Катаклизм
Шрифт:
За существами исчезли и города, а за городами исчезло и все остальное — деревья, трава, земля, даже малюсенькие песчинки… весь мир треснул перед глазами Авелины, раскололся, как стекло, и не было ничего, кроме бесконечно большого «ничто» и скалы, покрывшейся тьмой, на которой они все еще стояли вместе с первозданным хаосом.
Хаос огляделся вокруг и понял, что все кончено. Движения, которые он сейчас совершал… были единственным, на что он сейчас способен, и то он уже чувствовал, что лишается и этой способности. Использовав злосчастное заклинание, причастное к исчезновению всей магии в мире, Авелина обратила первозданный хаос в ничто. Подобно тому, как когда-то сама Элли использовала на нее это страшное заклинание.
— Это был последний раз, когда эта сила была использована… — сказала она, глядя на увядающий хаос. — Ты стал последним, на ком она была использована.
— Так вот он, конец… — взглянув на свою распадающуюся руку, сказал Хаос. — Значит, так мир лишился магии? Так просто?.. — сделав еще шаг назад, Хаос споткнулся и упал.
— Это произошло бы снова, если бы ты воссоздал мир… — сказала Авелина, глядя на то, как его оболочка обращается в ничто. — Ты проиграл с самого начала.
— Мы все проиграли… — смирившись со своей участью, сказал Хаос. — Еще в тот момент, когда магия исчезла.
Механизм первозданного хаоса исчез, растворившись в ничто.
Теперь, Авелина оставалась одна. В ее руках появился большой магический шар, переливающейся цветами сингулярности. В этом магическом шаре была вся энергия мира, собранная магическим кругом, который они сделали все вместе. Авелина в буквальном смысле держала в руках судьбу миру, и… она не знала, что с ней делать.
Что значит «чудо»? Что подразумевается под чудом, которое может спасти мир? Как Авелина может возжелать что-то настолько спонтанное, понадеявшись, что это поможет ей вернуть былые времена? Сингулярность говорила, что Авелина приблизилась к пониманию этого так, как никто другой, но в конце концов… она была лишь человеком. Она все так же оставалась лишь девчонкой, мотивация которой держалась на том, что в конце все будет обязательно хорошо. И вот теперь, когда она оказалась в конце…
Авелина оказалась в тупике. Не осталось ничего и никого, у кого бы она могла спросить совета. Не было ни Винтера, ни Августа, ни Элеоноры… все они отдали свои жизни ради того, чтобы Авелина сама приняла решение и сделала так, чтобы мир станет прежним. Но в глубине души все они понимали, что мир уже никогда не станет прежним, его уже не вернуть… а если и вернуть, то все повторится снова, и она снова окажется здесь. Слова Хаоса были правдивы — мир разрушен, и его уже никак не вернуть на место.
Она расплакалась, как ребенок. Единственная мотивация, за которую она могла держаться, и та исчезла, и теперь Авелина должна была принять решение, от которого зависело все. Ей хотелось свернуться в клубочек и сдаться, сгинуть в этой пустоте вместе со всеми, кто отдал свои жизни ради этого момента. Даже злосчастной скалы, на которой она стояла, уже не было… Она рыдала в пустоте, где не было никого кроме нее.
— И вот, оказавшись в конце, ты вешаешь нос? — услышала она знакомый голос сбоку от себя. — Это так на тебя не похоже, моя любимая.
— Мама?.. — повернувшись, Авелина действительно увидела свою мать — она стояла прямо здесь, перед ней, и она… она была реальнее, чем когда-либо. — Мама!
— Не расстраивайся, Авелина… — услышала она еще один знакомый голос, но на этот раз мужской, и уже с другой стороны. — Ты самая сильная! — Положив руку ей на плечо, сказал некто. — Сильнее, чем все, кого мне когда-либо доводилось видеть.
— Папа!.. — повернувшись, сквозь слезы сказала она, распознав в другой фигуре своего кровного отца. — Ты тоже здесь!
— Императрица, значит?.. — постукав ее по другому плечу, обратился к ней еще один голос, крайне похожий на демонический. — Вот куда тебя завело знакомство с Августом.
Вновь обернувшись, Авелина увидела перед собой человекоподобную фигуру, на лице которой было нечто, что напоминало своим видом демонические глаза и рваную улыбку, так же присущую в основном демонам. Это был Виш — тот самый демон желаний, с которым Авелина некогда заключила контракт. В настоящем мире он не мог явиться к ней, потому что его уже давно не существовало в первозданном виде, но сейчас… этот момент был особенный во всех смыслах, поэтому он все же позволил себе явиться.
— Виш… — кажется, ее радости не было предела, судя по ее счастливому лицу. — Я так рада тебя видеть, Виш!..
— Конечно ты рада, мы ведь так давно не виделись… — самодовольно сказал он, указывая на себя. — Но я на самом деле никуда не уходил, и ты это знаешь.
— Вы все пришли поддержать меня? Но… как?.. Это ведь невозможно…
— Чудеса созданы, чтобы совершать невозможное… — к Вишу подошла особа, которая подозрительно сильно была похожа на Сингулярность. — Что же это, если не чудо?
— Это… чудо?.. — спросила она у Сингулярности. — Получается, я… растрачиваю магию мира на то, чтобы…
— Это не то чудо, которое можно спровоцировать магией… — обратился к ней голос позади, и этот голос она знала лучше всех. — Это настоящее, естественное чудо.
— Август! — чуть ли не крикнув от радости, сказала она, завидев его позади. — Август…
— Не только я… — приобняв Авелину, сказал он. — Мы все здесь…
Пустота заполнилась всеми, кто так или иначе был дорог Авелине. Винтер, Элеонора, Фабиан, Эмбер… даже дракон Син. Все, кого уже не было в живых, кого уже давно не существовало, явились к Авелине, чтобы поддержать ее в самом конце… даже самые незначительные личности, которые она мимолетно встречала на протяжении своей жизни. Они все пришли сюда, в конец всего, чтобы подать Авелине свою руку помощи.
— Они всегда были с тобой, Авелина… — продолжил говорить Август. — Ты никогда не была одна.
— Это не мое место, Август… — вцепившись в его спину, Авелина заплакала. — Это место Винтера, Элли, Сингулярности… но не мое, мне здесь не место…
— И все же ты здесь. — Крепко сжав ее в своих объятиях, ответил Август. — Единственная, кто смог дойти до конца.
— Что мне делать, Август?.. — нервно вздохнув, спросила она. — Как мне поступить?..
— Ты уже знаешь. — Отпустив Авелину, Август шагнул назад. — Разве нет?
Все духи, все, кто пришел поддержать ее, слились воедино в фигуре Сингулярности, стоявшей неподалеку. Теперь, в бесконечной пустоте осталась лишь Авелина и Сингулярность, воплощавшая собой всех, кто пришел помочь Авелине в трудный момент. Сейчас, ей было не так уж и грустно… наверное, это был один из самых счастливых моментов, который случался у нее в последнее время в принципе.
Сингулярность тоже выглядела весьма счастливой — кажется, она была определенно довольна тем, что смогла достигнуть воскрешенная ею Авелина. Это был не какой-то «Конец Времен», не «Астрал», и даже не момент, когда магия во всем мире исчезла… Это был самый что ни на есть конец всего, вершина катаклизма, его полное завершение.