Кассиопея
Шрифт:
– Что такое? Соскучилась? – вызывающие слова Марка означали, что я снова надолго остановила на нем свой взгляд.
– А мне казалось это ты мне вчера названивал поздно вечером. – один-один в мою пользу. Взгляд Нины буквально искрил возмущением. Ее близ сидящая свита подняли свистящий шум обсуждения и удивления. Марк же принял такой ответ улыбкой, которая оценила по достоинству удар соперника. Жаль, что его это не смутило. Видимо амплуа бабника в почете, даже если инициатива от тебя самого. Ну хоть Нине настроение испортила с утра. Тоже не плохо.
– Доброе утро класс. – со звонком в кабинет вошел мистер Кир. – Надеюсь вы выспались, потому что сегодня будем слушать ваши доклады. Хотя, мне все равно. Выспались или нет, все потом напишут по услышанному контрольную. Поэтому вам сегодня предстоит стать не только искусными ораторами, но и внимательными слушателями.
Я еще несколько дней назад подготовила доклад о Шарле Талейран – один из выдающихся дипломатов Франции восемнадцатого и девятнадцатого веков. Он был настоящим игроком в политической жизни Франции. Умело манипулировал и независимо от исхода, как было с крушением империи Наполеона, оставался в выигрыше.
– Ну что? Начнем. – мистер Кир потер руки и оглядывал класс в поисках первой жертвы. Первой выступила Рэйчел, она рассказала о Джордже Вашингтоне, как первом президенте Соединенных Штатов Америке и Первый континентальный конгресс, где он был одним из делегатов. За ней выступила и Ким, она еще позавчера прислала мне свой доклад, поэтому его я заранее законспектировала. Она рассказывала об адмирале Нельсоне, о битве в Сент-Винсенте и потере своей правой руки.
Странно, что урок проходит спокойно. Марк пересматривает свои записи. Неужели такие как он тоже умеют готовится к урокам между издевательствами над одноклассниками.
– Спасибо Ким. Хорошее выступление. Кто же будет следующим? – мистер Кир делал пометки в своем журнале.
– Позволите?
Мне казалось что весь класс в раз замолчал, когда Марк сам вызвался выступать. Видимо, такие порывы были настоящей редкостью. Я чувствую, что Нина не перестает сверлить меня взглядом, когда я обернулась к ней, то на ее лице лишь красовалась улыбка, не предвещающая ничего хорошего, особенно когда она перенаправлялась на Марка.
– Мистер Кир. Я подготовил сегодняшнее выступление не совсем по заданной теме. Как знаете, у нас появилась новая ученица. – Я начинаю чувствовать, что мои руки леденеют, взгляды направились на меня. Я смотрю на Марка и не понимаю, что он с Ниной задумали. – Представляете, как оказалось, Касс это лишь сокращенная версия ее имени. Полное ее имя Кассиопея.
На меня обрушился водопад ледяной воды. Откуда? Даже на собеседованиях и общих журналах используется мое сокращенное имя. В классе начался гул и хихиканья. Мои глаза не отрывались от парты. Я смотрю на лицо Марка и понимаю, что он лишь разогревался.
– Марк. Это не по теме нашего урока.
– Да мистер Кир, но это меня настолько заинтересовала, что я ознакомился с историей и мифологией. Мы же должны знать больше о людях, с которыми учимся? Оказывается, история Кассиопеи рассказывает нам о прекрасной, взбалмошной и дерзкой женщине, которая, не оценивая свои силы и возможности, хвасталась о красоте своей дочери. – Марк буквально упивался каждым произнесенным словом. Он с удовольствием наблюдал за мной как через меня проходит его выступление. Я буквально вжимаюсь в стул. Плечи сводит, я буквально не чувствую лица.
– Касс, у тебя и правда такое необычное имя? – мистер Кир обратился ко мне. Я слышу его, но не могу ответить. Я не могу пошевелиться, не могу говорить. Хочется лишь спрятаться, чтобы никто не нашел меня и не вспомнил обо мне. Мистер Кир видимо заметил мою скованность, поэтому попробовал уйти от темы, причиняющей мне дискомфорт. – Несмотря на такую историю греческой царицы, значение такого имени несет в себе жизнестойкость, эмоциональность и выносливость, таинственное волнение и прямодушие, что в нашем мире является редкостью.
– Кассиопея! От твоего прямодушия скончался папочка? Или его просто убило твое имя? – голос Нины источал всю накопленную ею желчь.
– Нина! Заткнись! – прошипел Марк.
Я окончательно потеряла нить реальности. Это уже невозможно терпеть. Глаза уже накапливали слезы. Нельзя их этим радовать. Я срываюсь с места и бегу из класса. Плевать на них, плевать на мистера Кира. Мне нужно спрятаться от их смеха, глаз и жестокости, которой они меня придушили.
Ноги ватные. На третьем этаже я буквально стекаю по стене, в глазах все крутиться, нечем дышать. Забираюсь в ближайшую дверь, тут оказался склад для уборщиц.
– Слава богу здесь никого нет! – думаю я про себя. – Ненавижу их. Ненавижу Марка. Нину. Ненавижу свое имя. Пусть все исчезнет навсегда. Пусть меня вычеркнут из памяти.
Вокруг темно. Это немного дает мне спокойствия, даже не хочу видеть на кого я была похожа несколько минут назад. В кармане вибрирует телефон. Достаю и вижу смс от Ким: «Где ты?». Не хочу отвечать, но думаю это привлечет еще большее внимание к моей реакции и ее переживаниям за меня.
– Я в кладовой на третьем этаже. Все в порядке. Не приходи. – получилось возможно грубо, но мне сейчас, мягко говоря, не до нее.
Наверно Ким все равно захочет прийти сюда. Звонок с урока уже прозвенел, нужно ее опередить и найти. Встаю на ноги и понимаю, что еще шатаюсь. Меня качнуло в сторону, и я ощущаю как чьи-то руки меня удерживают за талию.
– Ты в порядке?
– Марк! Какого черта ты здесь делаешь? И вообще как?
– Это я попросил Ким узнать где ты, чтобы все объяснить. – он держит меня очень крепко. Сквозь темноту я вижу черты его лица, которое снова слишком близко к моему. Мне снова трудно дышать. – Нина не должна была говорить о твоем отце. Я не хотел этого.
– А чего ты хотел?! – я буквально отталкиваю его от себя. – Показать на что ты способен? Как? Откуда ты узнал о имени, об отце?
– Вчера вечером. – его голос начал запинаться, даже в темноте я вижу как он трет лицо руками, словно умываясь от грязи, которую развели. – Ты сильно разозлила меня по телефону и я отправился в школу ночью. Нина увязалась за мной и мы нашли у Софии твое личное дело. Я хотел найти что-нибудь про цель перевода или чем еще тебя зацепить, но нашел лишь имя. Когда я увидел, что ты потеряла отца, я решил убрать дело обратно, но Нине было мало. Поверь мне. Я строго настрого запретил ей упоминать об этом. Но стерва не послушала.
– Вы выкрали мое личное дело? – я не желала давать ему продолжать. – Ты проник ночью в школу, чтобы нарыть про меня грязь из-за того, что я тебя разозлила. Ты куда большее ничтожество, чем я думала.
Я делаю шаг в сторону двери, но Марк снова хватает меня за плечи прижимая к стене.
– Я еще раз тебе повторяю, что был против этого. – голос Марка практически требовал моего внимания. Чувствую его тяжелое дыхание наравне с моим. Между нами буквально нет и пяти сантиметров.
– Чего тебе еще нужно от меня? – мой голос от такой близи перешел на шепот.