Чтение онлайн

— Но это вандализм! — воскликнул его спутник.

— Отнюдь, — безмятежно произнёс Карэле, удлиняя черту. — Как ваше имя, сударь?

— Номли Тинтарен, — ответил тот, недовольно косясь на капли краски, запачкавшие его плащ.

— Так вот, господин Тинтарен, вандализм — это построить на месте архитектурного памятника мелочную лавку. А сохранить его, слегка запачкав краской — вполне благое дело.

Они свернули за угол.

— Но как это поможет спасти часовню?

— О, краска, разумеется, нужна только для эффекта. Дело не в ней. К счастью, у нас есть ещё и призраки.

Ветер ударил в лицо, и Карэле выплюнул изо рта мокрую прядку волос.

— Если бы у меня было время опубликовать свое исследование! — воскликнул Тинтарен с досадой. — Часовню немедленно внесли бы в список исторического достояния. С теми-то подробностями, что я сегодня узнал, это вообще бы не обсуждалось! Будь у меня хоть месяц…

— Неужели вы сошлётесь на рассказы призрака? — поразился Карэле, споро продвигаясь вдоль стены. Историк снисходительно рассмеялся, следуя за ним по пятам.

— Ну что вы! Главное — знать, что искать, а подтвердить это будет нетрудно. Как я понял, это кто-то из Моссов?

Карэле мазнул по двери, доведя черту до того места, откуда она началась, и кивнул.

— Именно. Дорик Мосс.

— Помню, помню, — пробормотал Тинтарен. — Это тот, что убил свою двоюродную сестру фарфоровой супницей.

— Неужели?! — поразился кондитер.

— Да, по ошибке. Как потом выяснилось, он собирался убить экономку…

— Однако, — пробормотал Карэле. — Мне следовало бы помнить, что от хорошей жизни призраками не становятся…

Он вывел над чертой какой-то сложный значок. Затем отступил на пару шагов и вычертил ещё один.

— Это же символы планет! — воскликнул историк. — Зачем они здесь?

— Для красоты, — пожал плечами Карэле. — Одна только черта не производит нужного эффекта.

Они еще раз обошли часовню по кругу — последние два рисунка разместились на дверных створках.

— Ну, вот и всё! — воскликнул Карэле, отшвыривая кисть и взбегая на крыльцо часовни. Тинтарен последовал за ним, оставив полупустую банку у стены.

За время их отсутствия Нине удалось зажечь лампу, и теперь она обмахивала шляпой пришедшего в себя Маллера. Призраки маячили в отдалении, но старый Мосс по-прежнему дремал в кресле-качалке.

— Ей всё-таки четыреста лет! — радостно закричал Тинтарен, но его коллега лишь страдальчески закатил глаза.

— Думаю, вам лучше отправиться домой, сударь, — посоветовал Карэле. — И ещё — рекомендую завтра, во второй половине дня, обратиться к господину Людусу. Попросите его предоставить вам архивы Моссов и непременно упомяните, что пишете историю часовни.

— Но я уже просил! — возразил историк. — И он мне отказал.

— Завтра не откажет, — пообещал Карэле.

Выпроводив незваных гостей, он обернулся к Нине и призракам.

— У нас есть ещё один нерешённый вопрос, но заниматься им здесь едва ли стоит. Ланс, не могли бы вы с господином Ласленом незаметно пробраться в мою комнату, скажем, через полчаса?

Тот только рассмеялся.

— Поверь, с незаметностью проблем не будет.

— Прекрасно, — Карэле взглянул на дрожащую девушку. — А вам, пожалуй, лучше сразу же прилечь.

— И я не узнаю, чем всё закончилось? — воскликнула та. — Пожалуйста, я прекрасно себя чувствую и совсем не хочу спать!

— Ну, хорошо. Значит, через полчаса у меня.

Ланс кивнул, и два силуэта скрылись в тёмных потоках дождя за порогом.

К тому моменту, когда Нина робко постучала в дверь, в комнате Карэле уже ярко пылал камин, в который отправился весь наличный запас угля. Сам хозяин успел переодеться и привести волосы в порядок — ничто не напоминало о полночной прогулке под дождём. На каминной полке пристроилась горелка с джезвой: видимо, кондитер уже забрал саквояж, оставленный на чердаке. На сей раз от джезвы распространялся запах трав и пряностей. Что бы в ней ни кипело, к кофе это не имело никакого отношения.

Поверх очередного «бабушкиного» платья Нина накинула тёплую шаль — похоже, её знобило. На руках девушка держала сонную крысу. Нина устроилась на низкой скамеечке у огня, а Ромашка свернулась клубком у неё на коленях.

— Вы всё-таки простыли, — Карэле перелил травяной отвар через крошечное серебряное ситечко в чашку и подал её Нине. — Пейте как можно более горячим, вам нужно согреться.

— Спасибо, — девушка отвела чашку подальше от любопытной крысиной морды.

Карэле поставил на огонь вторую порцию напитка — для себя.

— Сильная простуда — прекрасный повод избежать поездки в эту вашу школу, — небрежно заметил он. — Вам стоит провести завтрашний день в постели.

— Всё равно папа отправит меня туда раньше или позже, — вздохнула Нина. — Даже призраки не спасут.

— А вот и они, легки на помине!

Сквозь оконное стекло в комнату вплыл Ланс, а за ним — Тодаш Ласлен и опирающаяся на его руку Нелида.

— Я не стал будить Мосса, — сказал Ланс, усаживаясь на широком подоконнике.

— Правильно сделал. Устраивайтесь, прошу вас — я только закончу готовить отвар.

Гости присели на софу напротив окна.

— Значит, Нина — ваша кузина? — уловил Карэле краем уха вопрос Ласлена. — Признаться, когда я увидел вас в этом восхитительном старомодном наряде, я решил, что передо мной красавица из прошлого века.

— Ах, эти платья так романтичны — за это я их и люблю…

— Да, я уже заметил, что девушек вашей семьи привлекает старина. Но уверен, что в современных платьях вы выглядите не менее романтично…

— Дамы и господа, благодарю вас за терпение, — Карэле повернулся к присутствующим, держа в руке дымящуюся чашку. — Думаю, нас всех удивило внезапное появление господина Ласлена.

Он отвесил лёгкий поклон в сторону призрака.

— Видите ли, сударь, дверь на ту сторону была открыта по ошибке, и теперь эта ошибка исправлена. К сожалению, сейчас вы лишены возможности уйти отсюда и, похоже, вам придётся провести какое-то время в этом доме, чего, смею предположить, ни вы, ни мы не планировали.

— Но я и не хочу уходить обратно! — воскликнул призрак. От взгляда Карэле не укрылось, что его при этом едва заметно передёрнуло.

— Что ж, — сказал кондитер, усаживаясь на стул спиной к камину, — мы были бы рады услышать вашу историю.