Чтение онлайн

– Лыжник?

– Почему?

– А чего не куришь тогда?

– Вам какое дело?

– Никакого!

– Отлично! Тогда я пойду!

– Не поздно ли?

– Рано!

– Скоро светает...

– И что?

– Предлагаю посидеть ещё...

– Смысл?

– Ты во всем его ищешь? Находишь?

– Не всегда.

– Тогда знай, что смысл у этой жизни только один.

– И какой же?

– Попробуй догадаться...

====== Глава 37. ======

СГУ.

Субботнее утро нисколько не располагало к труду и, уж тем более, к предстоящему спектаклю. Все собрались возле деканата после генеральной репетиции. Стояла удивительная тишина. Никто не хотел раскрывать рот. За это время могло родиться столько полицейских!

Лапин с глазами, похожими на блюдца, вышел из кабинета. Профессор даже забыл, что хотел. «Актеры» все как один выпрямились, приветствуя мужчину. Тот чуть не прослезился: когда такое было? Неужели вчерашние наставления и угрозы отчисления подействовали? Декан оглядел студентов. Вроде, ничего особенного. Метеорит что ли должен грохнуться? Жданов, правда, выглядел абсолютно не выспавшимся, а Бероев слишком уж равнодушным. Собственно, это мелочи. В такой ответственный день это сущие мелочи.

Аскольд Прокофьевич отметил, что ему не пришлось напоминать им о том, что на официальные и торжественные мероприятия приходят в парадной форме. Все семеро были одеты подобающе: парни в костюмах, девушки в платьях. Слава Богу, даже Виолетта не стала экспериментировать со своим внешним видом, как это частенько бывало раньше.

– Готовы? – декан заботливо, словно родной отец, поправил Макару галстук-бабочку. – Надеюсь, не придется краснеть?

– Я тоже на это надеюсь, Аскольд Прокофьевич!

Обернувшись, мужчина лишился дара речи. Калягина Ирина Валентиновна в вечернем платье, подчеркивающим достоинства фигуры, мягко улыбнулась ему.

Вот тут послышалось шушуканье. Студенты не могли не смотреть в сторону «парочки». Как известно, после любого значимого мероприятия устраивают фуршет. Университет не исключение. Ходили слухи, что Лапин-таки пригласил Калягину. Это стоило внимания.

Когда с комплиментами было покончено, женщина, порядком смутившаяся под напором декана, все же заговорила:

– Сегодня в 18:00 приветствие университетов, и объявление порядка номеров. Скорее всего, что мы будем замыкающими, поскольку являемся организаторами…

– То есть до этого времени мы свободны? – буркнул Бероев. – зачем и приходили в такую рань?

– Повторение – мать учения! Зато отрепетировали толком!

– Да, действительно, – подхватила актриса. – К тому же, в любой момент может понадобиться помощь… на сцене такой бардак твориться, нужны люди, которые бы провожали гостей в зал или наводили порядок. Назначим дежурных!

– Точно первый класс, – шепнул другу Даня, – вторая четверть…

– Угу…

– Желающие есть?

Глеб огляделся и уже хотел вызваться, но блондин отрицательно покачал головой. У парня были свои планы.

– Актовый зал доверим Макару! – улыбнулась Калягина. – Самому ответственному! Справишься?

Рыжий кивнул, но без энтузиазма.

– А встречать гостей будет Игнат!

– Что? – кавказец опешил.

– А что? Твой отец сегодня гвоздь вечера – ты его и встречай! Лучше с этим никто не справится!

– Хуже тоже! – опять влез Жданов.

– Жданов, – Лапин рассердился на себя за то, что поверил в иллюзию. Блондин все равно продолжал его раздражать. – Тебя я поставлю дежурить на дискотеке!

– Я вообще-то думал свалить сразу после спектакля…

– Индюк тоже думал! – оборвал того Лапин. – Это не обсуждается! Дежуришь! И попробуй только кому-нибудь пронести спиртное! Клянусь, убью!

– Как всё прошло вчера? – Глеб решил узнать подробности из первых рук.

– Прости? – Даня сделал вид, что не понимает, о чём речь.

– Не прощу, если не расскажешь! – Хабаров улыбался.

– Что тебе рассказать? Сказку про белого бычка?

– Не прикидывайся шлангом! Ты же вчера на свиданке был!

Даниил вздохнул. Ему меньше всего хотелось распространяться об этом. Что он должен был сказать? Что в самый неподходящий момент у него зазвонил телефон и хозяин авто потребовал немедленно пригнать «Ауди» в гараж? Что там он увидел объявление о срочной продаже собственного дома? О том, что разговор с родителями по этому поводу резко перешел в скандал? Что он не спал всю ночь и сейчас готов был вставлять в глаза спички? Какая тут романтика?!

– Глеб, это моё дело.

– Не дала, да? – Кекс грустно усмехнулся. – Такие не дают на первом свидании…

– Слушай сюда, знаток, кончай меня выводить! – блондин рыкнул. – Иначе в сегодняшнем шоу роль кормилицы будет исключительно твоей!

– Почему?

– Потому что я отдавлю тебе яйца так, что писклявее твоего голоса просто не найдут!

Глеб посмотрел на друга. Что с ним?

– Ты что, ослеп?! Смотри, куда прешь, булочник! – Клей, на которого случайно налетел Хабаров, возмущенно взмахнул руками. – Что, прогулочную себе нашли?!

Даниил поднял голову. Глаза в глаза.

– Казанова, рад тебя видеть. Ты подумал над моим предложением?

– Пошел на…

Договорить не позволила женская фигура, появившаяся неподалеку. Сонкова Элла Эдуардовна собственной персоной. Да что они, сговорились сегодня?! Даня подумал о том, что ему самое время начать употреблять успокоительное. Лучше посильнее, а то кто знает, чем кончится очередная «встреча» с этим ушлепком. Бить «женщину» при женщине – это слишком. Однако промолчать Даня не смог.

– Если хочешь жить, то лучше не попадайся мне больше!

– Оу, не стоит кипятиться! – Клей глянул на преподавательницу. – При ней, мы, конечно, целоваться не станем, иначе тётьку инфаркт хватит… а вот после…

– Ты бессмертный?! – Даниил схватил парня за грудки и поздно понял, что влип. Клей тут же обвил его руками и почти повис на шее, опаляя подбородок дыханием.

Сонкова и Глеб синхронно «уронили» челюсти на пол.

– Сука! – Даня, залившись краской, мотнул головой и случайно расшиб назойливому поклонничку нос. Затем резко оттолкнул Клея в сторону и убежал.

– Вот же урод, – студент проговорил это тихо и как-то… радостно, словно только этого и ждал.

– Не надоело? – Глеб сморщился, наблюдая, как стекает по белоснежной рубашке красная струйка крови. – Он же ясно дал понять, что на твои серенады не поддастся.

– Тебя кто-то спрашивал?!

– А тебя кто-то к Жданову скотчем примотал?

– Что ты знаешь о любви, пончик! – Клей усмехнулся.

– Я – Кекс! – Глеб сжал кулаки. Он терпеть не мог, когда его называли «пончиком». – Повторяй: К Е К С! Кекс!