«Касалась Муза щёк моих…»
Шрифт:
Вела к вершинам бытия,
Любовь незримая летала, –
И вместе с ней летал и я.
Чужая женщина на Кипре,
Чужое счастье на свету,
Сверчки так пели, что охрипли,
В восторге славя красоту.
За горы солнце закатилось,
Печаль спустилась к нам с небес;
Чужая женщина простилась,
И фантастичный день исчез.
Пастораль
…И в предрассветные минуты,
Наедине с самим собою
Смотрю в безоблачное небо;
Мальчишку вижу, к водопою
Табун он гонит лошадей.
Воды речной и чистой брызги,
Ту шелковистость конской гривы
Я вспоминаю сквозь года.
Над лесом солнце загоралось,
Тот мир безоблачный, игривый
Ушёл навеки в никуда.
…Село проснулось, мир проснулся,
Улыбкой небо озарилось,
В нём счастье тихое играет…
О Боже мой, яви же милость,
Хоть на секундочку верни,
Верни меня в тот край рассветный,
Где пахло утренней росою,
Где я был юным и безгрешным,
Где солнце споро к водопою
Бежало вслед за табуном.
Ветер пахнет солью,
Горькой да прегорькой;
Море пахнет болью,
Сладко-острой, колкой;
Горы пахнут небом –
Тайной сокровенной;
Дом твой пахнет хлебом –
Счастьем незабвенным;
Нежностью печали,
Страстью урагана,
Глупостью морали,
Гладью океана,
Светом во Вселенной,
Утренней росою,
Вспышкою мгновенной, –
Пахнет мир тобою.
Прилетают птицы-рифмы
К светозарному поэту;
На Олимпе пляшут нимфы,
Ночь взрывается рассветом…
Пью водицу из колодца,
Что рифмую – всё поётся.
Дождь по лужам припустил… (полудетское)
Дом Апельсинника
Оранжевая крыша
И два больших окна…
Пригорок солнцем выжжен,
Чернильная стена;
По жёлтому пригорку,
О камни спотыкаясь,
Бежит от моря домик,
Над пальмами летает
Бескрылый добрый гномик,
А небо голубое,
А море сине-сине;
Я слышу шум прибоя;
Кричу я: «Апельсинник,
Я знаю, где твой дом!»
В зелёной пирамиде,
Воздушно-безобиден,
Скрывается мой гном.
Далёкий остров южный
Мне снится по ночам,
В краю морозно-вьюжном
Я верю чудесам.
Туда, где парус белый,
Где море сине-сине,
Где не гуляет грусть,
Туда, где гномик смелый,
Весёлый Апельсинник,
Однажды я вернусь.
Дождик
Уронили мишку на пол,
Оторвали мишке лапу.
Всё равно его не брошу,
Потому что он хороший.
Дождь по лужам припустил,
Барабанит из всех сил;
Пузырится страшно лужа,
Рядом с лужей пёсик кружит.
Он и лает, и рычит,
Лезть мне в лужу не велит;
Но играться в ней не брошу, –
Дождик тёплый и хороший.
Брызги до неба летят,
Жаль, что нет со мной ребят;
Петю мама не пустила,
Оле бабка запретила,
Дора смотрит из окна,
Ведь наказана она.
Но со мной дружок мой пёсик,
Он играть со мной не бросит.
Дождь куда-то убежал,
Интерес к игре пропал,
Я бегу к подъезду первый,
А за мною друг мой верный.
Мама трёпку нам задаст, –
Я промок не в первый раз;
Друга я в беде не брошу,
Потому что он хороший.
Чудо в парке
Пузыри пускали, мыльные, цветные,
Доставляя в парке радость детворе;
Прибежал к нам пони, розоватый пони,
Соскочив с картинки в синем букваре.
И сказал вдруг пони:
«Дяденька-кудесник,
Можно мне немножко с вами поиграть?»
В летнем парке люди наблюдали чудо –
Пони научился пузыри пускать.
Пузыри летали, дети веселились,
И на задних ножках пони танцевал.
Солнышко смеялось, лужицы светились,
Побывал я в детстве – пузыри пускал.
Настроение
Лодка-тучка в сини нежной
Высоко плывёт, неспешно,
На мгновенье в безмятежном
Мире, чистом и безгрешном,
Оказался я с утра…
На урок опять пора.
Фёдор Михалыч
(монолог мамы Александры)
А. П.
В сапогах резиновых,
В брюках парусиновых,
По морю мужчина,
Полтора аршина,
Шёл себе и шёл…
Рядом плыло брёвнышко,
Улыбалось солнышко:
«Будет моряком!»
Отражаясь в лужице,
Небо с солнцем кружится
Над моим мужчиной.
Нет у вас причины,
Нет причины, нет,
Не поверить важному
Смелому-отважному
Фёдору Михалычу,
Ведь он в парке давеча
Лужу окаянную –
Море разливанное
Взял и покорил.
Шесть годков ему от роду,
Но морской малец породы.
Мишка
М. Р.
У меня есть друг хороший,
Подарю ему калоши,
Будет Мишка вечерами
В них по улице гулять,
Будет друга вспоминать…
Скажет папе, скажет маме:
«Дядя Саша – друг хороший, –
Отдал мне свои калоши,
Все калоши без остатка,
Сам остался без калош…»