Кармелита. Наследники: лёд и пламя
Шрифт:
– У нас будет ребёнок! – выкрикнула та, хлопая дверцей «Ауди».
– Теперь ты хочешь, чтобы мы поклонялись тебе, как спасителю, так?
Юрист наклонил голову, размышляя. Да. А почему бы и нет?
Правду говорил покойный Лекса: «В этом мире, в целом свете нет ничего слаще власти!» – тогда сын отца совсем не понял, но сейчас смысл этих слов словно стал целью отпрыска, ослепляя и дурманя.
– Назовем это элементарной благодарностью, – снисходительно кивнул мужчина. – Я же не требую невозможного… всего лишь одолжение.
– Ты продаешь своих людей в рабство Хабарову, это, по-твоему, «ничего невозможного»?! – Хитана отшатнулась.
Как давно они не трогали эту тему? Несколько месяцев. Молчать дольше было невыносимо.
– У Хабарова прекрасный бизнес! И ему нужны рабочие! Они же, извини меня, не просто так пахать будут! За деньги!
– Опять деньги! Ты себя слышишь?!
– А ты, дорогая моя, когда-нибудь задавалась вопросом, откуда у Миро столько коттеджей понастроено?! Кто их строил и почему те цыгане так шикарно жили? А?
– И откуда же? – осторожно спросила она.
– Назанимали! – бросил с презрением Лачо. – А я хочу, чтоб наши люди сами зарабатывали, понимаешь?! Чтоб не было разборок, как у Рамира со Ждановым!
«У нас будет ребёнок!» – фраза, сказанная на одном вдохе, по силе сокрушения равнялась резкому удару под дых. Саппоро отключился на мгновение от внешнего мира, слушая пульс в висках, отстукивающий нечеловеческие ритмы. В конце концов, он смог справиться с первым шоком, рванув за любовницей, явно не успевшей уйти далеко…
====== Глава 30. ======
– Ира, остановись! – Саппоро подбежал к девушке, сильно схватив за запястье, поволок обратно к машине. – Давай спокойно поговорим!
– Да не о чём нам больше говорить! – она вырывалась, плача. – Я так и знала, что нельзя идти у мужиков на поводу! Ты же мне карьеру обещал и деньги, а что я имею теперь?! Брюхо?!
Цыган вздохнул. Всё завертелось как-то само собой, без его непосредственного участия, можно сказать. Да, после того, как отец сел, а сам Лачо стал новым бароном, жизнь, будто надсмехаясь, преподнесла множество неприятных сюрпризов молодоженам.
Хитана была замкнута и молчалива несколько месяцев, а перед самым рождением Лёвы вообще чуть было не подала на развод, что, естественно, вызвало кучу вопросов и косых взглядов. Помнится, что Петро даже сказал: « А может, она не от тебя беременна вообще?»
Вот тут-то и понеслось: Лачо ушел в запой, дальше долго и упорно выходил оттуда, затем хотел уехать, бросив бизнес, а потом случайно попал на любительские скачки в компании Хабарова и его деловых партнеров…
Ирина Волынская – молоденькая начинающая наездница не могла не очаровать. Их «роман» длился полгода. Они общались по поводу карьеры, но только в начале, до тех пор, пока юрист окончательно не сорвался от обиды на жену. Переспав с новой пассией, Лачо решил, что эксперимент закончен; он оградил себя от звонков девушки и отказывался встречаться в неформальной обстановке.
Так как предварительно молодые люди подписали контракт, то каждый понимал, что обязательства выполнять придется.
Финальный заезд сезона, несомненно, был событием важным. На кон поставили все средства, что были недавно выручены после весьма удачной продажи рысака по кличке Серый.
Лачо всегда занимал место не на самом ипподроме, а на крыше беседки комментатора. Не просто так. Он, как спонсор, в первую очередь заботился об устранении конкурентов и обеспечении выигрыша.
Нет, само собой, на испытаниях обязательно присутствуют багги, но они лишь следят за тем, чтобы не нарушались правила.
Экипировка жокея далеко не самая комфортная из спортивных форм одежды. К тому же, во время бегов, особенно, на крутых поворотах и быстрых прямых, наездники нередко вообще не видят происходящего за спиной или сбоку…
Лошадям крепят ногавки – специальные приспособления, защищающие нижние части конечности животного.
Жокеи как ювелиры – не должны делать лишних движений, иначе потеряют управление копытным. Для того чтобы этого не случилось (особенно с начинающими ездоками), нужен человек, который будет «направлять или сопровождать» на протяжении соревнования. При этом вовсе не надо бежать рядом, просто есть такие приборчики, с односторонней связью, надевающиеся под шлем и выглядящие как микрофончики. Почти как в автомобильных гонках. Тот, кто будет сообщать наиболее безопасную и выгодную «траекторию», забирается повыше и наблюдает за тем, как его подопечные справляются с дистанцией, время от времени дает указания.
Подсев на тотализатор, Саппоро уже не мог остановиться. Азартные игры всегда затягивают очень быстро и прочно, а вот избавиться от зависимости почти невозможно. Наркомания своего рода.
Первые победы вдохновили цыгана и он, забыв, что фортуна не будет всегда поворачиваться к нему передом, швырял деньги направо и налево. И когда он рассчитывал на большой куш, прежде покорная и сговорчивая Ирина внезапно пошла в отказ, сетуя на то, что ей нездоровится! Бега они с позором проиграли, вылетев из тройки финалистов на последнем круге!
Впрочем, сейчас волновало совсем иное. Левый, совершенно случайный ребёнок, реально способный помешать всем планам на будущее – особая проблема для женатого и не желающего портить свою репутацию мужика.
– Что ты собираешься делать? – Лачо, нахмурившись, сверлил любовницу взглядом. – Я надеюсь, рожать в твои планы не входит?
Как же мужчины похожи.
– Входит, – Ира нервно улыбнулась. – Не мечтай, что я избавлю тебя от бремени в лице твоего, между прочим, чада! Будешь платить алименты как миленький, иначе женушка всё узнает!
– Сколько хочешь за то, чтобы исчезнуть раз и навсегда? – спросил он прямо и без иронии. – Называй сумму в пределах разумного…
– Вот когда насчитают алименты, тогда и поговорим, дорогой! – девушка пошла на принцип.
– Упрямая дрянь, – Саппоро сжал, а затем отпустил её руку. – Ничего, я найду способ заткнуть тебе рот! А сунешься к моей жене – убью.
На этом они разошлись, правда, ненадолго.
Ожидал ли мужчина от себя такой «прыти»? Если вспомнить его жизнь в общаге юрфака, то мечтательный и мягкотелый ботан Лачо Саппоро вряд ли мог рассчитывать на место под солнцем. А как же он попал в ВУЗ, когда завалил все экзамены, отвлекшись и позволив списать у себя наглому бугаю, с которым впоследствии их и поселили? Благодаря папе, точнее – деньгам папы.
Через год после неприятного разговора о будущем ребенке, когда юрист клятвенно пообещал не связываться с подобным бизнесом, Жданов предложил поучаствовать в областном конкурсе породистых дрессированных лошадей.
Табор переживал кризис и нуждался в спонсорской помощи, поэтому решили попытать счастья. Организатором оказалась та самая Ирина Волынская, теперь уже инвестор крупнейшего сельскохозяйственного банка.
Обида некогда беременной женщины на мужчину, бросившего её в самую трудную минуту, не проходит никогда, а со временем только усиливается. Лачо проклял тот день, когда по глупости трахнул бабу, которая стала его персональной головной болью гораздо раньше, чем он успел сообразить, что так и должно было быть!