Чтение онлайн

«И что на это ответить... Какая сила?! Какая энергетика?! Что за чушь он несёт?!»

– Мозг... Я не знаю... Прости... Тан.

– Кари, милая... называй меня, как хочешь,- он присел рядом и глубоко вздохнул.- Имя мне, действительно, нужно... Для того чтобы осознавать себя и общаться с тобой так, как я хочу... Эгоизм с моей стороны, конечно, но по-другому я уже не могу... да и не желаю.

От этой очень странной лекции, да и от всего предыдущего разговора, наверно, а может, и от текилы, в голове начали шуметь волны. Сперва это был тихий плеск, но очень быстро он превратился грохот мощного прибоя. Мозаичный пол библиотеки закачался, а потом пошёл ходить ходуном. Я ткнулась лбом в бархатный халат:

– Я тоже очень люблю тебя, Мозг. Тан... Странно пока произносить твоё новое имя... И хоть ты несёшь какую-то околесицу, не хочу, чтобы это прекращалось. Я хочу видеть тебя, слышать твой голос в голове, чувствовать твоё присутствие... И пусть всё кончится психушкой, шизофренией там, да чем угодно... всё равно... Пусть будет так, как есть сейчас...

– Ты не представляешь, как приятно это слышать!

Я обняла его и закрыла глаза. Грохот прибоя в голове превратился шум ветра, будто сильные, мощные потоки воздуха гудели в кронах деревьев. Меня слегка качало под этим напором, бьющим прямо в спину: «Что это?! Что это такое?!» Я стояла на опушке леса, а впереди, зелёно-голубым морем, колыхалось «райское поле». Только я его не боялась... совсем. Я чётко осознавала, что оно мне уже ничем не угрожает: ни яд травы, ни бездонная топь не страшны. Я улыбаюсь и иду прямо в середину этой болотной синевы, потому что знаю - там, в самом центре, находится источник... источник моей силы...

Утренний свет бил в глаза. Я сползла с постели и подошла к зеркалу. Несколько минут я тупо глядела на своё белобрысое отражение, потом зачерпнула воды и плеснула в лицо. Какие странные и загадочные сны мне снятся… И дело даже не в их содержании, а в ощущениях, которые я в них испытываю... Полная реальность! И каждый раз, когда я попадаю в такой сон, какая-то маленькая часть разума постоянно твердит: «Это сон, Кари... только сон... Это не по-настоящему... Тебе снится, снится всё... В любой момент ты можешь сказать «нет»... и проснуться... Если сама захочешь... Это Мозговой так меня уговаривает... или я сама? Тан... Тан... Что за странное имя он себе выбрал? Будто неполное... Окончание... Часть какого-то другого... Но если и окончание, то чисто окатанское... Многие мужские имена, да и слова мужского рода здесь оканчиваются на -тан или -ан. А если вдуматься и разобраться по слогам, то получается, что... «тан» - это «верхний» или «высший», если перевести на мой родной язык. Не доводилось мне замечать, чтобы мой жилец страдал манией величия...».

Ход мыслей прервал стук в дверь:

– Завтрак, Кари! Ты просила разбудить!
– голос Крианна был громок, а стук настойчив.

– Спасибо! Уже иду!

В городе царила суматоха. Грядущее выступление Гая привело местное население в очень возбуждённое состояние. Откуда-то появилось столько стариков и инвалидов разной степени, что я диву давалась. Народ забивал места с вечера и к центральной площади было не пробиться. В лавках и на рынке творилось что-то невообразимое: раскупались украшения, наряды, обувь... Точно так же как и у нас, на распродажах, на Земле, хоть местные торгаши и взвинтили цены до небес.

Плюнув на такое дело, я подалась в Западную гавань. Там тоже был рынок, только народу гораздо меньше. Капитан сказал прикупить продуктов поразнообразнее, что я и сделала. Овощи и фрукты, свежие и сушёные, рыба и другие морские гады - были там в изобилии. По пути в гостиницу я забрела в лавку, где торговали сладостями. Не знаю, любит ли команда «Чёрной медузы» подобные десерты, но денег я не пожалела и купила хороший мешок засахаренных вкусностей.

Шоколада на Восточных территориях не знали, как и кофе. Местные кондитерские изделия напоминали мне «сладости Востока» на Земле: рахат-лукумы всякие, пахлаву, щербет и тому подобное. Очень вкусно! Однако по шоколадкам и конфеткам я скучала, как и по кофе.

На пороге «Тихого островка» стоял Крианн, ожидая кого-то. Как оказалось, меня родимую. Затащив за ширму, он всучил мне долю за жемчуг. Я дико обрадовалась. Вот это сумма! С такими деньжищами я, точно, не пропаду! И хоть у меня всё есть и тратить деньги Макса я не собиралась, но когда душу греет такая наличность, и притом внушительная, жить гораздо веселее и спокойнее! А потратить-то он мне разрешил! Вот вам и ангалинская жадность, во всей красе!

– Фаэдр Крианн, я уезжаю сегодня. Я должна что-нибудь ещё за проживание?

– Нет... Ничего. Почему сегодня?- он нахмурился, губы сжались, а взгляд... непонятно, что выражали его глаза.

– Вернее, завтра на рассвете... Капитан просил явиться на шхуну сегодня вечером, чтобы не опоздать к отплытию.

Лицо хозяина помрачнело ещё больше:

– Уж не на «Чёрной ли медузе» ты отплываешь?

– Да... А вы откуда знаете?!

– Только капитан Ают не задерживается в Банкоре даже на праздники.

– Но мне это и нужно. Чем быстрее я попаду в Латрас, тем лучше. А почему он не задерживается?

– Он наказан... за неподчинение. У наместника на капитана очень большой зуб, но и совсем не пустить его в гавань он тоже не может. Таков закон всех прибрежных городов: на двое суток пускают любое судно. Наш наместник пытался было всё переиграть, сделать для «Чёрной медузы» исключение, чтобы совсем их не пускать, но моряки взбунтовались, и тогда он ограничил время пребывания до наименьшего.

– А за что?!

– Точно я не знаю... Слухи тогда разные ходили... То ли из-за жемчуга, который Ают, якобы скрыл и продал потом на Западе, то ли из-за того что ангалинам платил хорошо, и потому доставлял грузы гораздо быстрее и брал самые выгодные заказы, обходя, таким образом, корабли наместника... Что-то в этом роде... В результате «Чёрной медузе» закрыт нормальный доступ в Банкор на десять лет.

«О, как! Как же интересно!»

– Уезжаешь...

Я кивнула.

– Жаль... Мы так к тебе привыкли... И доход от комнаты первого этажа не хочется терять.

– Я тоже привыкла... даже слишком. Гарри сможет проводить меня? А то у меня поклажи накопилось, сама не донесу.

– А как же Гун? И, кстати, где он?

– Работает, наверно... Я вчера с ним попрощалась. Боюсь, что если он будет меня провожать, то со мной истерика случится... не смогу уехать. Жалко его, как родного!

Крианн вздохнул и слегка приобнял меня:

– Давно я не встречал столь добрых и искренних отношений между чужими людьми... особенно, такими разными.

– Ты присмотришь за ним?- я взглянула на этого маленького, но такого «большого» мужчину.

– Конечно, я теперь за него отвечаю... Не переживай. Мы с Гарри тебя проводим. Собирайся, раз надумала.

Ключ от комнаты я сдавала дрожащими руками: «Что ж так больно-то! Опять я прощаюсь... Опять... Когда же всё это кончится?! Не жизнь, а бесконечная череда расставаний... Почему я так привязываюсь к людям? Никогда раньше за собой такого не замечала... Жила, как все: училась, работала... За не столь и длинную жизнь было всякое, но чтобы та-а-ак!»

Несколько раз, глубоко вздохнув, я оглядела напоследок «Тихий островок»: «Будто из родного дома уезжаю... Караван покидать было очень тяжело, а теперь... теперь ещё хуже!» Смахнув слезу, я закинула мешок за плечи: «Все! Хватит нюни распускать! В Латрас! К Дайку!» Из кухни вышла Марэна попрощаться. Мы обнялись. Я пообещала, что про её чай буду рассказывать всем и везде, а она сунула в мою сумку мешочек с ароматными травами. Отец с сыном взяли поклажу, и мы двинулись в сторону гавани.

На площади царило столпотворение. И хотя до начала концерта было ещё несколько часов, пробиться сквозь плотную толпу не представлялось возможным. Мы пошли вокруг. В одиночку я тащилась бы до самой темноты, а с таким сопровождением поход оказался не таким уж и сложным.