Чтение онлайн

До рычага, который отодвигает камень, мы докопались быстро. На вид это был небольшой переключатель типа «вверх-вниз», с закруглённым хвостиком. Я даже не удивилась: обычный переключатель, только из какого-то чёрного, полупрозрачного материала, похожего на стекло. Я зажгла небольшой факел и стала напротив камня. Пространство было узким, я еле-еле смогла выпрямиться во весь рост. Макс дёрнул за рычаг. Ничего... Мы переглянулись. Сердце камнем ухнуло вниз:

– Всё... Труба дело... Не работает древний механизм... Сломался...

Но тут стена дрогнула, раздался тихий щелчок, и каменная плита поползла в сторону. Потом опять глухо щёлкнула и… остановилась.

Запинающийся, судорожный возглас заставил нас с Максом вздрогнуть:

– От-тари-и-и!

Я бросилась к отверстию. В тусклом свете факела Грас выглядел ещё хуже, чем раньше. Но он улыбался! Так широко и так ошалело, что я испугалась за его рассудок. Первый раз я видела такую улыбку на его лице.

– Ты пришла за мной! Ты пришла! Отари! Это чудо! Чудо... Но как?! Как ты узнала, что есть выход?! Откуда?!

– Нам некогда, Грас… вылезай…

– Я не пролезу, Отари... щель узкая,- отверстие и впрямь было не слишком широким.

– Пролезешь, куда ты денешься... Я зря, что ли, столько ночей землю рыла...

Схватив за руку, я дёрнула его на себя:

– Просовывай сразу две руки и старайся протиснуться... Я буду тащить...

Уперевшись спиной в каменную кладку, а ногами в стену камеры, я потянула пленника на себя. Гоблин старался изо всех сил.

– Вот не думала, что тащить тебя придётся в буквальном смысле... Выдохни!

Он послушался и, ободрав кожу, грудная клетка пролезла. Пока он ползал на коленях в узком проёме, я опять переключила рычаг. С таким же тихим щелчком, камень пополз обратно. Макса в проходе уже не было, но я знала - он рядом. Грас сидел на земле, открыв рот и широко распахнув глаза. Он хотел что-то сказать, но от избытка эмоций у него ничего не получалось. Я воткнула факел в мягкий грунт, развязала мешок и достала флягу с водой. Он схватил и жадно присосался. Струи стекали по широкому подбородку, заливая рубаху:

– Отари! Отари! Ты... Отари!

Я присела рядом:

– Ну как ты? Сможешь идти?

Шумно выдохнув и улыбаясь так широко, что видны были самые дальние зубы, он проговорил задыхаясь:

– Я теперь не то, что идти, я взлететь смогу...

– Отлично! Тогда пошли.

Захватив копательный инвентарь, я пошла вперёд, а Грас за мной. Увидев лодку, мой Гоблин, расхохотался, быстро и ловко перераспределил груз и, усадив меня с факелом на нос, сел на вёсла:

– Я так понял, что куда грести ты знаешь…

– А то...

– Ну, Отари! Ну, звёздочка! Кто бы мог подумать! Рассказать кому, не поверят!

Плыли мы быстро. Вот вам и измученный долгим заточением пленник! И откуда только силы взялись! Пару раз я замечала тусклый жёлтый свет под водой: «Максик! Ангалин мой золотой! Ты здесь, я знаю...». На развилке подземной реки, под высокими каменными сводами, мы притормозили:

– Бери левее... Так... Ещё... А теперь вперёд... Сложи вёсла и наклони голову, тут узкое место.

Гоблин послушно выполнял мои указания. Через несколько метров пространство опять расширилось, и мы двинулись вперёд с прежней скоростью. Через какое-то время струя свежего воздуха ударила в лицо, течение усилилось и узкую пирогу понесло на свободу мощным потоком. Ночь была ясная, а невдалеке виднелась тёмная полоса. Берег! Нам туда!

Мы причалили, когда небо на востоке чуть-чуть посветлело, ночь пролетела незаметно... Грас вытащил лодку и выгрузил поклажу, а я распаковала один мешок.

– Отари! У меня слов... просто... нет...

– Меня зовут Карина или Кари,- ответила я, протягивая мужчине кусок мыла.- Тебе надо помыться и переодеться, только быстро.

– Я помню, как тебя зовут...- он скинул свои вонючие, грязные лохмотья и побрёл к воде.

Одежду я подобрала удачно. Всё подошло, будто мерку снимала: и рубашка с кожаным жилетом, и штаны, и даже сапоги.

– Ну как?- он глядел на меня и широко улыбался.

– Прекрасно!

– Отари... то есть Кари... Карина...

Он схватил мои руки в свои лапищи, а потом обнял так, что кости затрещали.

– Я не могу поверить! Ты... Сделала невозможное! Спасибо!

Он крепко сжимал меня, а я смотрела на расцветающую зарю над морем. Горячие слёзы обожгли лицо...

– Ты знаешь куда пойдёшь? Тебя ведь начнут искать...- сдержаться не получилось, и я всхлипнула.

– Конечно… а когда начнут, я буду далеко. Заключённых для кормёжки обходят только после полудня...

– Один раз?!

Он засмеялся и смахнул с моей щеки несколько слезинок:

– Иногда и по три дня никто из охраны не показывался, так что опомнятся они нескоро. Кари, ты понимаешь?! Из Банкорской тюрьмы нельзя сбежать!!!

– Всё когда-то бывает в первый раз...

Как же искренне и счастливо он расхохотался:

– Ты! Ты чудо! Что будет! Даже представить не могу! Наместника удар хватит! Да и самого Терра!

– Я тебе расскажу, если встретимся когда-нибудь...

– Зачем ты так говоришь, девочка?! Встретимся! Обязательно! Я же ничего о тебе не знаю, да и никто не знает... Ты так изменилась...

Я стянула с головы платок. Грас хлопал глазами, водя здоровенной ладонью по моим волосам:

– Не может быть... Отари! Что это значит?! Синие глаза... Такие светлые волосы... Как это понимать?! Но ведь это ты! Я узнаю тебя... А тощая какая! А ведь мы тебя хорошо кормили!

Теперь я захохотала:

– Верно, хорошо... Не спорю... А то, что я так изменилась, так за это «райскому» полю надо спасибо сказать...- и протянула ладонь. Узкие, тонкие линии шрамов были хорошо видны.

– Ты так изрезала руки?!

– Да...

– И осталась жива?!

– Да... Пять суток провалялась без сознания. Люди, которые меня подобрали, думали, что я скоро умру, но я очнулась вполне здоровой, только вот волосы побелели и глаза стали такими синими. Я сама, когда себя увидела в зеркале, то чуть в обморок не упала... Еле-еле узнала... Долго не могла поверить, что это я...

– Ну... ну... я... даже и сказать не знаю что... Ты богиня, да?! Только они на такое способны...

Он опустился на траву и потянул меня за собой.