Чтение онлайн

— Лавидия сказала, что он был вовлечен в спор. По-видимому, в трактире. Одному из сельских жителей не понравилось то, что Лионель рисовал девушек и избил его. Несколькими днями позже Лионель ослеп. Я еще успел посетить их обоих незадолго до происшествия, которое не пошло ему на пользу. А потом доведенная до отчаяния Лавидия, написала мне письмо, в котором умоляла меня вернуться и помочь ей. Она действительно заботилась о своем брате.

«Любой художник лишился бы разума, если бы больше не смог видеть».

— Когда я прибыл, — мрачно закончил Дэвид, — Лионель был уже мертв.

Далее он сообщил, что позаботился о том, чтобы Лавидия поднялась на корабль, который отправлялся в Англию как компаньонка одной дамы, которая не хотела путешествовать без сопровождения. Она больше не могла оставаться в Италии. Девушка настояла на том, чтобы забрать с собой произведения Лионеля, так же, как и свои собственные.

Ее собственные произведения… Эверетт вспомнил, что он видел различие между картинами. Но, естественно, мужчина не предполагал, что часть картин, стиль которых он знал, были произведениями Лионеля, а другие оказались написаны Лавидией. Она нарисовала картину с пляжем! Теперь мужчина был в этом уверен. Раньше она тоже рисовала, маркиз и об этом знал тоже. Но она никогда никому не показывала картины, кроме своего брата.

На город опустилась ночь, когда Эверетт, наконец-то, ступил в переулок Литл Фриманс ярд. Вскоре он уже стучал в дверь Лавидии.

Ему открыла неопрятная женщина, которую он никогда раньше не видел. На его вопрос, где мисс Тракерн, она ответила:

— Переехала. В другой город. Слышала, что у нее теперь есть парень. Она уже была с ним какое-то время. Сейчас здесь живу я, — она выпятила для него свою грудь. — Все в порядке? Хочешь меня?

Мужчина от услуг вежливо отказался. Ему было холодно. Естественно, он хотел, чтобы Лавидия нашла себе квартиру получше и в менее опасном районе. Но он был уверен, что найдет ее здесь! Что ему теперь делать?

Так как у него не было идей, куда могла пойти Лавидия, он решил провести ночь в своем доме в Гроновер и на следующее утро возобновить ее поиски.

Мгновение Эверетт пристально смотрел на свой дом. Свет нигде не горел. Почему? Должно быть, Лавидия закончила работать над фресками несколько часов назад. И слуги, которые не ожидали его возвращения, наверное, легли спать пораньше. По меньшей мере, сейчас ему придется разбудить дворецкого — Херли. Возможно ему, Лавидия оставила свой новый адрес.

Мужчина ударил по двери дверным молотком.

Немного погодя, сонный Херли с опаской приоткрыл дверь.

— Кто… — мужчина запнулся. — О, это вы, милорд.

Эверетт протиснулся мимо него в холл.

— Вы хотите остаться на ночь, милорд?

Действительно, маркиз и забыл, что предупредил слугу, что вернется в дом только тогда, когда закончатся малярные работы. И поэтому планировал ночевать в холостяцкой квартире, даже если будет навещать свою тетушку, которая жила за городом. И снова возвращаться туда же. Потому что не хотел возвращаться в Лондон, если только Херли не сообщит ему, что картины готовы.

Черт, если он не собирался ехать в гостиницу, тогда ему не оставалось ничего другого, как переночевать здесь!

— Да, — решился Эверетт, — я останусь.

Дворецкий пробурчал что-то неразборчивое, а затем добавил:

— Кто-нибудь должен застелить вам постель. В одной из комнат для гостей. В вашей спальне в данный момент жить нельзя. Повсюду стоят цветы и… — он посмотрел на своего хозяина укоризненным взглядом. — Миссис Херли считает, что эти картины нужно спрятать, прежде чем привести в комнату кого-то уважаемого. Ее почти хватил удар, когда она впервые увидела их… эту грешную халтуру.

Эверетт вступил в спальню и нашел очаровательными свои сны и фантазии в картинах на стенах.

Там был Бог Аполлон, перед которым стояла нимфа на носочках и тянула к нему руки, чтобы поцеловать его. Женщина мечтала прикоснуться к нему губами. Сколько тоски, сколько страсти выражал мотив!

«И у Бога мое лицо», — подумал Эверетт, — «почему я не заметил этого раньше?»

Какой восторг выражало его лицо на картине, на которой нимфа стояла перед ним на коленях, чтобы сделать его счастливым… скрытая за покрывалом своих золотисто-рыжих локонов… поцелуем Венеры!

Затем следующая картина. Ах, этот сладкий момент преданности и успокоения! Лавидия, тесно прижатая к своему возлюбленному. Он и она — две половинки единого целого, соединенные одной любовной игрой.

И, наконец, последний мотив. Спящая Лавидия, прижавшаяся к нему, укрытая в его руках. Навсегда.

Она запечатлела свои мечты на его стенах. Те сны, которые посещали его ночью. И, в конце концов, она также нарисовала еще одну мечту, о которой он до сих пор не решался грезить: мечту о постоянном счастье.

Позади него кто-то вздохнул, и мужчина обернулся.

Она была там. Заспанная, со спутанными волосами и испуганными глазами, она сидела на его кровати.

— Должно быть, я заснула, — ее голос прозвучал хрипло, но у девушки был такой соблазнительный вид, что по его спине пробежали мурашки.

«Какого это будет, проснуться завтра рядом с Лавидией… рядом с ее мягким, теплым телом?»

В ее золотисто-карих глазах отражалась неуверенность, а также любовь и желание.

— Почему вы здесь? — поинтересовалась она.

— Потому что Дэвид Уинслоу рассказал мне, что Лионель умер, — это все что он знал. Внутри мужчины бушевала дикая неразбериха из чувств. Что конкретно он сейчас испытывал, маркиз даже описать не сумел бы. Казалось, что тот факт, что она утаила о смерти своего брата, разрывал его. — Почему ты обманула меня?

В ее глазах заблестели слезы.

— Я не могла говорить об этом. Я чувствую себя такой виноватой. Я…

Несколькими шагами Эверетт преодолел расстояние между ними и обнял Лавидию.

— Проклятье, — воскликнул он, — это была не твоя ошибка! Ты не могла это предотвратить! — он притянул девушку к себе так, чтобы ее голова прижалась к его груди, прямо поверх сердца. Кое-что из того, что произошло, маркиз узнал от Дэвида. Но по какой-то причине, он должен был услышать это из уст Лавидии.

Девушка едва не давилась воздухом.

— Мне не следовало оставлять его одного, — вымученно прошептала она, — он хотел на пляж. И я отвела его туда. Но когда он попросил меня принести что-нибудь попить… я оставила его сидящим на песке, где он был в безопасности, и пошла назад в нашу квартиру, чтобы принести ему чего-нибудь.