Кармелита. Наследники: лёд и пламя
Шрифт:
– Есть.
– Поделишься, – Виолетта заглянула в карие глаза напротив. – Партнер?
– Твоя задача спровоцировать Жданова. Остальное сделаю я.
– В каком смысле? – покосилась на Игната девушка. – Чем я должна его спровоцировать?
– Как это чем? – студент усмехнулся. – У тебя разве нет компромата? Сделай так, чтобы Кира не хотела даже смотреть в его сторону! Пусть он сам ей скажет, что они не пара!
– И что это даст?
– О, поверь, это значительно облегчит мне задачу…
– Если она в него втюрилась так же сильно, как он в неё, то ничего не выйдет.
– Ей кажется, что она в него втюрилась, а мы докажем обратное!
– Мы?!
Парочка обернулась. Макар, с застывшим вопросом в глазах, стоял на верхней ступеньке.
– Эй, Зора! – окликнул Кекс.
Она обернулась.
– Чего тебе?
– А ты не говорила, что у тебя есть брат!
– Какой ещё брат?
– Да больно уж борзый! – Даня вышел из туалета, вытирая руки салфеткой.
– Вы вообще о ком? – цыганка посмотрела на парней, словно на сумасшедших.
– Да хорош тебе шифроваться уже! Сегодня к нам с Даней подвалил, весь такой из себя! Сказал, чтоб мы держались от тебя подальше!
– У вас глюки?
– Зорро! Миссия провалена! Тебя рассекретили!
– Так, Кекс! – Даниил шлепнул товарища по выпирающему животу. – Объяснять надо уметь! Короче, сегодня на остановке к нам подходил цыган, крепкий такой, с кудрями… Сначала наехал на Глеба, потом мне сказал: «Ещё раз увижу рядом с моей сестрой…».
Не успел он закончить, как девушка наконец-то догадалась, о ком речь.
– Да, я кажись, поняла, о чем вы толкуете… только я ему не сестра! – она растянула губы в загадочно-ироничной улыбке.
Друзья переглянулись.
– Как это не сестра?
– Да вот так! – Зора заторопилась. – Ищите в другом месте!
– Зора, погоди, может…
– Мне некогда!
Хабарова передернуло.
– Ты чего-нибудь понял?
– Да кто их разберет – черномазых! Правильно говорят, что с цыганами дел не водить лучше!
– До тебя это только сейчас донесли?
– Почему? Я давно это знал!
– Слушай, а ты не помнишь, он называл Зору по имени? – Кекс сыпал вопросами, наблюдая за реакцией друга. – Или он просто сказал, что она ему сестра? А может, мы чего перепутали?
– Вообще-то, ты с ним общался.
– И откуда он нас знает? Следит что ли???
– Конечно! Вон, у тебя сзади жучок! – съюморил Казанова.
Глеб сорвался с места, как подорванный и начал наворачивать круги вокруг блондина. Он с детства боялся насекомых, правда, Даниил имел в виду совсем другого «жучка».
– Где?! Где?! Какой такой жучок!!! Сними!
– Оу! Как все запущено! – блондин рассмеялся.
Лишь после этих слов до Хабарова дошло.
– Даня! Ах, ты… Да я тебя сейчас!
– Сначала догони! – Жданов рванул со скоростью торпеды. Однако, как выяснилось – зря, потому что Глеба надолго не хватило.
– Эх, ты! Вот видишь! А говоришь пацифист! – Даня вернулся шагом, восстанавливая дыхание.
– В смысле?
– В смысле, что бегать не умеешь, а драться не можешь! Хорошо, что я был рядом! А то закопал бы тебя тот всадник без башки!
– Драка – это не по мне! Ты у нас спец по этому делу! Уже который раз с разбитой рожей ходишь!
– Да, разве, пара царапок – это разбито? – усмехнулся в ответ голубоглазый. – Давно как-то, помню, на футболе… ещё в детстве я зацепился с одним придурком… вот тогда была жесть! Меня мама на руках в больницу таскала! У меня кровища хлестала почти отовсюду! Зато сразу лишился всех ненужных молочных зубов! Но с тех пор я терпеть не могу футболистов!
– Смотрите на него! Несколько лет мурыжил! Знаешь, сколько я вариантов себе придумал, почему ты не хочешь на футбол сходить?!
– На футбол бы я сходил с удовольствием! На футбол! А не на тот отстой, который почему-то игрой называют!
– Помалкивай уже, философ, блин!
Даниил полез за носовым платком и вдруг принялся судорожно шарить по всем остальным карманам. Выражение его лица изменилось резко. Глеб сразу понял, что друг снова чего-то потерял. С ним же всегда так. Никогда не уберет вовремя, а потом проблемы с поисками!
– Что на сей раз? – обыденно поинтересовался Хабаров.
– Блокнот.
– Ууу, какая ценность. Что в нем?
– Тебе не понять! – отмахнулся блондин. – Где ж я его оставить-то мог?
– В туалете, наверное…
– Нет, когда я выходил, то блокнот был при мне, я его даже бедром чувствовал, – Даня запустил руку в карман светлых брюк. – Дерьмо!
====== Глава 40. ======
После обеда время понеслось галопом, словно хорошо пришпоренный конь. Не успели оглянуться – до спектакля всего час. Постепенно университет стал наполняться гостями.
Боялись, что стульев будет много, но народ лишь прибывал, что свидетельствовало о полном наполнении актового зала.
Участники театрального фестиваля, приглашенные деятели культуры, пресса, политики и, конечно же, судьи, в число которых вошел сам Рамзан Каримович Бероев – новый мэр. Лучше или хуже прежнего – пока неизвестно. Факт его присутствия вносил некие споры о неподкупности судей. А уж когда узнали, что в постановке пьесы «Ромео и Джульетта» играет его сын, то общее мнение стало таковым, будто победа уже куплена.
Хабаров, Жданов, Крылова и Милехина стояли поодаль и ждали Лапинского разрешения сесть. Как и предполагали, их отрывок был поставлен последним, а значит, добрую половину выступлений они успеют посмотреть.
– Гляньте, мэрушка приперся со своими дубинами-охранничками! – Глеб скривил рожу, указывая на самого «важного» гостя.
– Этот баран ещё и главный судья! – Даня разочарованно покачал головой. – Других знатоков литературы и театра у нас, по-видимому, нет!
Бероева окружили журналисты с телевидения и газетчики. Защелкали фотокамеры и посыпались вопросы. На одном из кадров успел засветиться и Игнат, причем не один, а с повиснувшей на нём Камоловой.
Макар, видевший всё это, едва не задохнулся от ревности. Он держался в стороне от остальных, чем подтверждал сказанные им же слова: «Я сам по себе!»