Чтение онлайн

Он взвился в воздух и сделал круг под потолком.

— И вообще мне пора, — нервно сообщил призрак с высоты. — Благодарствую за всё! То есть, я хочу сказать, извиняюсь, что случайно упал в этот дом, на самом-то деле я летел мимо по своим делам. Бывайте!

Никли Байлис поспешно вылетел сквозь крышу, покидая сцену.

— Прости, Карэле, — с горечью сказал Бенефор Абеле. — Теперь у тебя из-за нас будут большие неприятности.

— Ничего, друг, — твёрдо сказал кондитер. — Как-нибудь справлюсь. Плохо только, что мы с тобой, скорее всего, больше не встретимся. Сам понимаешь, за мной будут следить.

— Я надеюсь на тебя, — отозвался алхимик. Карэле понял, что тот думает сейчас про Ивера, о существовании которого Рорг пока не знал.

Его слова прервал резкий звук. На мгновение Карэле показалось, что Бенефор всхлипнул, но звук повторился, и стало ясно, что это скорее фырканье. Оно донеслось со стороны шкафа, в котором прятался инспектор.

Или, вернее, со стороны муляжа-зомби, валявшегося на полу возле этого шкафа.

Муляж зашевелился и, опираясь на руки, уселся, высокомерно глядя на опешившего Карэле нарисованными глазами.

— Что за ерундой вы занимаетесь? — недовольно спросил он. — Почему я тут оказался? Это что, Камбрия? И где мои тетради с записями? Вы вообще отдаёте себе отчёт в том, что эти ценнейшие труды требуют бережного обращения? Куда вы их дели?

Изумлённое молчание прервал Бенефор Абеле, который пробормотал, запинаясь:

— Что это?

— Видимо, причина того, почему нашему знакомому призраку было так тесно в оболочке зомби. Их там оказалось двое, — отозвался Карэле, обретя наконец дар речи. — Так что правильнее будет сформулировать вопрос иначе: «Кто это?» Впрочем, у меня есть предположения. Сударь, вы не хотели бы выбраться на волю? Не слишком удобно с вами разговаривать, пока вы находитесь внутри муляжа.

Фигура, сидящая у шкафа, дёрнулась и откинулась на дверцу. Из неё вылетел новый призрак, выглядевший как высокий сутулый мужчина, одетый в лёгкие брюки и рубашку. Он был совершенно лысым, а на его лице, насколько это возможно было разглядеть при дневном свете, застыло недовольное выражение. Призрак брезгливо отпихнул ногой в сторону муляж из папье-маше, в чём, однако, не преуспел — его высокий ботинок попросту прошёл насквозь. Очевидно, умение передвигать материальные предметы давалось привидениям не сразу.

— Как я оказался внутри? — возмущённо воскликнул призрак. — Что со мной произошло?

— С вами произошёл логичный итог ваших противозаконных экспериментов, профессор Сибрук, — невозмутимо пояснил Карэле. — В ходе вашего последнего опыта по созданию зомби вы умерли и были случайно заключены в искусственную оболочку, которая, как я вижу, вам знакома. Возможно, причиной смерти был сердечный приступ или что-то столь же неожиданное.

Призрак возмущённо сверкнул глазами, но ответить не успел. Его прервал Юлиус Рорг, который, с трудом приподняв голову над полом, с удивлением разглядывал нового гостя.

— Профессор Сибрук! Это действительно вы, я узнал вас по портретам в книгах! Но ведь вы скончались на Хамайе уже давно, с тех пор прошло несколько лет. Я сам читал статью по этому поводу в «Вестнике этнографии» и большой отрывок из вашей последней работы, действительно посвящённой зомби…

Призрак не дал ему договорить, возмущённо взвыв.

— Они опубликовали отрывок из моей работы? Негодяи! Да как они смели притронуться к рукописям без моего разрешения? И кому они выплатили гонорар?

— Видимо, никому, — пожал плечами Рорг. В исполнении связанного человека, лежащего на полу, этот жест выглядел довольно нелепо. — Я только хотел спросить, как вышло, что вы, так сказать, вернулись в сей мир только теперь?

Сибрук снова возмущённо фыркнул, дав понять, что подобные мелочи не заслуживают его внимания.

— Надо полагать, все эти годы профессор был, если можно так выразиться, в бессознательном состоянии, — Карэле неопределённо покрутил в воздухе длинными тонкими пальцами. — В силу того, что оказался заперт в тесном пространстве вместе с другим призраком, и оба они мешали друг другу.

— Точно, — вставил Бенефор. — Паренёк соображал чуть больше, но пока он был внутри этой штуковины, и от него трудно было добиться чего-то толкового.

Инспектор Рорг рассматривал Сибрука во все глаза, на время забыв о своём бедственном положении и не обращая внимания на хмурое выражение лица призрака.

— Я читал все ваши труды, профессор, — признался он. — Они все хранятся у меня дома: и «Народные промыслы туземцев Спанолы», и «Религиозные обычаи и праздники на Спаноле», и «Традиции и культура Хамайи», и самый последний — «Шаманство Спанолы и Хамайи: сходства и различия»…

— Вы не упомянули книжицу под названием «Связь традиционной пищи и верований хамайцев», — хмыкнул призрак, польщённый таким знанием его работ. — Впрочем, она выходила ограниченным тиражом.

— Найду и прочту, как только смогу! — горячо пообещал Рорг, но, опомнившись, бросил взгляд на свои связанные руки и кисло уточнил: — Если смогу…

— Они удерживают вас насильно! — возмутился Сибрук. — Безобразие! Может быть, мне обратиться в полицию?

— Не стоит, — отмахнулся Карэле. — Мы и сами сейчас туда направимся. Если только…

В дверях снова показалась Тинда. Увидев в комнате нового призрака, она уронила большой саквояж, который несла, но стоически не издала ни звука.

— Нам пора, Карэле, — сказал Бенефор.

— Подожди, — покачал головой кондитер. — Мне пришло в голову, что в деле появились новые обстоятельства. Может быть, инспектор Рорг, учтя внезапное появление профессора, всё-таки откажется от идеи нас преследовать?

— Отчего бы? — изумлённо поднял брови Рорг. — Несмотря на всё моё уважение к профессору, я на службе.

Кондитер только вздохнул, наклонившись к инспектору с кресла.

— Ну что вам так далась эта служба? — спросил он. — Вы же мечтаете о путешествиях и открытиях. Я понимаю, что из вашей организации не увольняются, но не может быть, чтобы у Агентства не было своих интересов на островах. Только поглядите: с одной стороны у вас Бенефор Абеле, который всё равно сбежит, и я, который всё равно ничего не знает про тайну невидимости. А с другой — профессор Сибрук с его уникальными исследованиями, которые прервались на самом интересном месте. Разве это не важнее?