Кассиопея
Шрифт:
– Ты полагаешь это было смешно? – начал он, заняв парту сбоку от меня.
– Вполне.
– Ты не думаешь, что это приведет тебя к определенным последствиям? – голос Марка был сдержанным и полон высокомерия.
– Ты что, крестный отец? Не неси бред. – я решила, что на этом разговор окончен. Если этот придурок ожидает от меня извинений, то зря. Я поднялась со стула, но мигом приземляюсь назад. Марк буквально всем телом преградил мне дорогу. Он поставил руки на соседние парты так, что путь мне был полностью отрезан.
– Какой он большой, – отмечаю про себя я. У него довольно прокаченные плечи для своего возраста, поэтому кроме него мне было и вовсе ничего не увидеть. Его лицо наклоняется к моему так близко, что спиной я начинаю чувствовать, как в меня врезается подоконник. Снова эти глаза берут меня врасплох. Что с ними не так. Видя их настолько близко, я цепенею. Начинаю терять мысли в голове и забываю причину такого близкого контакта.
– Ты зря думаешь, что такое может сойти с рук. – его слова были произнесены спокойно, практически шепотом. Но этого было мне достаточно чтобы они обожгли мне лицо. В голове сейчас лишь его голос и бешеный стук моего сердца.
Я отрываю наконец взгляд от его губ и снова встречаюсь с этим холодным взглядом с контрастными вкраплениями.
– Хочешь действительно знать, что я думаю? – никак нельзя дать ему понять, что я в растерянности от такой близости. – Такие как вы, подобны конфетам в красивых фантиках. Вы ослепляете всех, шуршите брендами и крутыми машинами. Только вот сними с вас эти фантики, останется обычная для всех конфета, к которой теряешь интерес уже через минуту или вообще раскусываешь на мельчайшие кусочки. – Было заметно, что Марк не ожидал от меня такого напора, но продолжал держаться ко мне впритык.
– И с чего ты взяла, что я буду тебе по зубам?
– А чего ты взял, что ты мне вообще интересен? – сама того не осознавая, я встала на ноги, принимая его вызов. Он все равно больше чем на голову выше меня, но наши лица не стали дальше от друг друга. Со стороны это наверно выглядело как битва взглядов, которая становилась мне более невыносима, от чего я начала терять контроль. – Вам никто не дает права так обращаться с другими! Насмехаться. Превращать нас в центр всеобщего издевательства! – я резко остановилась. Мой голос стал уже выше. Нельзя срываться. Я не доставлю ему такой радости.
– Пока ты не устроила эту ерунду в кафе, до тебя не было никому и дела. Но теперь, я стану к тебе куда внимательнее. Поверь. Тебе стоить быть предельно аккуратной. – он выпрямился в полный рост, что придало ему более угрожающий вид. Его острые скулы, слегка прищуренный взгляд и ехидная улыбка одновременно настораживали и завораживали.
Я понимаю, что вызов брошен. Грудь вот-вот выпрыгнет от такого частого дыхания. Но взгляд я не за что не опущу. Я выдержу, иначе просто это буду не я.
– Советую поговорить с Ким. Думаю, она тебе объяснит, что не следует попадать в поле зрения Марка Шедра.
– Марк Шедр… Неужели… – мои мысли стали затуманиваться.
– Что? Уже наслышана. Впредь это имя будет всегда у тебя на губах.
Я заметила, как Марк остановил свой взгляд на моем открытом рте, но слова вылетели из моего лексикона. Ступор. Оцепенение. Поражение. Вызов.
6.
Я совершенно не спала этой ночью. В глазах словно килограмм песка, они щиплют и болят. День только начался, но у меня совершенно нет сил. Единственное, что крутилось у меня в голове – это Марк Шедр. Как можно было не понять, что это именно он. Тот из-за кого я поступила в эту проклятую школу. Мне нужно теперь куда больше терпения, чем я ожидала.
Всю дорогу до школы мне трудно было слушать что говорила мама. Я вышла из машины и только через пару минут поняла, что даже не попрощалась с ней. У входа в школу мы встретились с Ким.
– Что вчера было? Он тебя обидел? Наверно не следовало мне тебя оставлять с ним. – Ким. Отдышись. Все нормально. – я видела, что она не на шутку распереживалась из-за меня. Чувствую, что мне стало даже жаль ее. – Марк Шедр не тот человек, который способен меня серьезно обидеть. Мне кажется все накидывают на его персону слишком много пуха, а он этим пользуется.
– Касс. Пару лет назад из-за него одна девочка перевелась в другую школу. – Ким говорила тихо и постоянно оглядывалась, будто другие могут нас подслушать. – Никто не знает что там произошло конечно, но говорят это он ей запретил появляться здесь.
– Как ее звали?
– Эмили. Он ей нравился и казалось что-то даже между ними завязывалось. Из-за нее он и расстался с Ниной тогда. Но видимо это были их игры.
– Значит король и королева вновь объединились, а Эмили была отправлена куда подальше? – подытожила я.
Перед школой снова остановилась серая Ауди. На этот раз там был один Марк. Темные штаны, темная футболка – идеальная одежда для злодея. Но из всего этого темного облака вокруг него, глаза выделялись. Они излучали холодное сияние, которое снова заставило меня смотреть на них больше нужного. Он заметил это и я срочно отвела взгляд в сторону Ким.
– Ладно, нам пора идти. – не хочу пока с ним сталкиваться, не время.
Химия, искусство – эти предметы стали для меня любимыми. На них не было Марка, а значит, я дышала спокойно. Меня никто не отвлекал и удавалось полноценно заниматься, но на искусство ходила Нина. Поначалу меня это беспокоило, но потом ее присутствие вылетело из моей головы. Урок закончился и все стали собираться. За спиной стал слышен голос Нины и Рейчел, одной из ее подруг. Рейчел, была подстать этой своре, еще одна богатенькая девочка. Она была довольно симпатичной, но видимо с Ниной соперничать было ей не по силу.
Сбоку от моей парты на полу лежал мой раскрытый рюкзак, я закидывала туда книги и тетради. Как только я закончила пометку по поводу домашнего задания на следующий урок я слышу как в мой рюкзак льется темная и тугая жидкость. Это был горячий шоколад, который так любили носить с собой фифы класса. Наблюдаю как шоколад покрывает мои учебники, тетради с конспектами. Поднимаю глаза, передо мной стоит Рейчел и с невинным видом выбрасывает опустевший стакан в мою сумку.
– Ой! Извини Касс. Не заметила как он выскочил из рук. – она перешагнула на своих шпильках через мою сумку и ушла прочь.
– Какая неприятность. – голос Нины источал сарказм и издевку. – Понимаешь, некоторым суждено быть в грязи. Думаю Марк вчера тебя уже просветил. – я не хочу смотреть на ее довольную мордашку. Иначе она может заметить мое расстройство.
Больше всего мне было жалко конспектов. Их я всегда виду аккуратно и стараюсь записывать абсолютно все. Представить не могу сколько потребуется их восстанавливать. А книги. Наверняка за них попросят компенсацию. Не хочу, чтобы мама была включена в эти истории.