Чтение онлайн

И правда, я что, пялиться сюда шел?.. Сейчас ведь опять по морде схлопочу - за недостойное разглядывание… Я прокашлялся и церемонно опустился перед кнесной на одно колено. Она удивленно моргнула:

– Что…

– Тс-с!- заговорщицким шепотом перебил я.- Госпожа де Шасвар! Первая попытка произвести на вас впечатление не удалась, но я настойчивый. Не окажете ли честь…

‘Стать моей женой?’- издевательски хохотнул внутренний голос. Я едва успел прикусить язык. И, подумав, молча протянул недоумевающей девушке сложенные лодочкой ладони. В них, матово поблескивая атласными лентами, лежали мягкие кожаные туфельки. Я такие на одной танцовщице в Эгесе видел, во время выступления. Понятно, что в них особо по лесу не походишь, но на один-то танец хватить должно?

– О!- сказала кнесна. И захлопала длинными ресницами. По ее щекам опять разлился румянец.

– С размером не угадал, да?..

– Угадали…- невнятно пробормотала она, кончиком пальца коснувшись атласной ленты.- Но откуда? Здесь же не носят и…

– Я же сказал - я настойчивый,- подмигнув дочери Великого кнеса, я со значением изогнул бровь:- И очень расстроюсь, если вы не согласитесь дать мне еще один шанс.

– Капрал Иассир,- зеленые глаза взглянули на меня уже с откровенным испугом,- вы с ума сошли? Какой шанс? О чем вы говорите?..

– О танце, разумеется,- ухмыльнулся я.- После недавней бодрящей пощечины ни о чем другом я даже не заикаюсь… Удар у вас, кстати, хорошо поставлен. Это комплимент, если что.

Матильда снова моргнула. Потом посмотрела мне в лицо и с подозрением прищурилась:

– Вы смеетесь надо мной, да?..

– И в мыслях не было… Так я смею надеяться? Или катиться в произвольном направлении?..

– Капрал!- она, не сдержавшись, фыркнула:- Ну что вы за человек? Я совершенно не могу понять, когда вы говорите серьезно, а когда… Зачем вы туфли убираете?!

– Мне показалось, вам они не понравились.

– Я таких никогда не носила,- кнесна, отряхнув стопы от приставших иголок, сунула их в туфельки. Затянула ленты на щиколотках, осторожно опустила ноги на землю - и расплылась в блаженной улыбке:- Такие мягкие!.. И как по мне шили…

– Замечательно,- я легко поднялся с колен и, отвесив зардевшейся девушке очередной полагающийся поклон, протянул ей ладонь:- Прошу вас…

За спиной, повинуясь жесту моей правой руки, нежно запела свирель. К ней присоединилась тонкоголосая флейта. Потом подключились скрипки. Глава ‘оркестра’, хоть и жмот был несусветный, дело свое знал.

– Осенний Вальс?!
– кнесна ушам своим не поверила.- Здесь?!

Я, спрятав улыбку, пожал плечами:

– В жизни нет ничего невозможного. Ну так что, госпожа? Рискнем еще раз?.. Может, мое воспитание и оставляет желать лучшего, но по части танцев меня еще никто не упрекал!

– Вы сама скромность, господин офицер,- фыркнула она. Но руку, тем не менее, навстречу протянула. Я ухмыльнулся:

– Что есть, то есть…

Праздник грозил затянуться до утра. Кажется, давно перевалило заполночь, а разошедшиеся не на шутку агуане всё плясали и плясали. Я так понимаю, наш пока безымянный питомец оказал им не просто большую, а прямо-таки огромную услугу, прикончив химеру…

Слева от площади, почти скрытый за пышными кустами, изгибался над нешироким ручьем каменный мостик. Со всех сторон его оплетали гибкие стебли ползучих роз. Мы с кнесной, восстановив свое реноме в глазах благодарных зрителей, сбежали сюда полчаса назад - и сейчас сидели рядышком на гладких перилах, болтая ногами. Несмотря на позднее время, спать не хотелось. Танцевать, впрочем, тоже - за прошедший час мы исполнили весь бальный репертуар (а вальс - так вообще три раза на ‘бис’), и порядком выбились из сил. Обжористый иглонос храпел тут же, за нашими спинами, прикрыв лапой морду.

– И все-таки,- Матильда, сорвав с ветки розовый бутон, посмотрела на меня:- где вы взяли эти туфли, капрал?

– Сшил.

– Сам?!

– Да нет, на заказ,- я весело хмыкнул:- Я, конечно, кладезь достоинств, но уж скорняк из меня точно никакой!

Я потянулся и отогнул чуть в сторону разлапистую ветку:

– Вон, видите ту старую агуанку, в зеленом платке? Она в центре круга пляшет.

– Вижу.

– Ее работа. Я только эскиз набросал. По памяти…

Помолчали. Кнесна, потеребив в пальцах благоухающий цветок, улыбнулась:

– Спасибо. Это был чудный вечер… А где вы научились так вальсировать? Я, признаться, до сих пор под впечатлением!

– Приятно слышать,- я усмехнулся.- Просто мой учитель фехтования в прошлом был весьма неплохим танцором. Он утверждал, что у меня отменное чувство ритма… Ну и дал дюжину-другую уроков. Так сказать, вспомнил молодость. Хорошо, отец об этом так и не узнал.

– Хорошо?- она наморщила лоб.- Почему?

– Генерал Ференци считает, что воину эти ‘глупые кривлянья’ без надобности. Может, и так, не знаю… А мне нравится!

– Генерал Ференци?.. Ференци Шандор?- Матильда захлопала глазами:- Он ваш отец?!

Я нехотя кивнул.

– Не знала, что у него есть дети. Я думала, он и женат-то никогда не был…

– Может, и не был,- выдавил я, глядя в землю.- Он мне про мать ничего не рассказывал. Надеюсь, вы не погубите свою репутацию окончательно, якшаясь с бастардами?..

Получилось несколько ехидно. Но кнесна де Шасвар на мой тон не обратила никакого внимания. Она, кажется, и слово ‘бастард’-то не расслышала.

– Ничего не понимаю!- после паузы сказала девушка.- Генерал Ференци - старый друг и сослуживец моего отца. Он часто бывал у нас дома… Почему же я вас там ни разу не видела?

– И не увидите. Для всех я - всего лишь воспитанник нашего доблестного генерала. Может, кто и догадывается, конечно… Но во всеуслышанье назвать полукровку сыном, да еще и таскать с собой по светским раутам - это уж слишком. В свете нынешней политической ситуации!

– И вас это устраивает?..- с недоверием спросила она. Я пожал плечами:

– А почему нет? Мне нравится моя служба. А что до балов и тому подобного - так мест для танцев в Эгесе и так предостаточно!..

– Я же не о вальсах. Ваш отец… он…

– Он меня вырастил и дал образование,- сухо отозвался я.- Большего я от него требовать не могу. Не желает официально признать меня своим сыном - да и пес с ним!.. Какая разница? Это его личное дело…

Я поморщился. Матильда, кажется, приняла это на свой счет - она смутилась, опустила глаза и сказала официальным тоном: