Чтение онлайн

Полковник приблизился к обычной на вид кабинетной двери и, вместо того чтобы просто нажать на дверную ручку, принялся манипулировать ею, сосредоточенно поворачивая ее по какой-то только ему известной схеме. Процедура заняла секунд десять, и на всем ее протяжении выражение лица Реутова было напряженным, как у сапера, ковыряющегося в адской машине. Наконец он облегченно выдохнул и кивнул, приглашая спутника пройти в проем, отверзшийся с характерным гидравлическим шипением.

– Милости прошу к нашему шалашу.

– Сдается мне, – сказал Хват, – вы в этом шалаше сами себя гостем чувствуете.

Реутов признался:

– Я каждый раз с непривычки потею, когда собственный кабинет открываю. Тут специальный баллон с парализующим газом установлен. Два раза, допустим, ошибиться можно, а на третий…

Не договорив, он переступил порог. Последовавший его примеру Хват с любопытством оглядел кабинет, столь надежно защищенный от вторжения непосвященных. Ничего похожего на пещеру с сокровищами или сверхсекретный бункер. Обычный на вид сейф, два письменных стола, добротные буковые стулья, кое-какая оргтехника. Судя по панели на стене, можно было предположить, что комната оснащена системой сигнализации, но при беглом взгляде Хвату не удалось обнаружить ни одного датчика, настолько искусно они были скрыты от постороннего глаза.

– Электроснабжение автономное? – полюбопытствовал он.

– Разумеется, – подтвердил Реутов, располагаясь за столом. – Плюс полная гарантия от прослушивания. Зато с этого компьютера можно войти в любой банк данных, а также контролировать все звонки по радиотелефонам в радиусе километра. – Он похлопал по выключенному монитору. – Правда, для меня все это темный лес. Меня другим штукам обучали.

– Меня тоже, – сказал Хват, приготовившийся сесть.

– Возьми лучше другой стул, – посоветовал Реутов. – Под сиденьем этого вмонтирован шприц, который приводится в действие нажатием педали.

– Яд?

– Парализатор. Но такой, что мало не покажется. Один неудачно присел, так потом неделю разогнуться не мог. Наука.

– Ему наука?

– Просто наука, которая, как известно, шагает в ногу с техническим прогрессом.

Хват поменял стулья местами, уселся на тот, что не представлял опасности, и внимательно посмотрел в глаза Реутову:

– Думаю, самое время ввести меня в курс дела. Терпеть не могу тайны мадридского двора. Что это? – Он выложил на стол увесистую телефонную трубку, вокруг которой еще совсем недавно бушевали страсти. – Полагаю, эта штуковина стоит того, чтобы из-за нее копья ломать.

– И челюсти моим сотрудникам, – желчно напомнил полковник.

– Вы сами это затеяли. – Хват пожал плечами. – Желали поглядеть на мою реакцию и поглядели. Кстати, я с самого начала заподозрил какой-то подвох.

– Зачем же меня на землю валил?

– Из вредности. Теперь мы квиты.

– Квиты мы будем, когда твои джинсы в половую тряпку превратятся, – проворчал Реутов, ощупывая влажные брюки.

– Жизнь командира дороже каких-то шмоток, – произнес Хват с ханжеской миной. – Если бы это было настоящее покушение, а не имитация, вы бы мне спасибо сказали.

– Если бы это было настоящее покушение, мы бы с тобой здесь не разговаривали, капитан. Ты представляешь себе, сколько гексагена потребовалось, чтобы перрон на Курском разворотить?

– Примерно.

– А мне это известно точно, – сказал Реутов, беря трубку в руки. – Взрыв был устроен с помощью точно такой штуковины.

– Детонатор, – уточнил Хват. – А гексаген? Самодельный?

– В том-то и дело, что нет. Мерзавцы использовали смесь «Нитро-2». Помнишь, что это за начинка и с чем ее едят?

– Метательный заряд высокой температуры воспламенения, состоит из ненатурата гексагена, выдерживает температуру на сто градусов выше точки самовоспламенения нитроцеллюлозного заряда. – Хват отбарабанил эту информацию, как курсант-отличник на экзамене.

Вместо того чтобы наградить его поощрительной улыбкой, Реутов скривился, словно от зубной боли.

– Вот такие пироги, капитан, – вздохнул он. – Мало не покажется. Взрывчатки у преступников надолго хватит. Она похищена с армейского склада под Тулой, причем мешков вывезено грузовиками столько, что можно, к примеру, Лужники с землей сровнять. Это одна из причин, по которым к делу подключили наше ведомство.

– Есть и другие?

– Само собой. Помнишь ведь, зачем наш спецназ был сформирован?

– Для уничтожения вражеских руководителей и военачальников, – пожал плечами Хват. – В СССР аналогичные задачи решала группа «Б» КГБ, но некоторые акции проводились параллельно, а некоторые – втайне друг от друга.

– Та же мышиная возня и теперь происходит, – сказал Реутов. – Чекисты по-прежнему видят в нас не союзников, а конкурентов, которые отбирают у них хлеб. Официально считается, что мы годимся лишь для проведения разведывательно-диверсионных операций на территории противника. Как будто никто не знает, что ребята из ГРУ постоянно используются во всех горячих точках Российской Федерации, а не только в Чечне.

– Мне будет поручено отправиться туда? – осведомился Хват.

– Нет, капитан. Сейчас у нас самая горячая точка здесь, в Москве и ее окрестностях.

– Вы имеете в виду теракты с применением этих хитрых телефончиков?

– Само собой, – подтвердил Реутов.

– Разрешите, товарищ полковник?

Трубка перекочевала на подставленную ладонь Хвата. Ее элегантный дизайн плохо сочетался с внушительным весом, каким отличались самые первые мобильные телефоны.

– Выглядит как чудо японской техники, а размеры и вес как у отечественной рации не лучшего качества, – задумчиво прокомментировал Хват. – Импорт с Кавказа? С мусульманского Востока?

Реутов отрицательно покачал головой.

– Если бы, – сказал он. – Кое-кто наладил серийное производство этих телефонов у нас под носом.

– Кое-кто?

– Ну, фамилию этого не в меру предприимчивого господина ты скоро узнаешь, – пообещал Реутов. – Еще до того, как будешь восстановлен в ГРУ и дашь подписку о неразглашении. А пока что поделись своими соображениями по поводу трубки. Что ты можешь о ней рассказать?

– Ну, во-первых, на ней отсутствует традиционное «мейд ин…», – заметил Хват, вертя аппарат перед глазами. – Как и любые другие надписи, кроме обозначений на кнопках. Даже названия фирмы нет, а только скромная буква «F». Что бы это могло значить?

– «Феникс». Какие-то грамотеи решили, что по-латински слово пишется через «ф», хотя на самом деле птичка, возрождающаяся из пепла, называется «Phoenix».

– Вот как? – Хват заинтересованно приподнял бровь. – Названьице с подтекстом? Затевается что-то вроде матча-реванша?

Судя по одобрительному хмыканью Реутова, так оно и было.

Как далеко готовы зайти люди, наладившие выпуск радиопередатчиков, приводящих в действие взрывные устройства? Очень далеко, ведь в их распоряжении находится оружие массового уничтожения в миниатюре. Кустарщиной тут даже не пахнет. Неизвестно, как насчет начинки, а корпус сработан качественно.