Чтение онлайн

— Ошпаришься. — Сонни нахмурился. — Куда дальше?

— Я уже построила маршрут. — Она кивнула на навигатор.

Сонни вновь завёл машину, а Рэд внезапно рассмеялась, словно вспомнила что-то очень смешное. Заразительный смех.

— Я тут подумала, я — бикофейная.

Сонни прыснул со смеху. Сколько ещё новых слов она может придумать? Хотя, может, они есть в её родном языке? Ведь Рэд явно не американка, хотя и говорит без акцента. Он вспомнил название танцевальной группы.

— Как переводится «Линксмайн»?

— А что? — Она переменилась на глазах: стала неестественно серьёзной, настороженной, но затем добавила: — Радуга.

— Теперь понятно. — Сонни постарался улыбнуться, чтобы разрядить обстановку. — Видел ваше выступление. А я всё думал, почему именно «Красный», оказывается, объяснение очень простое.

— Где ты услышал это название? — Рэд покончила с американо и потянулась за вторым стаканчиком, при этом принципиально не глядя в его сторону.

— Юханссон сказал. — Не было желания подставлять режиссёра, но и другого логического объяснения он не нашёл. — Так вы познакомились на каком-то концерте?

— Да, — задумчиво протянула Рэд и тут же встрепенулась: — О! Ты не забыл про корицу. — С довольным видом она сделала ещё глоток. — Это было в Норвегии, мы с труппой тогда выступали на подтанцовке у одной группы. Они были на разогреве перед группой Альва. Вот за кулисами так получилось, что разговорились, а дальше всё как обычно.

— И как там происходит обычно?

Рэд скривилась, вздохнула, и очень тихо произнесла:

— Эта группа поехала на фестиваль горящего человека, нам пришлось ехать за ними. А Юханссон просто увязался следом, сказал, что всегда хотел там побывать.

— Серьёзно? — Сонни удивлённо посмотрел в её сторону. — Горящий человек?

— Не фестиваль, а чёрте что, — Рэд отмахнулась. — Я зареклась ещё хоть раз ступить на территорию Невады.

Он рассмеялся:

— Разве тебе не нравятся подобные развлечения?

— Вовсе нет. — Она отрицательно покачала головой. — На самом деле, я — домоседка. — Рэд театрально прижала ладонь к груди. — Волею судеб и злого рока вынужденная тусить, пока не умру.

В этот раз смех раздался с обеих сторон. Только так просто ей от него не отделаться. Сонни твёрдо решил идти до конца, и эти шутки не могли сбить его с намеченной цели.

— А «Линксмайн» — это с какого языка? — в ответ Рэд шумно вздохнула, будто не хотела отвечать на вопрос. — Немецкий? — Судя по всему, так оно и было.

— Литовский, — всё же отозвалась она с неохотой. — Я — литовка.

— Ого, — Сонни не знал как реагировать на такое признание. — И вся труппа тоже?

— Нет. Мы набрали людей из разных стран, в основном, из Европы. Наш лидер — румын, двое из Польши, Мартина, — ага! Он так и знал, что та девушка из видео ему знакома. — Она из Италии. Ещё двое из Венгрии. Это был первоначальный состав. Дай угадаю. — Рэд развернулась в кресле к нему лицом. — Ты видел выступление под песню «Demons»?

— Угадала. — Сонни улыбнулся. — Но как?

— Когда я сказала про Мартину, ты засветился, словно рождественская гирлянда. — Она фыркнула. — А с её участием в интернете есть только одно видео. Простая логика.

— Ты очень внимательная, даже слишком. — Сонни перешёл на шёпот. — Мне придётся тебя убить.

— Так вот куда мы едем! Наконец-то!

Впереди показался фасад приюта, машина въехала на территорию под дружный хохот и остановилась. Рэд первой выбралась из салона, принявшись разминаться. Кажется, она уже проснулась окончательно, потому как уже направлялась ко входу в здание. Сонни поспешил за ней. Внутри их встретил куратор, осведомившись о целях и пожеланиях. Сонни давно уже определился: он хотел взять собаку, пол и возраст значения не имели, но лучше, если это будет кто-то, от кого все отказываются. Куратор понимающе покивал, а затем поинтересовался:

— У вас будет достаточно свободного времени для ухода за животным?

Сонни нахмурился. Да, об этом он не подумал. Конечно, когда закончатся съёмки, времени будет побольше, но затем последуют интервью, поездки по различным мероприятиям, возможно, новый проект. В разговор встряла Рэд:

— А есть возможность взять собаку на передержку? Я слышала, что у вас есть проект по домашней передержке в целях социализации животных.

Куратор улыбнулся Рэд, явно удовлетворённый таким вопросом:

— Конечно. Но вы должны понимать, что эти животные страдают от социофобии. Это связано со сложной жизнью на улице или предательством бывших хозяев. Собаки, в данном случае, гораздо труднее адаптируются и с трудом начинают доверять людям.

Рэд перевела вопросительный взгляд на Сонни, ожидая вердикта, а он продолжал мысленно корить себя за безалаберное отношение к столь серьёзному вопросу.

— Извините нас. — Рэд подхватила его под локоть, отводя в сторону. — Слушай, Сонни, — начала она успокаивающим тоном, — если ты не уверен, то можно просто взять животное на передержку. Так ты сможешь понять, будет ли у тебя время на уход за ним в полной мере. А если всё получится, потом можно будет забрать собаку на постоянной основе. Как тебе такое?

Сонни смотрел на неё, не в силах отвести взгляда. Как она это делает? Как, всего парой фраз, умудряется вселить в него уверенность и надежду одновременно? Как это простое прикосновение к локтю становится точкой опоры всего на свете?

— Хорошая идея. — Он улыбнулся. Рэд отзеркалила улыбку, кивнула.

— Тогда вперёд! — и она легко подтолкнула его в спину навстречу куратору.

После короткой уточняющей беседы, мужчина повёл их к клеткам, где содержались собаки с социофобией. Сонни осторожно ступил в помещение, будто боясь, что его присутствие потревожит животных. Он огляделся, медленно продвигаясь мимо решёток, за которыми прятались испуганные и взволнованные глаза. Рэд шла за ним прямо по пятам, и это придавало сил, потому что невозможно было не расчувствоваться при виде несчастных выражений множества мордочек. Внимание Сонни привлекла конкретная особь: эта собака была даже более зажата и напугана, чем остальные. Она забилась в дальний угол клетки, сжавшись комком спиной к посетителям, только чёрные глаза изредка выглядывали из-под такого же чёрного меха.

— А это у нас Вафелька, — произнёс куратор. — Очень сложный случай, девочке очень не везло и с владельцами, и в жизни. После всего она даже к нашим сотрудникам относится с недоверием. Может, посмотрите кого-то ещё?

— Филд-спаниэль. — Куратор одобрительно кивнул на уточнение, а Рэд присела возле клетки на корточки. — Привет, солнышко, — и обернулась к мужчине, одновременно махнув рукой в сторону замка. — А можно?

Нахмурившись, куратор покачал головой, затем посмотрел на Сонни, снова на Рэд, и вздохнул:

— Только ради такой чудесной пары.

Сонни даже не успел исправить его, но и вряд ли стоило это делать. Куратор отпер клетку, но собака осталась на месте. Рэд перехватила Сонни за ладонь, аккуратно потянув на себя и заставляя также присесть рядом. Не выпуская его руки, она вытянула свою вперёд в сторону Вафельки и тихо выдохнула: «Давай». Сонни последовал примеру. Сначала собака не реагировала, затем принюхалась, двинулась в сторону вытянутых ладоней, но снова дёрнулась, вжимаясь в противоположную сторону клетки. «Попробуй ещё», — глухой шёпот раздался прямо возле уха, опаляя щеку горячим дыханием, пробрался куда-то внутрь, оседая в памяти и впиваясь цепко в самую душу.