уже говорил тверже, будто в нем проснулась какая-то уверенность.

– Ну вот и отлично, - подытожил старик.
–  Тогда приходи завтра в шесть часов. Да, и форму не забудь.

У Максима помимо воли рот расплылся в довольной улыбке.

– До свидания. И… спасибо… - попрощался он со своим уже действительным учителем.

– Счастливо, - с ухмылкой сказал тренер, а затем, развернувшись обратно в зал, добавил: - Ну что, кто еще хочет сегодня в спарринг?

А Максим в это время выходил из подвала, который подарил ему надежду. Теперь, если он будет прилаживать достаточно усилий, то все наладится. Он искренне в это верил.

***

И с этого момента Максим начал жить одними только тренировками - все остальное для него теперь представляло мало интереса. Дни проходили в ожидании очередного посещения подвала, где к нему, в отличии от школы, относились как к своему. И это, естественно, очень ему льстило. Но, несмотря на хорошее к нему отношение других членов секции, работать там Максиму приходилось серьезно. Тренер гонял его до седьмого пота, и в конце каждой тренировки Макс готов был упасть, где стоял, до самого утра. Но, странное дело, несмотря на огромную усталость после выматывающих тренировок, Максим начал чувствовать себя более живым и спокойным. А со временем в нем все больше начала просыпаться уверенность в своих силах.

Но среди множества тренировок ему больше всего запомнилась самая первая, когда он пришел туда совсем зеленый и ничего не умеющий. Многие ребята смотрели на него с интересом, ведь он не обладал ни необходимой комплекцией, ни какими-то другими особенностями, но, когда ему приветственно пожал руку Леха, взгляды других ребят как-то сразу поменялись. Лишь спустя немного времени Максим понял, что этого парня там уважали, ведь он был среди них самым лучшим.

В этом он убедился, когда увидел Леху в деле. Это произошло примерно в середине тренировки, когда все уже хорошо разогрелись и размялись, и теперь приступили непосредственно к практической части. Тренер, которого, кстати, звали Петром Ивановичем, каждому давал индивидуальное задание, и Максим мысленно оценил такой его подход очень положительно. Хотя многие люди с этим могли бы поспорить, но Максиму это казалось единственно правильным, ведь все люди абсолютно разные, и, соответственно, к каждому нужно подходить по-своему. А большинство же учителей и преподавателей гребет всех под одну гребенку, и более того, не может даже по-человечески объяснить тему. А здесь все происходило вопреки всем ошибочным правилам современной школы. Ведь мало того, что Петр Иванович показывал все на практике, но он еще и был отличным психологом, что проявлялось в его умении находить к любому ученику такой подход, благодаря которому тот мог бы двигаться вперед самыми ошеломляющими темпами.

Ну так вот, Максиму показали, что нужно делать, и теперь он отрабатывал прямой удар левой и правой рукой по воздуху, стараясь сосредоточиться на этом как можно сильнее. Но он невольно отвлекся от поставленной задачи, потому в какой-то момент до его слуха донесся звук боя, и, когда он обернулся, то увидел, что бой происходит между Лехой и еще каким-то парнем из секции. Максим даже позабыл про задание, которое ему дали, и ноги будто сами собой понесли его поближе к рингу. Это было завораживающее зрелище, по-другому просто не скажешь. Леха двигался как бабочка, так что противник никак не мог его поймать. А удары он наносил настолько быстро, что его ассистент даже не успевал ничего понять. Но Алексей не спешил добивать соперника, а словно играл с ним, выматывая постепенно, но неумолимо.

И в отличии от своего противника, который, между прочим, был здоровше Лехи чуть не в два раза, последний, казалось, и не уставал нисколько. Он никогда не стоял на одном месте, а все время двигался, двигался и двигался, так что сопернику приходилось крутиться, крутиться и крутиться, и, в конце концов, финал был неизбежен. Бугай просто сдался, наплевав на свою гордость, а Алексей с довольной ухмылкой на лице никак не мог успокоиться и продолжал наносить удары, но уже по воздуху. Успокоить его смог только тренер, попросив поберечь других ребят.

Когда же Алексей спустился с ринга, и под его ударами начала сотрясаться одна из висевших по бокам зала боксерских груш, то Максиму невольно захотелось поговорить с ним. Но сейчас нужно было тренироваться, и он оставил это дело на потом. Да и кроме того, Петр Иванович, освободившись от своего любимчика, грозно посмотрел на Максима, так что у него сразу же пропало желание отлынивать от тренировки, и он вновь приступил к отрабатыванию прямых ударов правой и левой рукой.

***

Первая тренировка закончилась удачно, и Макс, до сих пор пребывая в необычном для него настрое, пошел переодеваться. Спешить домой ему как-то не хотелось, да и желание поговорить с Лехой, который все еще неистово колотил грушу, никуда не пропало, так что одевался он медленно, не торопясь. В итоге, когда в раздевалке уже не осталось никого, Макс все еще натягивал одежду. И тут как раз завалился местный чемпион.