Катаклизм
Шрифт:
Оставались мгновения до того, как все закончится.
— Я верну тебя. — Схватив Августа за руку, Авелина крепко сжала ее, будто пытаясь разорвать его плоть до крови. — И мы будем вместе.
— Постараюсь прихватить что-нибудь из потустороннего мира для твоего кота… — улыбнувшись, сказал Август, закрывая глаза. — Он ведь дух, не так ли? Так что…
— Прощай, Август… — отпустив его руку, прервала его Авелина. — Я буду скучать.
Она знала, что Августа не будет с ней рядом, хоть тот и твердил об обратном минутой ранее. И Август так же знал, что это неправда… он перестанет существовать совсем скоро, когда от его магического потенциала ничего не останется. И когда он понял, что Авелина и в самом деле это понимает, что она перестала успокаивать себя мыслью о том, что он будет рядом, после всего этого… он понял, что время пришло. Пора уходить.
Август посмотрел в ее глаза и увидел, что отчаяние и наивность исчезли из них, и ее они стали заполняться уверенностью, и… ненавистью, яростью. Ее кроваво-красная радужка засветилась с такой силой, какой ему ранее не доводилось видеть вовсе. Или он просто забыл, как она выглядела во время, когда магия еще не была сведена на нет. Авелина была зла на весь мир… она была зла на бога, который позволил всему этому случиться… и раз уж сам бог не мог с этим справиться, Авелина решила, что сделает все сама. Если чудо не хочет явиться ей… она возьмет все в свои руки и свершит его сама.
— Прощай, Авелина… — убрав руки от нее, сказал Август. — Я присмотрю за тобой с другой стороны.
Август ушел, растворившись в яркую магическую пыль, упавшую ей на руки. Через мгновение, даже магическая пыль, оставшаяся от Августа, растворилась, и Авелина осталась совсем одна посреди тьмы, мглы, и застывшего циферблата часовой башни.
За глазами, засветились и волосы Авелины, подобно тому, как они светились до того, как Элли прикончила их всех на той скале и свела на нет существование магии. А за волосами, засветилось и все ее тело — и это уже было что-то новенькое. Она засветилась небесным оттенком, подобно тому, каким светились ангелы в небесном городе… она почувствовала, как их сила наконец приходит в действие, распространяясь по ее телу и сущности. Благодаря жертве Сингулярности и Августа это и стало возможным.
Шрамы на ее лице исчезли, а на месте отсутствующего глаза и руки появились их магическое копии… но это было не все, ведь эти копии восстановились в то, что было у нее изначально. Глаз и рука Авелины вернулись, словно она никогда и не теряла их… теперь ей был не нужен протез, чтобы орудовать мечом, и уж тем более ей не нужна была повязка, потому что теперь она прекрасно видела абсолютно все, как и прежде.
Авелина вынула меч бесконечности из ножен, и руна, находящаяся на рукоятке меча засветилась так, будто эта самая рукоятка собиралась взорвать от переизбытка магии. К счастью, этого не произошло, и Авелина вонзила меч в пол у себя под ногами. Границы между Астралом и реальным миром раскололись, и Авелина в буквальном смысле свалилась с неба в реальный мир, оставляя позади себя странный, но в то же самое время любимый ею Астрал, мир сновидений.
Если не брать во внимание гвардейскую форму и пылающие кроваво-красные глаза, то Авелина была настоящим ангелом, спустившимся с небес на землю. Но, сказать по правде, вместе с вышеупомянутыми факторами и черным мечом, который она удерживала в руке… Ангелом ее назвать становилось очень, очень проблематично.
Теперь, зная заклинание, которое использовала Элли, и зная то, что существовало до появления хаоса, ей нужно было завершить магический круг и использовать силу Сингулярности, чтобы собрать всю магическую силу в мире воедино, чтобы обратить ее в чудо. Но если верить Сингулярности, ей еще предстояло сразиться с первозданным хаосом. И хоть она знала, что может победить его мглой, битва предстояла очень тяжелая. Если Авелина проиграет эту битву… все жертвы будут напрасны.
— Не волнуйся, Август… — сжав рукоятку меча, сказала она самой себе. — Я отомщу миру за всех нас.
Глава 19 — Катаклизм чудовищ
— Когда-то… когда-то этот город был прекрасным… — говорила Эмбер, следуя вперед и то и дело оборачиваясь, осматривая окрестности. — Но сейчас он превратился в это.
Пустой, покрытый мхом, разваливавшийся… на каждом континенте была свою изюминка в городах, в королевствах, что находились на нем, и здесь она наверняка тоже была… но эта «изюминка» была погребена под тонной скелетов и сожалений, поглотивших эти земли. Когда-то давно, заброшенные земли были не такими уж и заброшенными, этот континент соревновался наравне с другими, но потом… потом случился прорыв магии.
Весь континент заполнился монстрами, чудовищами, которым не было конца. Все королевства, все города пали… лишь на самых краях континента, рядом с морями, оставались места, где можно было хотя бы попытаться найти разумных людей. Но и они просуществовали недолго — все дороги к континенту оказались закрыты, разрушены, а сам континент запечатали мощной магической печатью, вместе со всеми чудовищами, что оставались там. Запад долгое время вел борьбу с чудовищами этого континента, в какой-то мере западный континент был даже оккупирован ими. И именно поэтому Эмбер знала, как выглядит столица, противоположная центральному континенту… ведь Эмбер служитель запада, и по одному из особо важных заданий она попала сюда, в столицу заброшенных земель.
И все же, этот город был прекрасен даже в таком виде, несмотря на слова Эмбер… он был сильно похож на восточную столицу, но оттенки цветов были здесь ровно противоположные — тьма, да и только. Этот континент, подобно и тому, где располагалась императорская столица, так же поддерживал и магию, и технологии одновременно. Но, в конце концов, случилось непоправимое, и все люди пали жертвами чудовищ.
— Здесь так много скелетов… — оглядываясь вместе с Эмбер, сказал Винтер. — Человеческих, и не очень…
— Здесь есть не только скелеты. — Остановившись, Эмбер указала на омерзительную абоминацию, покрытую шерстью. — Когда магия исчезли, все чудовища погибли… как исчезла магическая печать, накрывавшая континент… теперь здесь нет никого живого.
— Ну, хоть что-то хорошее в исчезновении магии, не так ли?.. Чудовищ больше нет, и магическая печать больше никого не нужна… — хлопнув ее по плечу, сказал Винтеру. — Пойдем, нужно найти остальных, они должны быть неподалеку…
Из храма, в который эти двое направлялись по улицам города, протянулся луч, переливающийся черными и белыми оттенками. Это было сложно с чем-то перепутать — только что Элеонору выкинуло поближе к храму, и она прямо сейчас установила маяк Сингулярности. Теперь, оставался лишь один маяк, и магический круг будет завершен.
Луч исчез, но Винтер хорошо запомнил, где примерно он находился. Оставалось только встретиться со всеми остальными, сориентироваться и отправиться в императорскую столицу, чтобы поставить там последний маяк, и, наконец, собрать всю магическую энергию в мире. Они все еще не знали, что с ней делать, но дело еще не было закончено до конца, поэтому они собирались подумать об этом тогда, когда окажутся уже на месте.
— Это оно? — указав вперед, спросила Эмбер. — Там Фабиан и Элеонора, не так ли?
— Да! — обрадовавшись, сказал Винтер. — Наконец-то, я уж думал мы их не найдем… пойдем, нам нужно как можно скорее встретиться с ними, чтобы обсудить все остальное…
Ветер. Резкий, режущий ветер… именно это почувствовали на себе Эмбер и Винтер, последний из которых обнаружил, что он оказался разоружен — оба меча пропали из его ножен. Если бы он не заметил этой детали, то и не понял бы, что прямо сейчас… на них напали. Напал некто, кто был способен двигаться со скорость ветра, если не света.