Чтение онлайн

– Ну, легче пересчитать песчинки на дне морском, – ухмыльнулась музыкантша, – по-моему, она сама всех назвать не могла. Хотя, может, дневничок вела, чтобы на старости лет было что вспоминать!

Меня поразила какая-то яростная жестокость, с которой Наташа выплюнула последнюю фразу. Что-то глубоко личное стояло за ней. Хотя, может, просто зависть сорокалетней дамы, в одиночку воспитывавшей ребенка, к молодой девочке, пользовавшейся бешеной популярностью среди лиц мужского пола?

– Как Соня попала к вам в салон на работу? Вы ведь небось не берете первых попавшихся, с улицы?

– Нет, – отрезала директриса, – только по рекомендации, сама понимаешь, ни в одно приличное место по объявлению не попасть.

– А Соню кто привел?

– Дай бог памяти, – прищурилась Наталья Константиновна, – ну, конечно, Анечка Веревкина. Она у нас раньше работала, а потом вышла замуж за моряка, укатила в Североморск… С Соней они вместе в парикмахерском училище учились и очень дружили. У нас главный критерий – внешние данные, и Софья подошла по всем параметрам, она была красавицей.

– У вас не сохранился телефон Веревкиной?

– Где-то был, – ответила Наталья Константиновна и принялась перелистывать записную книжку. – Пиши, только Анечка давно в Москве не живет. Очень жаль.

– Почему?

– Чудная девочка. Красавица, не хуже Софьи, только в отличие от той умница, отлично воспитана, думающая, читающая… Мы даже пару раз ходили друг к другу в гости, что-то вроде дружбы возникло, несмотря на разницу в возрасте…

Я вышла на улицу и посмотрела на часы. Что ж, придется поехать домой, а оттуда уже делать звонки.

Услышав звук открывающегося замка, собаки бросились ко мне. Я вошла в идеально убранный коридор, повернулась, чтобы захлопнуть входную дверь, и обнаружила прикрепленную записку, написанную рукой Кирюшки: «Лампа, звонила тетя Пуля из Орла, как придешь, немедленно соединись с ней, не забудь, Пуля из Орла».

Повертев в руках дурацкое сообщение, я пошла на кухню. Кирюшка обожает розыгрыши и надеется, что я кинусь набирать нацарапанный на клочке телефон и звать неведомую женщину. Но я-то не такая дура, как ему кажется. Во-первых, номер явно московский, в Орле небось они шестизначные, а во-вторых, вы когда-нибудь встречали женщину с именем Пуля? Глупее и не придумаешь, Кирюшка держит меня совсем за идиотку, если решил, что я поверю в подобную чепуху. Хотя следует признать, что основания для такого поведения у него есть.

Весной мы собрались в гости к Ренате Логиновой – на день рождения. По дороге Кирюшка с самым серьезным видом заявил:

– Лампуша, давай купим пять кило репчатого лука.

– Зачем? – изумилась я.

– А у тети Ренаты кошка Маркиза обожает жевать лук, помнишь, она рассказывала?

Я засомневалась, но Кирюшка так убедительно вещал:

– Неужели ты забыла? Тетя Рената еще жаловалась, что Маркиза ходит по квартире и все время головки жрет, в особенности синие любит, вон как те, в ящике. Давай порадуем киску, ну что тебе, жалко? Он недорогой! Только помельче бери, у кошки пасть маленькая.

Я не буду вам описывать лицо продавщицы, которая поинтересовалась, увидев, как покупательница выискивает самые крохотные головки: «На подоконнике посадить хотите?» – и получила ответ:

– Нет, для кошки стараюсь.

Запихнув в пакет пять кило лука, больше похожего на крупный зеленый горошек, я явилась к Ренате и, вручив ей сначала коробку с феном, а потом пакет с вонючими, шелухастыми головками, сказала:

– В твой день рождения пусть и у Маркизы будет праздник!

– Спасибо! – ошарашенно ответила Рената, разглядывая содержимое пакета. – Но при чем тут кошка?

Мне бы сразу насторожиться, но нет! Как дурочка, я присела на корточки и, взяв одну луковицу, стала подсовывать ее недовольно фыркающей Маркизе:

– Кис-кис, кушай, вкусно!

Обозленная киска, зашипев, взметнулась на книжные полки, Рената растерянно пробормотала:

– Она вообще-то только мясо жрет.

Остальные гости уставились на меня, словно на собаку, прогуливавшуюся по улице с сигаретой в зубах, а Кирюшка так и согнулся от смеха.

– Ой, Лампа, только ты могла купиться на такое! Кошка лук любит! Ну, умора! На календарь глянь, сегодня первое апреля!

Так что на тетю Пулю из Орла я никак реагировать не стану! Лучше сейчас поставлю чайник и спокойно подумаю, как провести разговор с генеральской женой. Но не успела я включить воду, как входная дверь с треском распахнулась, послышался многочисленный топот, и в кухню влетело несколько парней в милицейской форме.

– Руки за голову, лицом к стене, – заорали они хором.

Храбрые мопсы мигом кинулись к моим ногам, а Рейчел и Рамик вспрыгнули на диван. Никто даже и не подумал защищать хозяйку.

– Вы что, ребята?! – изумилась я. – Кто вам разрешил врываться в дом?

– Молчать! – рявкнул один.

– Топай в машину, – велел другой.

– Еще чего, – вспыхнула я и села на стул, – сначала объясните, что происходит.

Один из ментов шагнул вперед, но тут на кухню влетели дети и Ксюша.

– Так и знал, – заорал Кирюшка, – стойте, стойте, Аржанникова, Орел.

Милиционеры повернулись к нему.

– Она забыла на пульт позвонить, – тарахтел Кирюшка.

– Несите паспорт, – почти вежливо сказал один из стражей порядка.

Плохо понимая, что происходит, я повиновалась. Повертев бордовую книжечку и внимательно изучив штамп прописки, милиционер вздохнул:

– С вас двадцать один рубль восемьдесят копеек.

– За что?

– За ложный вызов. В другой раз с пульта снимайте, когда входите.

Тут только до меня дошло, что дети поставили квартиру на охрану. Когда патруль уехал, Кирюшка с Лизой налетели на меня, как лисы на цыпленка.

– Можно ли быть такой растяпой!

– Но я не знала…

– Красную лампочку на двери видела?

– Нет.

– Надо быть слепой, чтобы ее не заметить, – фыркнула Лизавета.

– Записку нашла? – поинтересовался Кирюшка.

– Да, – окончательно обозлилась я.

– Почему же не позвонила?

– Послушай, ты еще и издеваешься!

– Это был шифр, – сообщил Кирюшка.

– Какой?

– Тетя Пуля – это пульт, а Орел – город, который следовало назвать, снимая квартиру с охраны! Ну неужели так сложно?!

– Говорила же тебе, что она не догадается, – влезла Лизавета.