Чтение онлайн

Stand clear of all doors (в поезде метро) – Не стойте у дверей.

Еще одним средством смягчения давления на адресата является добавление в высказывание глагола абстрактного действия: (таблички в поезде метро)

Please kindly refrain from smoking (Пожалуйста, любезно воздерживайтесь от курения).

Please avoid leaving litter on trains or in stations (Пожалуйста, избегайте оставлять мусор в поездах и на станциях).

Смещение акцента с глаголов конкретного действия (smoke, leave) на глагол абстрактного действия (refrain, avoid) также снижает прямоту высказывания и позволяет избегать употребления отрицательного императива (Don't smoke / Don't leave litter).

Запрет в английской коммуникативной культуре может быть выражен и еще более мягко, как, например, в следующих объявлениях:

(запрет курить в баре)

Thank you for not smoking at the bar (Спасибо, что вы не курите в баре) (запрет выносить продукты из ресторана)

Dear guests,

We are pleased to offer you our buffet, in which you will find a wide range of products which we hope will be to your liking. Should you wish to take away any of these products, the head waiter will be pleased to inform you the means of payment available for this service (charge to the room, credit card, cash, etc.). Thank you for kind cooperation.

(Дорогие гости,

Мы рады предложить вам шведский стол, в котором вы найдете широкий выбор продуктов, которые, мы надеемся, вам понравятся. Если вы пожелаете взять что-нибудь из этих продуктов с собой, метрдотель будет рад проинформировать вас о возможных способах оплаты этой услуги (включение в счет, оплата кредитной картой, наличными и т. д.). Спасибо за любезное сотрудничество.)

Семантика этих объявлений сводится не к запрету курить в баре и выносить продукты из ресторана, а к благодарности за несовершение этих действий. Причем, если в первом объявлении – Спасибо, что вы не курите – действие названо прямо (курение само по себе не является предосудительным действием), во втором объявлении в целях сохранения лица адресата запрещаемое действие не называется, поскольку это мог бы быть намек на кражу. Вместо этого предлагаются способы оплаты продуктов в случае желания взять их в номер и благодарность за сотрудничество. Кроме того, в данной просьбе-запрете существуют многочисленные социальные поглаживания, смягчающие прагматику самого запрета (We are pleased to offer you / which we hope will be to your liking / will be pleased to inform you / Thank you for kind cooperation.). Ср.: Выносить продукты из ресторана запрещено.

Использование стратегий вежливости сближения в целях смягчения такого опасного для лица акта, как запрет, является типичным для английского стиля коммуникации, примером чему может служить следующее объявление на воротах колледжа в Кембридже:

Members of the Public are welcome to visit the Colledge but entry is by the Great Gate on St. John's Street. Only members of the University and those who have business in the College may enter by this gate.

В данном объявлении прежде чем сообщить, что проход на территорию колледжа через эти ворота разрешен только для сотрудников, приветствуются все, кто желает его посетить: Members of the

Public are welcome to visit the Colledge. Ср.: Посторонним проход запрещен.

2. Предпочитаемая в английской коммуникации формула извинения 'sorry' [42] , на наш взгляд, тоже может рассматриваться как способ избежать употребления императивной формулы excuse me. Хотя (I'm) sorry, как и все единицы фатической коммуникации, в прагматическом аспекте десемантизирована, в ее лексическом значении содержится сема сожаления. Таким образом, произнося (I'm) sorry', говорящий выражает свое сожаление по поводу инцидента, в результате извинение приносится не прямо, а косвенно. На этот факт обращает внимание, в частности, Р. Фасольд, который называет данную формулу косвенным извинением [Fasold 1990: 154]. Другими словами, имея семантическое значение сожаления, формула (I'm) sorry' выступает в прагматической функции извинения. Она не направлена на собеседника, а замыкается в самом субъекте. Ее прагматическое значение можно свести к следующему: «Яхочу, чтоб ты знал, что я сожалею о том, что произошло и при этом ни о чем тебя не прошу», т. е. в ней не содержится апелляции к говорящему модифицировать его отношение к собеседнику.

Формула извинения 'excuse me', являющаяся семантическим эквивалентом русского «извините», употребляется, по данным К. Аймер, лишь в 4,7 % ситуаций [Aijmer 1996: 86]. Она представляет собой императивное высказывание, направленное на собеседника, и семантически, как и русское «извините», является просьбой об извинении, примером чему служит следующее высказывание: Would you excuse me a minute, please.

Таким образом, как уже отмечалось, в РА Извинение в английской коммуникации предпочтение отдается субъектно-ориентирован-ной формуле (в русской – объектно-ориентированной), что позволяет перенести коммуникативную нагрузку с адресата на самого говорящего.

Это явление можно объяснить с позиций английской системы вежливости. Предпочитая (I'm) sorry, коммуниканты используют сразу несколько стратегий вежливости дистанцирования:

– выражают извинение косвенно, а не прямо, о чем свидетельствует разная семантика двух формул;

– отказываясь от употребления императивного excuse me, избегают оказания давления на адресата;

– отдавая предпочтение субъектно-ориентированной формуле I'm sorry, они выводят адресата из ситуации, что является еще одной из стратегий вежливости дистанцирования.

3. Как справендливо отмечает А. Вежбицкая [Wierzbicka 1991], ограничения на употребление чистого императива в английской коммуникации касаются не только вежливого общения, но даже и не очень вежливого. Она дает следующее объяснение этому явлению: каждый человек имеет право на свои собственные чувства, желания, мнения, и если он хочет выразить их, в этом нет ничего плохого; но если он хочет повлиять на действия других людей, то надо иметь в виду, что у них тоже могут быть свои чувства, желания, мнения, и они не обязательно должны совпадать [Wierzbicka 1991: 36]. Таким образом, даже демонстрация отрицательных эмоций в обществе, где сдержанность и самоконтроль являются одними из основных ценностей, является меньшим злом, чем нарушение права личной автономии. А. Вежбицкая делает предположение о том, что употребление чистого императива является для собеседников более оскорбительным, чем сквернословие, употребление инвективной лексики.

Следующие высказывания, содержащие ненормативную лексику и при этом оформленные в виде вопроса, иллюстрируют это интересное явление:

Why don't you all go to hell!

Would you mind shutting up your bloody mouth!

Would you mind telling me what the fuck is going on?

Подобные примеры встречаем и в художественной литературе:

…why don't you get the fuck out of muy house! (J. Colgan) (разгневанная хозяйка дома – нежелательным посетительницам).

И еще один интересный пример из романа Дж. Ашер, где герой также пытается выдворить из дома нежданную гостью:

'How the hell did you get in? What the hell are you doing in my house? Don't shut the front door! I'm afraid I shall have to ask you to leave immediately. Could you go, please? (J. Asher)

Несмотря на сильное раздражение, о чем свидетельствует употребление слова hell, императивное высказывание с восклицательным знаком (Don't shut the front door!), здесь мы видим и маркеры смягчения побуждения – I'm afraid (боюсь, к сожалению), I shall have to ask you (мне придется попросить вас) и, наконец, косвенное побуждение в форме вопроса о возможности совершить действие – Could you go, please? (Не могли бы вы, пожалуйста, уйти), что в результате, как нам кажется, сглаживает ситуацию. Однако у нашего героя иное мнение: Knowing as he did so that he was handling it badly, that he was overeacting: 'Please, get out of my house, Mrs.Evans. If you don't leave immediately I shall call the police' (J. Asher).