Чтение онлайн

Она посмотрела на него.

– Ты выглядишь усталым, любимый, – сказала она.

Ему захотелось повернуть коляску прочь от ее испытующего взгляда.

– Совсем нет, – сказал он, хотя чувствовал сильную усталость. Он чувствовал себя таким усталым, как ни разу в жизни.

Когда он лег в постель, близилась полночь. Он смотрел на Клэр, расчесывавшую волосы перед зеркалом.

– Ты – очень красива, – сказал он. – Я думаю, что давно тебе этого не говорил.

Она улыбнулась ему в зеркале.

– Спасибо.

– Не могли бы мы поговорить? – спросил он. Она перестала расчесывать волосы, и ее улыбка сменилась беспокойством.

– О чем?

– Может быть, в постели? – Он погладил матрас, и она кивнула. Он предпочитал разговаривать с ней здесь. Постель – единственное место, где он по-настоящему мог обнять ее.

Она забралась в постель рядом с ним, выключив лампу на ночном столике. Он мог ощущать запах ее крема для кожи, и он был такой знакомый и успокаивающий. Он обнял ее – руки коснулись обнаженной кожи – и так крепко прижал к себе, насколько ему позволяла сила. Глубоко вздохнув, он не мог придумать, как начать. Что он скажет? За двадцать лет он ни разу не почувствовал, что ему что-то угрожало. Он знал, что она чувствует его страдания, потому что она тоже обняла его крепко, сильно прижавшись щекой к его плечу.

– Я люблю тебя, Матиас, – сказала она.

– Мне нужно было это услышать, – ответил он. Она приподнялась на локте.

– У тебя возникли сомнения?

Укладывая ее голову снова к себе на плечо, он сказал:

– Позволь мне сказать, хорошо?

Она кивнула, ее волосы мягко коснулись его подбородка.

– Со мной происходит… что-то странное.

Ее голова резко приподнялась, и он ощутил ее тревогу. Она подумала, что он имеет в виду свое здоровье.

– В эмоциональном плане, – добавил он быстро. – Я чувствую… Я думаю, что слишком завишу от тебя.

– Ты с ума сошел. – Она опять положила голову ему на плечо. – Совершенно нормально для двоих зависеть друг от друга. Разве не так мы всегда говорим семейным парам на консультациях?

– Но я слишком завишу от тебя. Я не знаю, как справлюсь, если с тобой что-нибудь случится.

Она вздохнула.

– Во-первых, со мной ничего не случится. Во-вторых, ты объехал весь свет. Я видела, как ты делаешь такое, что и здоровому не под силу. Она не понимала.

– Все дело в Рэнди. – Слова вырвались у него слишком громко. Напряженная пауза.

– Что такое с Рэнди? – наконец спросила она.

– Он такой замечательный. Похоже, что он обманывает меня или… – Это была неправда. Он ни на минуту не сомневался в искренности Рэнди Донована. Он застонал от своей неспособности выразить, что имел в виду. – Послушай, когда я увидел его рядом с тобой и как он положил тебе на спину руку и болтал о том, как кормил тебя обедом, мне захотелось так его стукнуть, чтобы его проклятые глаза закрылись.

Он ожидал, что она засмеется. Вместо этого полная тишина. Он не ощущал даже ее дыхания.

– Ты чересчур обращаешь на это внимание, – наконец сказала она. – Ты говоришь так, как будто боишься, что у меня с ним интрижка или что-то в этом роде.

– Не уверен… – Он с трудом сглотнул. – Возможно.

– Боже, Джон, неужели ты меня не знаешь?

– Ну, по правде говоря, сейчас не знаю. Он, кажется, заинтересовался тобой, и я думаю, ты дала ему повод. Может быть, сама того не осознавая. Ты смотрела на него такими зелеными глазами, какие бывают у тебя только в постели и…

Она села, прижимая к груди подушку.

– Я не верю своим ушам, – произнесла она… – Джон, я люблю тебя. Ты – мой муж, а Рэнди – просто друг. Только и всего.

– Хорошо, – сказал он поспешно, касаясь ее руки. Она права. Он перешел всякие рамки.

Клэр погладила пальцами его грудь.

– Ты понимаешь, что был смешон, не так ли? – спросила она.

– Полагаю, что да.

– Джон. – Она почти застонала. – Ты говоришь, что не доверяешь мне. После двадцати лет совместной жизни как ты можешь говорить такое?

– Я верю тебе. Единственное, чему я не доверяю… я не знаю. Дожив до сорока лет, я полагаю, мы с тобой видели, как это бывает, и это бывает слишком часто. Всякий вздор в середине жизни. Он коснулся и тебя. От этого разваливаются самые крепкие браки, не успев разобраться, что к чему.

– Однако с нами этого не произойдет. Выкинь из головы этот бред.

Она снова легла рядом. Этот разговор не принес ему удовлетворения, но он не знал, как вернуться к нему. Через минуту она заговорила снова.

– Раз так, я больше не стану с ним встречаться. Если это тебя так задевает.

Он вздохнул.

– Я не этого хотел. – Конечно, этого, но он понимал, что неправильно было бы ставить ей условия и требовать. – Если ты говоришь, что он друг, тогда – он друг, и ничего больше. Я согласен.

Она снова приподнялась на локте, а потом наклонила голову, чтобы поцеловать его, и ее волосы упали ему на грудь. Улыбаясь, она сказала:

– Эй, Матиас, не мучайся из-за того, чего никогда не было. Мы с тобой переживем эту середину жизни так же, как пережили все остальное. Понимаешь?

Он кивнул и поцеловал ее, и она снова угнездилась в его объятиях. Через несколько минут ее дыхание стало глубоким и спокойным. А он не мог разомкнуть рук, и не разомкнет, даже если ей и будет неудобно. Даже несмотря на то, что временами он ощущал – ее тело становилось чужим.

Сиэтл

– Паттерсон – удивительный, Ванесса. – Терри Руз говорила с большим напором, чем когда-либо, но она не могла разделить с ней этого энтузиазма.

– Ну, продолжай, – сказала она в трубку телефона в своем кабинете. – Расскажи мне, что он сказал.

Прошло больше недели с ее попытки позвонить Уолтеру Паттерсону в офис, и с этого времени у нее было два приступа мигрени, ее мучили бесчисленные живые ночные кошмары, и желудок стал таким слабым, что она просто перестала пытаться есть что-нибудь другое, кроме супа. Она позвонила Терри в пятницу, чтобы попросить, не сможет ли она предпринять первый контакт с Паттерсоном, невнятно попросив прощения и сославшись на сильную занятость. Как будто у Терри было больше времени, чем у нее. Тем не менее Терри согласилась без всяких возражений. Теперь Ванесса выслушивала отчет о ее звонке.

– У него так много идей в защиту жертв, – сказала Терри. – И он уже спонсирует какую-то программу, которую назвал «Помощь взрослым, которые были подвергнуты насилию в детстве». Он согласился, что никогда не думал о специальной программе для подростков. Он за то, чтобы внести необходимые расходы, но говорил, что это будет трудно отстоять в парламенте, поэтому, – Терри остановилась, чтобы перевести дыхание, – нам нужно приступать к работе. Я рассказала ему о нашей сети, и он думает, что, возможно, у нас получится. Нам нужно завалить его статистическими данными, показывающими необходимость подростковой программы. И учти: в мае планируется слушание на Капитолийском холме дел женщин, которые в детстве подвергались физическому насилию, с целью чтобы найти финансирование этому проекту. Он говорит, что мы можем воспользоваться удобным случаем и извлечь для себя пользу из этого слушания.