Чтение онлайн

— Я включу?

— Давай, но пеняй на себя.

Понять к чему была эта фраза удалось только после нажатия кнопки включения. В салон на большой громкости ворвался барабанный ритм, тут же сменившийся гитарным соло. Сонни дёрнулся и резко выключил музыку. Оглушённый, он не сразу распознал уже знакомый тихий смех. Рэд немного склонилась в его сторону, очень осторожно отвела вбок чужую ладонь, настроила громкость и снова нажала на кнопку включения. Музыка продолжила играть.

— Испугался? — сказано это было с лёгкой и совсем не злой улыбкой.

— Не ожидал, — оправдался Сонни.

— Не говори, что я не предупредила, — она помахала ему пальцем и сосредоточилась на дороге.

— Мне казалось, ты больше по классике, — и то верно, ведь всё время, что она его возит, в салоне играла исключительно классическая музыка.

— И это тоже, — согласилась Рэд. — Классика — моё любимое направление, но на втором месте идёт рок.

— Странное сочетание, тебе не кажется?

— Вовсе нет. Ты никогда не задумывался, почему так много классической музыки в современной обработке обретает именно рок-версию?

Честно — нет, Сонни никогда об этом не думал, что и поспешил произнести вслух.

— Мне кажется, — продолжила Рэд, — они похожи. Рок тоже успокаивает.

И больше она не произнесла ни слова, а Сонни не хотел начинать спор, да и вряд ли этот разговор вылился бы в полемику. Просто музыка его увлекла, он расслабился, вслушиваясь в ритм. Как знать, может, Рэд в чём-то тут права.

До пункта назначения они добрались довольно быстро, что удивительно для этого времени суток. Обычно из-за пробок, даже чтобы проехать один квартал, требовалось минут двадцать. Подойдя к катку, Сонни отметил, что на входе висит табличка «Закрыто», но Рэд её проигнорировала. Она толкнула тяжёлую дверь обеими руками и прошла внутрь. Сонни поспешил следом.

— Хэй, Фрэнк! — окликнула кого-то Рэд.

Из-под стойки, где выдают коньки, показалась чья-то голова, затем человек поднялся полностью. Это был взрослый мужчина восточной наружности, он улыбнулся гостям.

— Ты сегодня не одна, — странный акцент. — Это хорошо. Это всегда хорошо.

Она улыбнулась:

— Спасибо, что открыл.

— Всегда пожалуйста. Вы тут, это, сами разберётесь, да? — ему явно не терпелось уйти.

— Конечно, — подтвердила Рэд. — Как всегда, встретимся через полтора часа.

Мужчина быстро удалился, а она перелезла через стойку, вместо того, чтобы просто обойти, и уже выбирала коньки. Свои Рэд нашла довольно быстро, затем повернулась к Сонни.

— У тебя какой размер?

— Я не очень-то умею, — постарался уклониться он от катания.

Рэд не ответила, продолжая сверлить его взглядом. Сонни вздохнул. Вскоре они уместились перед катком у лавочек. Он смотрел, как Рэд ловко надевает коньки, а затем с такой же лёгкостью выезжает на лёд.

— Давай, — она протянула руку.

— Не могу. Он такой… Такой маленький…

— В тебе сколько? Метр девяносто? — Рэд упёрлась ладонями в бока, осматривая его от макушки до пят.

— Девяносто три.

— А во мне — метр пятьдесят семь, — и развела руками. — Идеальное сочетание. Давай, поехали. Если тебе не понравится, ты всегда сможешь прекратить.

Прозвучало двусмысленно, Сани напрягся и окончательно упёрся.

— Если попробуешь, я тебе расскажу кое-что о Лили де Лирио, — заговорщицки.

Подлый трюк. Сонни недоверчиво посмотрел на Рэд. Ему ужасно хотелось узнать что-то об этой женщине — это стало идеей фикс, но с другой стороны…

— Что-то важное? Ценное?

Рэд скривила губы в усмешке:

— Это многое может о ней рассказать. Небольшой факт. Я даже покажу, — в её взгляде читался некий скрытый мотив, а искривлённая улыбка намекала, что ничем хорошим это не закончится. — О ней и «Ликорисе».

Сонни с трудом сглотнул. Здравый смысл проиграл.

— Согласен.

Сонни провёл, как ему казалось, бессонную ночь. Просидел со включённым светом в гостиной, вжавшись в кресло, словно оно могло защитить его от всех злых сил в мире. А виной тому была проклятая Рэд и секрет де Лирио. Эта женщина — больная на всю голову! Они обе больные! Если все женщины в мире такие, то он сделал правильный выбор, став геем. В голове он раз за разом прокручивал произошедшее на катке.

Полный уверенности, Сонни присел на скамейку, стягивая лоферы и надевая коньки. Уже меньше, чем через минуту, он ступал на лёд, придерживаемый с одной стороны под руку. Рэд плавно повела его по кругу. Ну, так говорят про велосипед, всё вспоминается, стоит снова оказаться в нужном месте в правильное время.

— Так что там про де Лирио? — Сонни вполне прилично удерживал равновесие, осторожно отталкиваясь коньками и скользя по льду.

— Как тебе? — Рэд склонила голову набок. Конечно, так просто она ничего не скажет.

— Вспоминаю понемногу.

Сонни сощурился, глядя, как умело она выписывает полукруг на льду. В каждом движении читалась уверенность, грация, хотя это явно не имело никакого отношения к фигурному катанию.

— Давно научилась?

— Когда начала работать с де Лирио, — снова усмешка.

Что ж, всё начинает понемногу проясняться. Но проблема была в том, что Сонни не знал, как давно Рэд сотрудничает с писательницей — она просто уклонилась тогда от ответа. Поэтому следующие слова стали настоящим откровением.

— Но я долгое время занималась танцами.

— Музыка, танцы, — Сонни повёл плечом, в точности копируя излюбленный жест Рэд. — Это связано.

— Не в моём случае. — На это он вскинул вопросительно бровь. — Мой лучший друг профессионально занимается танцами, мы много путешествовали вместе, так вышло, что пришлось научиться.

— Пришлось? — Сонни не совсем понимал, куда она клонит, но Рэд снова замкнулась, не отвечая.

Сделав ещё несколько кругов, он тяжело вздохнул, притворяясь уставшим. Подъехал к бортику, опираясь о него, и помахал Рэд на другом конце катка. Она оказалась рядом практически мгновенно.

— Так ты мне расскажешь или нет?

— Так тебе понравилось или нет?

Что Сонни точно не нравилось, так эти игры. А вот катание… К нему он относился неоднозначно. Не было того восторга, что в детстве. Нет, определённо это уже не то. Он покачал отрицательно головой.

— Жаль, — Рэд вздохнула. — Но если бы ты не попробовал, то не жалел бы потом, что не рискнул снова стать на лёд?

— Откуда ты знаешь, что я раньше любил кататься?

— Когда я сказала про каток, — она улыбнулась, — у тебя загорелись глаза.