Чтение онлайн

Щебечет, не обращая внимания на то, что мне совершенно не хочется ни разговоров, ни компании в принципе.

– Там снег идет! Красота какая! Ханифа говорит, что он растает, потому что земля теплая. А я ей не верю!

Дергает штору, открывая окно.

Что-то падает на пол.

– Ой, - присаживается на корточки, поднимает с пола шприц.
– Что это? На шторе висело!

На шторе? И кому пришло в голову прицепить шприц на штору?

Далила несёт находку мне, кладёт на стол перед компьютером.

Кручу в руках. Шприц открыт, игла торчит, внутри немного жидкости осталось.

Он ещё и использованный?

– Что это такое, Амир?
– испуганно жмется к моему плечу.

А может, страх перед находкой - это только предлог? Потому что пальцы Далилы, уже практически не боясь и не стесняясь, по-хозяйски пробегают по моим плечам, гладят шею, зарываются в волосы.

Пытаюсь заставить себя отрешиться от понимания, кто именно сейчас со мной, и просто наслаждаться лаской.

Но моя золотоволосая ведьма отравила меня своей любовью. И каждое чужое прикосновение теперь я ощущаю, как предательство.

Мысль плавно приводит меня к осознанию.

Так. В эту комнату никто не входит, если меня нет.

С некоторых пор я даже запираю её.

Кто мог оставить здесь вот это? Да еще в таком необычном месте? Да еще и с содержимым внутри?

Можно, конечно, заморочиться и заказать экспертизу.

Но я помню, как в ту ночь Злата куталась в эту штору...

Я это вспоминаю часто, я этими воспоминаниями живу.

Это она! Больше некому.

Что в шприце? Яд?

Ну, логично, что она в тот момент могла хотеть меня убить.

Но не убила.

Наоборот. В ту ночь она мне отдавалась. В ту ночь всё изменилось. И для меня, и для неё.

Как, оказывается, тонка грань между ненавистью и любовью. И как легко перешагнуть из одного состояния в другое.

– Я папе отдам, пусть он узнает, что внутри, - сообщает Далила беря в руки шприц.

– Нет.

– Ну, почему?! Интересно же!

– Выброси. Хотя нет, оставь. Я выброшу сам.

Смешно. Если бы пару месяцев назад я узнал, что меня хотела убить моя женщина, я бы... по меньшей мере, возненавидел её!

А сейчас... Во мне не то, что ненависти, даже злости на неё нет. Наоборот, я всеми силами хочу прикрыть её, спрятать орудие мести... Даже если этим "орудием" должны были убить меня самого.

Это Эрик передал ей на похоронах. Больше некому.

– Сынок, я сегодня к Самире поеду, - в комнату заглядывает мать.
– Вчера не ездила к ней. А Адама найти не могу...

Адама я отпустил домой. Парень толковый. Жизнью способен рискнуть - это я понял, когда увозил вместе с ним Злату из её дома.

Мне спокойнее, когда он там, у себя, рядом с ней...

– Я сам тебя отвезу, - встаю, пряча шприц в ящик стола.
– Давно не был у сестры.

Мать остаётся в больнице с ночевкой. А я возвращаюсь уже поздно ночью.

В доме тишина.

По привычке вместо того, чтобы идти в спальню к жене, сворачиваю а ту самую комнату...

Мне сначала кажется, что в комнате никого нет - свет я не включаю, а в темноте не сразу замечаю маленькую фигурку, свернувшуюся на диване.

Беру из бара бутылку. Вот ведь и не собирался пить! Но на душе такая тоска, что хоть волком вой!

Ставлю на стол, падаю в кресло.

Но выпить не успеваю.

Сначала ощущаю холодок по спине - ощущение, как будто кто-то там, сзади, есть. Потом уже срабатывают и другие органы чувств. Слух улавливает лёгкий шорох, обоняние - аромат духов.

Резко подхватываюсь с места и разворачиваюсь, едва не сбивая бутылку на пол.

Но тут же понимаю, что "враг" вряд ли представляет опасность - если бы представлял, не использовал бы женские духи в таких количествах.

– Далила?

Ждала меня здесь и уснула? Это - единственный вариант, приходящий в голову.

– Ами-и-ир, - тихим стоном, как будто ей больно.

В два прыжка преодолеваю расстояние до двери и включаю свет.

Она лежит на диване.

В красивой шёлковой ночной рубашке. Лямочка спущена с плеча. Бедро наполовину оголено.

Ну, понятно! Очередной раунд соблазнения?

Но на загоревшийся яркий свет она неожиданно не реагирует. Наоборот как-то вяло откидывается назад.

Что за фигня?

– Далила!
– тормошу её, усаживаясь рядом.

Можно было бы подумать, что она - пьяна, если бы, конечно, это была не она. Я уверен, что Далила ни разу в жизни не брала в рот спиртного.

– Что с тобой? Ты заболела?
– это единственное, что приходит мне в голову.

– Амир, - хнычет.
– Спаси меня.

Прикладываю ладонь к её лбу. Мне он не кажется горячим.

Поднимает руку, протягивает ко мне. Раскрывает ладонь.

На ладони у неё лежит шприц.

Догадаться, что это - тот самый - труда не составляет.

Хлопаю глазами, не догоняя.

– Ты укололась им, что ли?
– ну, это - единственное, что могу предположить.

Беру в руки, смотрю. Остатков жидкости внутри нет!

– Далила!
– невольно повышаю голос.
– Ты это вколола себе? Говори!

Зачем? Почему?

Я просто не могу такое в голове у себя уложить - как мог инстинкт самосохранения позволить человеку вколоть себе в организм какую-то заведомую дрянь?

– Ты тронулась умом, Далила? Блять! Ханифа!
– ору на весь дом так, что, наверное, наверху слышно.

– Амир!
– садится в постели и вполне осмысленно распахивает глаза.
– Я просто... Я просто хотела, чтобы ты меня-а пожалел, как её! И чтобы...

Ревет, размазывая руками слезы по лицу.

– Ты меня спасал, как её!

Что за детский сад?!

– Так ты колола это себе?
– подношу к её лицу шприц, трясу им, выходя из себя.
– Или разыграла тут комедию с трагедией вместе?