Чтение онлайн

Под этими же любопытными взглядами Леонид ехал в лифте, они же проводил его до номера Каро.

Кажется, предложение Сергея Евгеньевича таит в себе некоторые подводные сложности.

Ладно, разберемся.

В номере Каролина первым делом разделась, убрала волосы наверх. В душ. В конце концов, гигиену никто не отменял, а они с Лу сразу после близости так и уснули, не сходив в душ.

Ну, не ждать же ей теперь его преданно у двери.

Надо что-то с этим делать. С этой потребностью в нем. Каро сердито намыливалась, выговаривая себе. Успела прочитать лекцию о том, что так нельзя. Кажется, голова встала на место. Встала же? Но ведь нельзя так. Вот так. Вот так зависеть от того, рядом другой человек или нет.

Когда она увидела Лу за дверью номера, у нее весь мир перевернулся. Сделал сальто и сузился до одного конкретного человека. И именно этим человеком Каро и жила последние несколько часов. Но сможет ли она так жить дальше? Сможет?!

Ей вдруг вспомнилось это ощущение перед тем, как заснула. Что Лу — словно огромная батарейка. И как с ним стало, наконец, тепло. И как без него было холодно.

Что ей теперь делать со всем этим?! А без него она сможет?!

Стук в дверь номера она расслышала даже сквозь шум воды. Пока смывала гель для душа, пока выключала воду, пока спешно заматывалась в полотенце — стук превратился в барабанную дробь.

Он быстро шагнул через порог, плюхнул на пол рюкзак. Все повторялось. И ей так же, как несколько назад, снова остро захотелось броситься к нему, прижаться, поверить, что вернулся. Что вернулся насовсем. Навсегда.

Взгляд Лу цепко прошелся по ней.

— А… Вот почему не открывала. Я уж думал…

— Я была в душе, — зачем-то объяснила Каро очевидное.

— В душ — и без меня?

— Нет, только не ты… — простонала Каро. — Для всех этих тупых подкатов ты слишком взрослый!

— Я не взрослый. Я голодный, — он в одно движение притянул Каро к себе. — Слушай, раз уж мы все равно не спим…

— А о чем вы говорили с Гвоздем? — выдохнула Каро сразу вслед за тем, как упало на пол полотенце.

— С кем?

— С Сергеем Евгеньевичем. С нашим тренером.

— А почему он… А, понял. Давай завтра об этом поговорим. Пойдем меня мыть.

— И все?

— Меня мыть, тебя любить. Все по-честному.

Каро на какое-то время замерла в его руках, а потом сама прижалась. Что с этим делать — она поймет когда-нибудь потом. А сейчас есть что-то внутри, что сильнее всех ее привычных рассуждений. И она не может этому сопротивляться. Каро всхлипнула, обнимая крепче за мощную шею. Сдаваясь. Признавая очевидное, то, что он и так наверняка понял.

— Я так по тебе скучала…

— Я тоже.

Им о многом надо поговорить. Ему надо о многом еще подумать, и подобрать много правильных и точных слов. Но когда Каро обнимает его за шею и шепчет: «Я так по тебе скучала», то ты, во-первых, весь вспыхиваешь от счастья. Там, внутри. А во-вторых — промолчать нельзя. Неправильно.

И это только часть правды. Соскучился — только часть правды. А вторая половина называется: «Не отпущу». Ты сказала: «Мой». Твой. Но в эту игру играют вдвоем.

Здесь и сейчас — только так. А детали — детали никуда не денутся.

И он спиной открыл дверь ванной комнаты, не выпуская Каро из рук.

Шведский стол в ресторане был богатый, а аппетит с утра — зверский.

— Каро, мне надо еще кое о чем поговорить с вашим тренером.

Она кивнула. Деланно равнодушно. На самом деле, конечно, с напряжением, которое пыталась спрятать, но его очень хорошо видно.

— Я пойду к девчонкам.

Лу обернулся. Два стола с волейболистками дружно уткнулись в свои тарелки.

— Говорил с Палычем с утра, — Сергей Евгеньевич, который, как выяснилось, «Гвоздь», приступил к разговору с места в карьер, сразу после короткого кивка и рукопожатия. Есть при этом не переставал. — Короче, его прооперировали ночью.

— Успешно? — перебил тренера Лу. За судьбу врача команды — на данный момент с временной приставкой «экс-», видимо, Леонид чувствовал какую-то странную ответственность. Пополам с раздражением. Это как можно было себя до такого состояния довести, чтобы тебя с кровотечением по скорой увезли?

— Живой, — с легким недоумением ответил Гвоздев. — Говорить и писать в телефон может. Я тебе его номер дам, он тебе всю вводную выдаст. Сейчас поедим, поднимемся к нему в номер, там все медкарты на девок наших, но и там еще что нужное — сумка и… А, вот и Толик.

Толик подошел, поставил на стол поднос с едой. Заставлено там было плотно. Непонятно, куда вся эта еда в тщедушного Толика влезает.

— Толя Зырянов — Леонид Кароль. Ничего же в имени не перепутал?

— Нет, — Леонид встал для рукопожатия.

— Кароль будет пока вместо Палыча, — Гвоздев все делал, похоже, быстро, без раскачки. — А Толик — массажист команды.

Леонид неосознанно сжал пальцы, не выпуская руку Толика, опустил взгляд. Да что это за массажист с такими руками? Да еще и Толик? Нормального массажиста Толиком не назовут. Толик, между прочим, тоже опустил взгляд, точно так же глядя на руки Леонида.

Наконец, мужчины разжали руки и сели за стол.

— Это хорошо, что у нас есть замена Палычу. Как он так… — Толик шумно хлебнул кофе. — А это, значит, тебя наши девки обсуждают так, что аж уши дымятся?

Лу не успел ответить.

— У них сейчас другое место дымится будет, — проворчал Гвоздев. — Так, давайте доедайте, и пошли в номер, там и договорим. А потом мне надо на тренировку, — вздохнул, покосился на столик у окна, где завтракала Каро в компании еще трех девушек. — Только бы Пушка была сегодня в форме.

После этого посмотрел он почему-то на Леонида.

Вот что Сергей Евгеньевич умел, и умел виртуозно — это нагружать всех вокруг работой. Для тренера — важное качество, безусловно.

Толик был уже услан с каким-то поручением, а сам Гвоздев в номере врача передавал из рук в руки Леониду медицинскую документацию, походную сумку.

— Палыч минимум на три недели выпал. Так что раньше чем через три недели тебя не отпущу. — Леонид лишь кивнул. — Дам тебе номер Плюшки…

— Это кто? — будто Толику ему мало. Лу еще и в одном номере с ним жить, похоже, придется. Или все же с Каро? Голова все-таки шла кругом.

— Полинка, менеджер наш. Утрясешь с ней все детали по билетам, гостиницам и так далее. Я ей команду дам.