Чтение онлайн

Во многих текстах Тантр говорится о том, что в качестве бхайрави предпочтительнее не собственная жена, а чужая или незамужняя женщина. С точки зрения формального индуизма - это грех. Но для этого высказывания Тантр есть две причины. Во-первых, это еще одна возможность сакрального переступания закона, а во-вторых, в таких отношениях нет мирских обязательств, они исходят лишь из спонтанной любви (сахаджа-према).

Те люди, которые считают, что тантрическая «практика левой руки» - это свободный секс «с кем захотелось», не понимают самого принципа вамамары и, таким образом, являются неподходящими (анадхикари) для тантрической садханы, поскольку нарушение закона открывает врата благодати только тогда, когда оно - «ради Творца», а «Бог есть Любовь». (Кстати, еще одна - малоизвестная - параллель христианства и тантризма: в одном тамильском писании сказано, что «люди думают, что любовь и Шива отличаются, и лишь немногие знают, что только любовь и есть Шива»). Так что подлинная тантра не проповедует распущенность, как многие думают. В почитаемом тантрическом трактате, «Пурашчарьярнаве» (9-я гл.), называют необходимые качества садхаки (адхикара) для «практик левой руки»: «радостный духом, преданный женщине, контролирующий органы чувств - [такой человек] подходит [для вамачары]».

Религиозный закон имеет важность для пашу, пока он не воспитает в себе различение и понимание; и тем законничество менее значимо, чем более человек чувствует единство бытия (адвайту) на опыте, а не только концептуально. Тогда он становится вирой, ибо, по словам «Рудра-ямалы» (уттара-кханда, 1.136), «признак вира-бхавы - адвайта». И этот опыт адвайты углубляется путем «левых» практик, отказа от обусловленности саттвой (это, естественно, не означает ее замену на обусловленность тамасом). Тогда человек как бы обретает «обе руки», в которых и бхукти, и мукти.

Сакральное нарушение закона в каббале понимается как акт искупления мира (тиккун), при котором высший Свет нисходит в материю и высвобождает заключенные в ней искры, восстанавливая «единство Лика и Имени» Божества. Возможность преступать закон есть знак наступления мессианской эпохи. Поэтому Иисус Христос («сокрытый» Мессия в представлении гетеродоксальных каббалистов) хотя и говорил, что пришел «не нарушить Закон», осуждал законничество саддукеев и фарисеев и призывал к почитанию Бога в Духе и Истине. А «явленный» (с точки зрения гетеродоксов) Мессия, Шабтай Цви, прямо отменил формальные ограничения и заповеди Торы. Кстати сказать, и по времени расцвет каббалы примерно совпал с расцветом тантры в Индии. Идея тиккуна, «восхождения и нисхождения», по словам Бешта, основателя восточноевропейского хасидизма в XVIII веке, параллельна нивритти-марге (пути возвращения) в тантре. Этот поток нивритти, сворачивания к состоянию изначальной самарасъи, единства Шакти и Шивы (Эйн-Софа каббалы), и есть основной принцип вамачары. А чтобы вернуться к состоянию Свободы, лилы, нужно переступить законы дуализма, руководствуясь уже не дискретным набором правил, а своей внутренней природой (сахаджа), «быть ведомым Духом Святым». Однако это «упование лишь на благодать», действие из свободы, приведет к духовному восхождению лишь тогда, когда в его основе лежит опыт предыдущих ачар (относящихся к пашу-бхаве и правритти-марге), то есть, словами «Маханирвана-тантры», «преданность единой Истине», подлинность (МНТ, 4.73-77). Иначе, если войти в практику вамачары без готовности к ней, переступить закон не «во имя Творца», то это приведет только к деградации, что подтверждается примерами как из истории тантры в Индии, так и на современном Западе. Это та причина, по которой тантриков, равно как и гностиков, каббалистов и суфиев, чаще всего обвиняют представители традиционных религий. Но это вина не учения тантры, а тех людей, которые под ее прикрытием пытаются удовлетворять грубые желания своего эго. Хотя и в этом случае, если у человека есть, по крайней мере, тамасика-бхакти, он может постепенно очиститься милостью Божества и гуру, но гарантий этого нет. Поэтому не следует забывать, что хоть тантра - путь через наслаждение («Истинно, истинно и еще раз истинно: через наслаждение достигается Освобождение», - «Канкаламалини-тантра», 4-я гл.), но это воистину так лишь для духовно сознательных, «трезвеющих духом», а не для хаоса эго-персональностей, который зачастую представляет собой обычный мирской человек (пашу). «Счастье, возникающее от вина, мяса и общества женщины, — это свобода для внимательных, но грех для глупцов (спящих)», (Куларнава-тантра, 9.50).

Возвращаясь к теме пяти макар, обратим внимание на слова Тантр: «То счастье, которое имеют преданные Куле в служении с панъчататтвой,– это и есть истинная свобода» (Куларнава-тантра, 7.103), В пяти макарах сокрыт многоуровневый смысл. Во время вкушения таттв садхака медитирует на то, что этим он (вернее, Кали в нем) пожирает пять демонов, представляющих эго человека. В мифологии это Мадху, Кайтабха, Махиша, Шумбха и Нишумбха, победа Богини-Матери над которыми описана в «Деви-махатмье», «Девибхагавата-пуране» и «Чанди-пуране». Психологически это «пять дверей в ад»: похоть, гнев, жадность, заблуждение и гордыня. В ритуале панъчататтвы и путем особых медитативных техник (например, из «Виджняна-бхайрава-тантры») садхака очищает свои мотивации и «накапливает» осознанность.

Пять таттв также символизируют пять элементов творения (МЯТ, 7.109-110), пять чакр, над которыми человек поднимается ко внутренней шмашане, аджня-чакре, где в огне сознания сжигаются викалъпы и васаны (нечистые идеи и тенденции). Из этих пяти макар последние три — маиса, мадъя и майтхуиа– наиболее важны. В них мамса представляет состояние Шивы, внутреннее молчание (мауна), г. мадъя - Шакти, раджас, огонь чувства. Их единство, реализуемое в майтхуне, есть самарасш, маханирвана. «Вино - это Шакти, Шива - это мясо, вкушающий их — сам Бхайрава. От их единения возникает блаженство, именуемое Освобождением» (Куларнава-тантра, 5.79). Так, садхака, отождествившись с Бхайравой (Меру-тантра, 2.12), а его Шакти - с Кали, воплощает божественное совершенство, самарасъю, в соитии, в любовном экстазе.

Поэтому, по словам «Джнянарнава-тантры» (22.68), «единение мужчины и женщины и есть воистину йога». Так что майтхуна, совершаемая в состоянии любви, махабхавы, является формой тиккуна, восстановления монады в своей полноте. Все, что совершается из этого состояния, направляется божественной благодатью, и соответственно для человека в нем нет более формального закона. Говоря словами Евангелия, «познайте Истину, и она сделает вас свободными». Истиной может быть лишь тотальность («сатьям адвайтам» Шанкары), и на явленном плане эта тотальность возникает в союзе Шивы и Шакти, расы (вкуса наслаждения) и рати (энергии страсти, наслаждения), пракаши (Света, «ор» в каббале) и вимарши (Сосуда, «кли»). Это Единение, в котором возникает Великое Счастье, и есть маханирвана. Как сказано в буддийском каноне: «Ниббапам парамам сукхам» («Нирвана– высшее счастье», Маджхима-никая, 1.508).

Антиномианизм в различных мистических школах был проявлен в разной степени. В наиболее экстремальных, таких как чиначара и агхора-чара в индуистской тантре, школы сахаджаяна и ньингма-па в буддийской тантре и некоторые гетеродоксальные мессианские течения иудаизма и христианства, за принцип было взято нарушать религиозный закон, насколько только возможно. Словами одного гностического апокрифа, Евангелия Марии Магдалины: «Грешное в этом мире праведно в Царстве Отца» (1.13). Соответственно в индуистских чина- и агхора-марге прямо отрицается необходимость каких бы то ни было «религиозных принципов»: «О Богиня, нет предписаний (ниям) в садхане великой мантры» («Нитья-тантра»), а те рекомендации для садханы, которые даются, идут вразрез с брахманистскими представлениями о духовности и чистоте. Подобные пути прямо называются ведабахъя, то есть вневедическими, например, в беседе Васиштхи и Будды («Рудра-ямала», уттара-кханда, 17.128-134). Однако для Кула-марги в целом это нехарактерно. В «Куларнава-тантре» Шива называет Каула-дхарму «сущностью Вед», а в той же «Рудра-ямале» (уттара-кханда, 17.1-23) восхваляется Атхарваведа (кстати, это довольно расхожее мнение, что тантра происходит от этой Веды). При том, что каулы не обусловлены ведическим (вернее, смартистским) законодательством, внешне они предпочитают не выделяться из общей среды. Отсюда известный принцип: «Внутри -шакта/каула, снаружи - шайва, на собраниях подобен вайшнаву/ведисту», повторяющийся во многих тантрах (Каулавали-нирная, 10.95; Каливиласа-тантра, 7.12; Меру-тантра, 10.613; Тантралока и т. д.).

Подобным же образом большинство мистиков старались оставаться сокрытыми. Христоверы внешне были прилежными православными, саббатиане - иудеями (а в Турции - мусульманами), франкисты - иудеями и католиками, суфии и исмаилиты - мусульманами и т. д.

Многие Тантры строго предписывают сохранять «противозаконные садханы» в тайне, по крайней мере до наступления апогея кали-юги, когда, словами апокрифа, «Христос будет рожден в сердцах всех людей» (для сравнения - библейское пророчество Иоиля). При приближении этого времени (то есть, судя по всему, в наши дни) каула-садхана должна быть явлена открыто (МНТ, 4.79).

Так что сейчас особенно важно не впадать в законничество, ведущее неизбежно к осуждению, а сопричащаться единой благодати, Махавидье, «верить Духу Святому», по словам христоверческого мессии Данилы Филипповича.

(А.Т.)

Человек, не обнимающий женщину и не целующий ее йони - каким вообще образом может служить тебе, о Богиня?

(Вира-тантра)

Почитание йони {йони-пуджана) - сердце практики тантрического {каула) шактизма. Само слово «каула» может быть переведено также как «принадлежащий йони». Почитание йони– главная часть ритуала панъчататтвы {панъчамакары, «тантрической литургии»), называемая «особой таттвой». В йони-пудже в действительности почитаются все пять макар, так что она эквивалентна полному ритуалу, в то время как «пуджа, совершенная без почитания йони, - все равно что не совершенная вообще» (Деви-ямала). Это верно не только в отношении внешней пуджи {bahiryAga), но и внутренней (antaryAga): почитание йони должно быть постоянной медитацией, бхаваной. В 8-й главе «Йони-тантры» говорится: «Медитируй с йони на языке, йони в сознании, йони на слуху, йони в глазах. О Богиня, вся садхана тщетна без йони. Поэтому оставь другие виды поклонения и почитай лишь йони».