Чтение онлайн

– Он сразу предложил мне место в экзо-резерве ККП.

– Какая все-таки у всех нас похожая история. Вы не находите, Бар-Касар?

– Я нахожу, что эсминец уже отбомбился. Лейтенант Зигг, радио на "Пиранью" - "мы возвращаемся, встречайте".

– Слушаюсь, господин майор!

От солнечного диска осталась крохотная светящаяся точка на горизонте, когда группа зашла в волны и двинулась по направлению к разлому. К счастью на дне удалось найти один неповрежденный гидроцикл. Зигг оседлал торпеду, а Го-Шан с Бар-Касаром ухватились за боковые скобы. Минут через двадцать в темноте показались два мигающих огонька - красный и зеленый. "Пиранья" гостеприимно раскрыла свои кормовые торпедные аппараты и приняла возвратившуюся команду.

Когда внутренний люк открылся и в глаза ударил яркий желтый свет, Го-Шан поймал себя на мысли о том, что ему приятно смотреть на чисто выбритые открытые лица китассийских моряков.

***

Возвращение "Пираньи" на базу заняло ровно двенадцать суток. Бар-Касар все это время провел, раскачиваясь в гамаке. Он тихо напевал свою любимую песню "Ой мороз, мороз", периодически прикладываясь к фляжке и поддразнивая лейтенанта Зигга, которому решительно было нечем заняться. Го-Шан днями слонялся по кораблю, иногда играя в шахматы со свободными от вахты моряками и беседуя с Шинь-Саном о литературе. Подарок капитану понравился. Он сказал, что давно мечтал почитать "Заибесту" на языке оригинала.

– Вы не находите, граф, что в развлекухах господина Хе затрагиваются какие-то мелковатые темы?- говорил Го-Шан сидя в кресле штурмана и отхлебывая горячий чай из металлической кружки,- То ли дело у древнерусских развлекантов. Они не разменивались на айписексерную тематику, а смело поднимали глубокие нравственные вопросы.

– Поднимали-поднимали и доподнимались,- отвечал граф Шинь-Сан задумчиво,- Это как посмотреть. Я, например, считаю, что айписексерные вопросы и есть самые глубокие, так как глубже инстинктов в о-людях вообще ничего нет, особенно в современных. Что же до мастерства владения топором, то здесь много наносного, поверхностного. Вы, как военный, должны это понимать. Ведь далеко не каждый удар холодным оружием может проникнуть достаточно глубоко, затронуть самую суть, так сказать.

– Да, действительно,- отвечал Го-Шан,- Может вы и правы, граф. Нужно будет купить несколько развлекух этого Хе-Миня и почитать на досуге. Вникнуть поглубже, так сказать.

"Пиранья" отшвартовалась на базе поздно ночью на исходе двенадцатого дня похода. Экзо-резервисты курили внутри надпалубной надстройки, ожидая окончания торжественного построения. Го-Шан с наслаждением вдыхал морозный воздух, который казался таким чистым и вкусным, после липкой, смешанной с потом конги-бло атмосферы архипелага Бахамс. За два дня до прибытия у Бар-Касара закончились запасы "синюхи", поэтому он был трезв как стеклышко и немного зол на весь белый свет. Зигг казался абсолютно равнодушным. В шахте входного люка появилась фигура дежурного офицера, который передал Бар-Касару небольшой пластмассовый контейнер со льдом.

– Палец несчастного князя?- спросил Зигг,- Интересно, засчитает ЗУММ эту операцию, или сочтет ее провалом?

– Засчитает, никуда не денется,- проворчал Бар-Касар,- Я бы на месте Падишаха заспиртовал этот палец в прозрачной колбе и грозил им на совещаниях генерал-адъютанатам. Глядишь - и нам бы плавать на амеропейские курорты не пришлось. И лодки с ракетами в такую даль не гонять почем зря.

Тем временем раздались заключительные трели китайского озерного рожка и по сходням застучали шаги моряков. Бар-Касар приоткрыл боковой люк и выглянул наружу.

– Пора,- сказал он через некоторое время,- За мной!

Экзо-резервисты пристроились в хвост колонны и двинулись в сторону скрытой в темноте базы. Го-Шан с наслаждением бил подошвами морских ботинок по бетонным плитам и горланил во все легкие:

Немного прошагал, пока не адмирал,

Но может быть я стану старшиной!

Прости, что не сумел сказать, что буду цел,

И то, что встречусь я в вирту с тобой!

Не плачь кокотка,

Пройдет жара!

Моряк вернется,

Кричи - "Ура!"

– Хватит орать,- Зигг дернул Го-Шана за рукав и мотнул головой в сторону возникшей во мгле пятиэтажки с раскачивающимся фонарем над входом,- Дотопали, слава Зумму!

Группа отделилась от колонны и проскользнула в обледенелую входную дверь общежития. Когда экзо-резервисты поднялись на второй этаж, Бар-Касар поставил контейнер с пальцем на подоконник, закурил сигарету и сказал:

– У нас осталась пара не решенных вопросов. Я хочу, чтобы мы их прояснили перед возвращением.

Зигг заложил руки в карманы брюк и начал раскачиваться, перенося центр тяжести с носков на каблуки ботинок.

– Нужно как-то обосновать некоторую торопливость и жестокость наших действий, а упоминать о встрече с прекрасной незнакомкой в рапорте нельзя. Нужно выработать согласованную позицию по этому вопросу. Как вы считаете?

– Согласен,- ответил Зигг,- Предлагаю посещение Мега-Бахамы опустить вообще, а скоротечное нападение на блок-пост обосновать приближающимся тропическим штормом.

– Замысловато, грубо, но думаю, что сойдет,- сказал Бар-Касар,- А трагическая смерть князя?

– Убит дружественным огнем из амеропейского пулемета.

– Подходяще. А вы что думаете, Го-Шан?

– Господа, я вообще не понимаю, в чем смысл этих рапортов, ведь все события протоколируются ЗУММом в специальных файлах. Я готов взять всю вину на себя...

Зигг с Бар-Касаром расхохотались.

– Да кто их читает - эти блоффовые рапорта. А ЗУММ пусть себе изучает свои файлы и искрит контактами - ему не в первый раз. Значит, договорились - во всем виноват тропический шторм!- Бар-Касар бросил окурок на пол и раздавил его носком ботинка,- Встретимся в небоскребе.

Зигг с майором начали подниматься на третий этаж, а Го-Шан направился по коридору к дверям своей комнаты.

Внутри все было по-прежнему - из жестяных банок торчали окаменевшие окурки, а пустые бутылки загадочно мерцали в неверном свете лампочки накаливания. Рядом со столом медленно вращался столб зеленого тумана. Капитан снял меховую куртку и бросил ее на кровать, а затем решительно шагнул во вращающийся вихрь.

Глава VIII.

Понтистан Љ 4.

Две недели после возвращения из боевого вирту Го-Шан провел в медицинской части экзо-резерва. Как оказалось длительное пребывание в боевом модуле имело негативные последствия для здоровья - мышцы теряли восприимчивость к сигналам головного мозга, а участки кожи, к которым подсоединялись датчики боевого костюма, отвердевали и покрывались безобразными наростами. Это состояние называлось "морской болезнью" и требовало прохождения специального восстановительного курса.

После того, как люк кабины открылся, и в проеме показалась защитная маска техника, Го-Шан не смог даже пошевелить рукой или ногой. Слушались только пальцы на руках, и рот мог издавать нечленораздельные звуки похожие на мычание. Вернувшихся резервистов извлекали из кабин специальными лебедками, а затем осторожно укладывали на транспортные платформы с красными крестами и перевозили в медсанчасть. Когда мобил с капитаном притормозила на одном из поворотов, он с трудом повернул голову на бок и увидел на соседней платформе тело лейтенанта Зигга. На бледном, как у утопленника лице отморозка отросла аккуратная белая бородка, а над натянутой кожей скул зияли фиолетовые провалы глазниц. Признаков жизни лейтенант Зигг не подавал.