Чтение онлайн

Как выяснилось, была и еще одна опасность, о которой я не подумала. Бетан хоть и выглядела стройной и хрупкой, но была все же намного старше своего брата и соответственно заметно тяжелее, а ведь Карлсон даже под весом Малыша кряхтел и тяжело дышал. А я привыкла считать себя слабее Карлсона. Хотя если задуматься, совершенно непонятно, почему я так считала. Мы никогда не устраивали соревнований.

Так что сначала мы чуть не рухнули вниз обе, вместе. Потом я судорожно замахала крыльями, нелепо и суматошно, как курица. Мне казалось, что сейчас моя рука оторвется в плече... казалось, что тонкие планки крыльев треснут от усилий... Потом я вдруг сообразила, что мне и не обязательно подниматься назад на крышу - достаточно затормозить падение, превратив его в безопасный спуск. Физически легче не стало, но я сразу успокоилась и перестала паниковать. Земля приближалась быстро, но не катастрофично, и я еще успела свернуть чуть в сторону - с брусчатого тротуара на газон.

Бетан все это время визжала не переставая.

Над самой землей я разжала руку, сбрасывая девушку вниз. Она упала неловко и, наверное, ушиблась. Но я не могу взлететь с земли, а лезть вверх по пожарной лестнице, как я это делаю после встреч с братом - сейчас, днем, мне не хотелось. И без того удивительно, что никто не высунулся в окно и не выбежал во двор на ее заполошный визг.

Так что я поспешила избавиться от груза и в несколько сильных взмахов - налегке-то!
– поднялась обратно. И там наконец рухнула на теплую черепицу, задыхаясь от усталости и от боли в плече, в спине и в крыльях...

Два дня я приходила в себя. Прилетал Карлсон - я почему-то не рассказала ему о происшедшем. Сама не знаю, почему. Полетать с ним я отказалась, о причине соврала, сказала, будто ушиблась при посадке. Карлсон долго переживал - минут пять, не меньше. Досадовал, упрекал меня в неосторожности (кто бы говорил!), пытался развлечь меня очередной дурацкой историей и снова настойчиво совал конфеты. В конце концов я уступила, все равно не отстал бы, и взяла карамельку. Карлсон тут же возликовал:

– Ну вот, правильно! Ты же девочка, а все девочки любят сладкое! И вообще все болезни от нервов, а для нервов нужен сахар, я знаю!

А на третий день ко мне на крышу залезла Бетан.

На этот раз я заранее услышала, как она шуршит на чердаке, как открывает люк. Я могла бы успеть спрятаться, но почему-то не захотела. В конце концов это моя крыша, я тут живу - почему я должна всегда прятаться?

Бетан вылезла из чердачного люка и встала, осторожно оглядываясь.

– Эй!
– окликнула я ее.
– Ты что, опять собираешься прыгать? Я тебя больше ловить не буду!

– Нет, я прыгать не буду, - ответила она серьезным голосом.
– Я дура была... теперь поумнела. Кстати, спасибо, что ты меня поймала.

– Кстати, пожалуйста.

Мы помолчали.

– А зачем ты тогда пришла, если не прыгать?
– спросила я.

– Ну вот спасибо сказать...

– Хорошо, сказала. Дальше что?

– А что, ты хочешь, чтобы я ушла? Я тебе мешаю?

Я очень не хотела, чтобы она уходила, мне хотелось поговорить с ней, но какое-то странное чувство противоречия заставляло меня грубить.

– Вообще-то я пришла посмотреть на тебя, - сказала она неожиданно.

– Зачем?

– Ну, чтобы убедиться, что ты по правде есть. Что я тебя не придумала, как Малыш своего Карлсона. Что я не сошла с ума.

– Да что ты заладила - "придумала", "придуманный"!
– рассердилась я.
– Сама ты... придуманная, а Карлсон самый настоящий.

– Ну да, настоящий! Настоящих людей с пропеллерами не бывает,- убежденно ответила Бетан.

– А с крыльями бывают?
– возразила я.

– Вообще-то нет, - согласилась Бетан.
– Потому я и думаю, что, может, я головой стукнулась, когда упала, и мне все померещилось.

– А как же ты тогда не разбилась? Тут, между прочим, семь этажей!

– А я, может, и не с крыши упала. Я, может, просто шла и поскользнулась! Я, кстати, так всем и сказала... ну, когда меня спрашивали, чего я так орала.

– Ага, может, тебе и сейчас все мерещится, - кивнула я.
– И я мерещусь.

– А сейчас я у тебя крыльев не вижу!

– Ну так посмотри!
– и два веера из деревянных пластинок, тонких, словно настоящие перья, с шелестом развернулись у меня за спиной. Бетан тихонько ахнула:

– Ой, какая красота! А потрогать можно?

– Можно, - я повернулась к ней вполоборота, чтобы ей удобнее было.
– Ну что, убедилась, что я настоящая?

– Ага, убедилась, - она словно завороженная разглядывала и ощупывала крылья.
– Но ведь этого не может быть, таких людей не бывает!

– Ну, в общем... не бывает, да. Я не совсем человек. Я кукла... меня отец из дерева сделал.

– Из дерева? Как Буратино, что ли?
– переспросила Бетан с сомнением в голосе.

– Если бы!
– раздраженно ответила я.
– Буратино на человека похож. У Буратино нормальное лицо, не то, что у меня. Видишь ли, мастеру неинтересно два раза одно и то же делать!

Глаза у Бетан сделались совсем безумными.

– Подожди, ты что, хочешь сказать, что и Буратино тоже не придуманный?

– Какое придуманный, это мой старший брат. Ой, да ладно! Лучше расскажи толком, зачем ты хотела спрыгнуть!

Мы просидели на коньке крыши часа два, не меньше. Бетан честно пыталась мне объяснить, но получалось плохо.

– Ну понимаешь, родители меня не любят... придираются все время. За "тройки" в школе ругают.

– А ты хочешь, чтобы у тебя были "тройки"?
– я действительно хотела понять. Я ведь так мало знаю о жизни нормальных людей!

– Нууу... в общем нет. Мне скоро в колледж поступать... надо, чтобы нормальные оценки были. Но все равно... это мое дело, а они придираются! И без шапки зимой ходить не разрешают.

– А почему нельзя без шапки?

– Боятся, что я замерзну и простужусь.

– А ты хочешь простудиться?