Чтение онлайн

– А мы отказались в портал заходить, - взволновано рассказывал юношеский голос, едва начинающий ломаться и поэтому срывающийся то на писк, то на бас, - а храны короля…

– С чего взял-то что королевские храны? – скептически одернул его взрослый голос.

– Так форму видать, что я храна в форме никогда не видел, - возмущался паренек.

– Ну и что дальше было, - поторопил еще один голос, явно принадлежащий взрослому адепту.

– А дальше Велар новенькому артефакт сунул, велел активируй а сам в дверь, ну и мы за ним, вот эту еще тащить пришлось… - проходивший как раз мимо двери мальчишка сильно дернул девочку что вел за руку.

– А мог бы и не тащить, - раздался детский голос в котором Карсби скрепя сердце узнал малышку Инару, - вот Карсби вернется и надерет тебе уши.

– Ага, придавило твоего Карсби небось уже где-то, видала что творится внизу.

– Лучше бы тебя придавило, - сквозь слезы процедила девочка и получила подзатыльник, Дерек едва успел схватить Карсби за руку, тот уже собирался метнуться в коридор и надавать тумаков обидчику.

Адепты прошли и свет в коридоре погас, Дерек вновь прикрыл дверь и попросил мальчика зажечь свечу, тот повиновался, но его руки до сих пор были сжаты в кулаки, а взгляд хмур.

– Карсби, - начал увещевать магистр, - на этом уровне мы бы с ними не справились, здесь нет магии…

– Чувствую, - буркнул паренек.

– А их судя по всему было не меньше десятка, давай еще немного пересидим здесь, мы открыли портал далеко после полудня, сейчас вечер, пусть все уснут и мы выберемся отсюда и малышку найдем, - улыбнулся он, - я же тебе обещал… А теперь расскажи ка о своей девушке, где ее искать…

– Когда Эвиза пришла просить за меня то жрец был в покоях Ратона, меня как раз туда и привели, а Ника… - Карсби потупился и замолчал, но потом справился с собой и продолжил, - смотрю Ника там стоит, только не живая она, а как каменная, застыла одни глаза живые.

– Он наложил на девушку стазис, - пробормотал маг, - как долго она там?

– Так с тех пор как вывалился с Наисветлейшим из портала, так сразу и забрал Нику.

– Уж не в тот ли день… - и Дерек замолчал, вспоминать о дне, когда Ратон чуть не достал Энжи не хотелось.

При свете свечи Дерек вновь пошел инспектировать библиотеку, а Карсби свернулся в кресле, что стояло у стола, одну из книг маг принес за стол и начал листать, впрочем, колеблющийся свет огарка не способствовал чтению. В ящике стола он нашел еще связку свечей и уже не боясь остаться в темноте зажег сразу несколько и его взгляд уперся в стеллаж с наваленными на полках свитками.

– Интересно, что они здесь хранят… - пробубнил себе поднос маг и забыв про книгу пошел на поводу у своего любопытства, свитки лежали грудой, но часть из них отличалась от своих собратьев.

Дерек развернул один из них и отбросил, в нем были имена и даты, всего несколько имен и свиток обрывался так не пролив света на содержимое. Второй был идентичен, другие имена, другие даты, всего несколько и все… Уже подозревая неладное Дерек вновь схватил свитки, сразу несколько и в каждом имена и даты в некоторых совсем мало, в некоторых десятки. Лихорадочно перебирая свитки он бледнел с каждым развернутым, пока не наткнулся на что-то другое… Дрожащей рукой автор выводил путанные слова, возможно он был пьян или просто стар, не поняв смысла маг стал искать похожие и начал читать и по мере прочтения волосы шевелились у него на голове.

Свитки были написаны рукою Дионисия, того самого монаха растриги, что около семисот лет назад свалился стихийным порталом прям в этот мир, создал по подобию своего мира орден имени себя, став его главою и начал распространять свои бредни среди темного населения.

Дерек читал и ужасался, «да он просто выжил из ума,» - моментами думалось ему, но вчитываясь в корявые строки он начал понимать, что нет, не выжил, просто их мир оказался слишком благополучным и добрым, чтоб понять весь замысел пришлого жреца. Дионисий описывал свои впечатления от мира, куда закинула его кривая вероятность и циничность его не знала границ, магистр недоумевал откуда в отдельном человеке может мыть столько мерзости, по другому планы монаха он охарактеризовать не мог, но на пути к вершине власти, к которой он стремился стояли маги, те самые маги которые имели здесь реальное могущество и магическое в том числе и если маги жизни не представляли для монаха интереса, то маги смерти – наоборот, выходец из другого мира он не озаботился поинтересоваться истоками разделения магии, для него маги смерти, как более сильные, представляли опасность и в первую очередь тем планам, что он вынашивал и он начал войну на уничтожение. Сам Дионисий тоже имел слабый дар, но все свои силы он тратил на поиск единомышленников, точнее даже не так, он вкладывал в головы и усиливал магически свои идеи, именно в этом и был его дар - в силе внушения, умения убедить, поэтому изначально у него появилось так много сторонников, первые сто лет после его появления в нашем мире, самые страшные сто лет для черных магов. Именно тогда начались повальные смерти, но почему-то никто не придал им значения, маги смерти жили обособленно, это только в академии смерти обитали десятки магов, а большинство как и маги жизни сейчас - жили отдельно, почти в каждом городе был свой маг смерти, даже в крупных поселках, многие вообще забирались в глушь и выходили в жилые места только порталами, словом жили разобщенно и никто не спохватился когда Смерть стала забирать одного за другим, как просто пропали те, о ком и так-то не вспоминали давно, за сто лет количество магов смерти уменьшилось вдвое. Монахи не выходили в бой один на один, они стреляли из-за угла, стравливали и убивали, и когда верховный магистр вдруг очнулся от спячки в которой пребывал в стенах академии, оказалось, что магов смерти почти нет, а через триста-четыреста лет остались единицы, но и они не сразу поняли кто и почему ведет на них эту охоту, а когда поняли, то справиться с этим повальным мором оказалось не так просто. Как вести войну с фанатиками, с деревенскими дурачками, которым вдруг в руки попадали убийственные артефакты, да и просто с людьми. За века бездействия храмовники внушили людям страх и ненависть к магам смерти, ими стали пугать детей, а началось все это вот с этих страниц, что сейчас держал в руках последний магистр, читал и ужасался силе, что таилась под грязными балахонами адептов пришлого бога, не ненависть к магам двигала ими, а желание поставить этих самых магов себе на службу, а маги смерти не вписывались в их концепцию, пришлому богу, что делает из людей рабов, не нужны маги смерти, не нужна защита от нежити им вообще ничего не надо им нужно владеть умами бесправных рабов, что несут свои скудные сбережения в храм, седмица от всего – седьмая часть заработанного серебра, седьмая часть урожая или скота, не мало если в масштабах целого мира. Да только прижимисты оказались люди, не склонны верить чужому богу, умер Дионисий и так по человеческим меркам он прожил не мало - почти две сотни лет, а крупица магии, что он обладал видимо оказалась чужда этому миру и долголетия ему не добавила, и после смерти стало рушиться его «могущество», сначала приспешники продолжали его дело, а потом по их смерти не имея силы дара внушения пришлый храм начал приходить в упадок, но охотники за головами еще бродили по миру убивая оставшихся магов или умирая от их руки, «именно такие и добрались до моей матери» - думал Дерек хватаясь руками за голову, еще далеко не все свитки были прочитаны, но картинка щелкнув уже сложилась в голове…

Дионисий попав в чужой мир привнес сюда идеи своего, в том числе и верования, наверняка перевранные в угоду его интересам. Глядя на долгожительство местных магов и ощущая в себе древние силы, из-за которых видимо его и отправили на костер у себя, он надеялся прожить еще немало - лет пятьсот и развернул широкую деятельность по дискредитации магов смерти, стараясь заменить их самих и веру в их всемогущество религией - верой в пришлого бога. Усиливая внушением, каким он овладел в совершенстве, он направлял своих адептов, благо их тогда у него было много, на смерть, лишь бы те захватили с собой в небытие как можно больше магов. Именно эти списки сейчас лежат на стеллажах, каждый убийца вел свой список жертв имя и дата, имя и дата… кто его писал для Дионисия было не важно, только имя и дата жертвы, кто-то успевал убить нескольких, кто-то одного и его собратья по вере несли в архив безумного жреца свиток с одним единственным именем – именем его жертвы. Где хранились эти архивы до того, как Рэндом пожаловал храму эту старую тюрьму не известно, но эти страшные свидетельства преступлений против его собратьев, да что там против него самого, ведь и он сам стал жертвой адептов: рожденный убитой матерью, принятый богиней смерти, сирота при живом отце, да и отец мог бы жить еще не один век, впрочем как и дед… Дерек читал и не верил, иногда он отвлекался и разворачивал другие свитки, чтобы еще раз убедиться сотни свитков, тысячи имен, в одном из самых последних его взгляд зацепился за имя магистра Кантра, того самого последнего магистра, что из Академии Смерти ушел преподавать в Академию Жизни, тот самый, что учил еще отца, а потом погиб, а ведь все думали, что это просто несчастный случай, а сколько их таких…

Жрецы пришлого бога использовали магию против магов смерти, какой-то маг жизни по собственной воле прибился к храму и именно он создавал страшные амулеты способные взрываться и уносить жизни… тех кто их активировал и тех кто в этот момент был рядом, действие этих амулетов Дерек уже видел и это зрелище до сих пор стоит у него перед глазами, а маленькая Энжи видела его дважды едва избегнув смерти, все-таки не зря боялись жрецы магов смерти, они оказались сильнее, - горько улыбнулся Дерек, «только теперь это вряд поможет», - съязвил внутренний голос. Даже всех сил магов правосудия не хватит чтоб очистить помыслы такому количеству людей… Дерек усмехнулся, вот так и получается, что в мире где они живут весьма низка преступность, настолько, что даже тюрьма оказалась невостребованной и была отдана на откуп жрецам.

Магия правосудия - особый вид магии жизни, которую боятся все и любой трижды подумает прежде чем совершить что-то тяжкое, ведь если человек подвергается «очистке помыслов», то потом не может совершить ничего против не только закона, но и совести и боятся этого больше, чем тюремного срока. Иногда магия нашего организма гораздо совершеннее, чем магия сторонняя и именно это поставили себе на службу маги правосудия – совесть, то что ранит гораздо сильнее и если человек или маг подвергшийся «очистке помыслов» даже замыслит что-то дурное, а от себя не скроешься, то мучения на которые он обрекает свое тело и душу доводят иногда до крайних мер – таких как сумасшествие и даже как следствие самоубийство… Но магия правосудия весьма специфична и на работу с каждым преступником магу требуется огромное количество сил, так что «очистить помыслы» всем адептам пришлого бога просто невозможно… Дерек с тихим рыком вскочил со стула и начал мерить шагами комнату, гораздо легче представить что адепты доберутся до него, чем что он отправит всех их на «очистку», а сейчас нужно думать как защитить Энжи ведь она вдвойне мишень и как маг смерти и как принцесса Маринии, что стоит на пути к трону, а Ратон не из тех, кто остановится, уж это-то Дерек успел понять.

***

Не дожидаясь пока ее хватятся, принцесса направилась в королевское крыло и оттуда выбралась на свой любимый балкончик на башне. Здесь ее никто не найдет, здесь можно не держать лицо, вцепиться в перила дрожащими руками и надеяться, что скоро все разрешиться, что вот еще немного подождать и он вернется, живой и невредимый. «Далась ему эта демонова девчонка,» - подумала Энжи, но тут же устыдилась своих эгоистичных мыслей. Чем дольше длилось ее ожидание, тем больше она терзалась, самым страшным было то, что она не чувствовала его, ни единой мысли, ни отголоска эмоций, ничего… даже когда он уезжал, она чувствовала пусть далеко, но отголосок его чувств, а сейчас как не вслушивалась в себя, как ни старалась, но все было тщетно, только слепая ничем не обоснованная уверенность что он жив не давала ей впасть в отчаянье.

Погода, казалось разделяла ее состояние, низкие серые облака наперегонки с черными тучами неслись по небу подгоняемые рваными порывами ветра бросая в лицо редкие холодные капли, растрепывая волосы и вздымая полы куртки, а Энжи стояла с закрытыми глазами вглядываясь внутрь себя, нащупывая ту ниточку, что связывает ее с любимым. Странный звук, напоминающий отдаленный гром привлек ее внимание и она открыла глаза осматриваясь, но вот на фоне серого неба взметнулись первые языки пламени и девушка усилив магически зрение вскрикнула, старую тюрьму, а ныне храм пришлого бога венчали всполохи огня. Рывком развернувшись, оскальзываясь на влажных ступенях она рванула вниз, благодаря богинь и свою предусмотрительность, что сегодня не одела платье, а вопреки этикету на ней были брюки для верховой езды и короткая до середины бедра куртка.