Чтение онлайн

Война вскоре закончится. Она закончится так же бесславно, как и началась. Болезнь, поразившая Кавказ, была не вылечена, а скорее загнана вовнутрь. Трезво мыслящие люди прекрасно понимали, что мятежная Чечня еще даст о себе знать: новыми диверсиями и террористическими актами, новыми жертвами и горем. С завершением боевых действий чеченские экстремисты еще более уверовали в свою безнаказанность и принялись готовить новую войну. Похищение людей стало чрезвычайно выгодным «бизнесом» для сотен молодых и физически крепких людей, не умевших ничего иного, как мучить пытками, насиловать и убивать других людей. Пресса наполнилась жуткими сообщениями о зверствах, чинимых похитителями над своими жертвами. А ими теперь становились даже те, кто ехал в Чечню с благородными целями: лечить местное население, помогать восстанавливать разрушенную войной экономику, нести людям свет знаний. Весь мир содрогнулся от увиденного: отрубленные головы иностранных врачей-миссионеров на обочине запорошенной январским снегом дороги, изможденные лица выкраденных детей, отпиленные руки и ноги, ямы с едва присыпанными землей трупами расстрелянных кавказских пленников... Так Чечня входила в 1999 год – последний год кровавого двадцатого столетия. До 28 марта оставалось совсем немного...

Часть X.

Кавказская Голгофа

«Это было чудо Божие»

Летом 1997 года, как раз перед праздником Успения Пресвятой Богородицы, было совершено первое дерзкое покушение на жизнь протоиерея Петра Сухоносова. Однако об этом событии Батюшка написал близким со свойственной ему скромностью: «Я думал, что Вы давно знаете о мне, грешном, что было перед Успением. Да, это было чудо Божие, так прямо сказал глава администрации. По милости Божией пока тихо».

Местные органы уже располагали данными, что на настоятеля русской православной церкви в станице Орджоникидзевской готовится нападение экстремистов, которые занимались похищением людей. Но при всей бдительности и предпринятых мерах безопасности со стороны ингушской милиции, «вычислить» бандитов в разношерстой массе местного населения было не так просто. На местном базаре, по улицам станицы, возле магазинов ежедневно толкались десятки молодых кавказцев, ничем не выдающих себя за боевиков. Они курили, оживленно о чем-то разговаривали, садились в свои легковые машины, куда-то ехали и откуда-то вновь приезжали. Одна такая машина остановились однажды недалеко от Покровской церкви, не вызвав поначалу ни у кого ничего подозрительного: мало ли кто мог приехать к священнику?

«Я с сестричками Дарьей и Светланой находилась в церковной гостинице, – вспоминает живой свидетель того события Татьяна Гапотченко. – Выйдя оттуда, мы пошли проведать моих родителей, которые жили в Батюшкином доме. Возле церкви, прямо у ворот, мы встретились с батюшкой. Он открыл калитку и вышел на улицу, чтобы благословить всех нас. При этом он, как всегда, приветливо улыбнулся. Сестрички побежали к родителям, а я осталась с батюшкой. Узнав, что я собралась проведать родителей, он тоже захотел пойти к ним в гости».

И когда отец Петр вышел за церковную ограду, неожиданно сзади почти бесшумно подъехала белая легковая машина. Оттуда выскочили два бандита, схватили настоятеля под локти и силой поволокли за собой.

«Я крепко вцепилась в батюшку, – рассказывает далее Татьяна, – но бандиты меня толкнули так, что я упала на землю. Вскочив на ноги, я снова ухватилась за отца Петра, но те люди меня снова с силой отпихнули. Тогда я обхватила нашего батюшку обеими руками и громко закричала».

В тот раз этот мужественный поступок хрупкой девчушки спас протоиерея Петра Сухоносова от неминуемого, казалось, похищения. В это мгновение из двора вышел ее отец Иван Иванович Сапрыкин, а из церкви, услышав крик о помощи, выскочил Владимир Кучин, живший вместе с матерью тут же, в церковном дворе. Не испугавшись опасности, они бросились навстречу бандитам и стали вытаскивать отца Петра из машины, куда его уже почти затолкали похитители. Один из них, разъяренный от такой неожиданности, сильно ударил Владимира прикладом автомата по голове. Потом ударил снова и снова – до крови...

Машина тронулась с места, но тот с Иваном Ивановичем продолжал держать Батюшкины ноги и не отпускал их. Один из бандитов старался влезть в машину, но это ему никак не удавалось. На шум и крики из соседних дворов выбежали местные женщины-ингушки и тоже побежали к машине выручать из беды русского священника. Поняв, что план похищения сорвался, бандиты выбросили русского священника из машины, забрали своего сообщника и попытались скрыться из Орджоникидзевской. Поднятая по тревоге местная милиция организовала преследование. Завязалась перестрелка, по милиционерам был открыт автоматный огонь. Как потом рассказывали свидетели, вся милицейская машина была изрешечена пулями похитителей, но милиционерам тогда все же удалось обезвредить часть нападавшей банды. Сам же отец Петр Сухоносов, вспоминая об этом случае, в своей простоте говорил: «А я думал, что они меня попросили где-то панихиду отслужить...»

Вскоре покушения на жизнь настоятеля повторятся. Так начнется «охота» за православными священниками. Если быть точнее, началась она несколькими годами раньше, когда было совершено похищение священнослужителей Михайло-Архангельского храма в Грозном. И снова лишь чудо спасло их от неминуемой смерти в бандитских застенках Чечни.

Пленники

За день до нападения на протоиерея Петра Сухоносова – в ночь с 26 на 27 марта 1999 года – чеченскими бандитами будет похищен протоиерей Петр Макаров – настоятель храма в станице Троицкой. Прибывший ему на смену из Пятигорска священник Сергий Потапов также будет выкраден похитителями через два дня после своего прибытия к месту служения. Вот как он описывает события той ночи:

«Брали меня сразу одиннадцать боевиков. Они нейтрализовали охрану, которую мне выделили местные власти, посадили насильно в машину и увезли. Морально я уже был готов к тому, что такое может случиться. Куда везли – сориентироваться было трудно, они часто меняли направление. И в дальнейшем меня перевозили с места на место. Глаза завязывали, и понятия не имеешь, где ты находишься. Однако переезды случались не очень часто: видимо, по необходимости, для соблюдения конспирации. Бывало и так, что привозили в тот же самый дом, покружив с полчаса по окрестностям».

Избивать отца Сергия бандиты начали сразу же после захвата. Правда, отца Петра Макарова, которому на тот момент исполнилось 72 года, все же не били, а если и били, то не так жестоко. Объяснить этот факт традиционным на Востоке уважением к старикам никак нельзя, ибо само похищение и зверское обращение с жертвами уважением назвать невозможно, тем более что отец Петр Сухоносов – 70-летний почтенный старец – через день в полной мере испытает на себе «кавказское гостеприимство» своих похитителей.

Можно предположить, что нападение на русских священников совершали разные группы боевиков, пленников содержали поодиночке и почти не давали возможности им встретиться. Пленникам отцу Петру Макарову и Сергию Потапову по несколько дней не давали пить и есть. По словам отца Сергия хозяин мог просто уехать на несколько дней по своим делам, а по действующим в Чечне шариатским законам ни женщина, ни дети не имеют права накормить пленника. Поэтому изможденные священники вынуждены были делить литровую бутылку воды и кукурузную лепешку на несколько дней. Водой приходилось не утолять жажду, а лишь немного увлажнять пересохшее горло. Однако, если хозяин отсутствовал долго, организм почти обезвоживался. И тогда даже привыкшему к строгим постам священнику приходилось чрезвычайно тяжело. К чисто телесным страданиям добавлялись и моральные истязания, например, многодневное пребывание в абсолютной темноте.

«Мы с отцом Петром сбились в ощущении во времени, – вспоминает отец Сергий. – Я, например, ночью не мог спать, а днем, наоборот, клонило в сон. Кроме того, неприятное ощущение создавало частое нахождение под стволами. Допустим, тебя везут куда-то в машине, у чеченцев передернутые затворы, патрон дослан в ствол, палец на спусковом крючке, ствол упирается в бок. А вдруг машина дернется?..»

Преодолевать уныние, страх и отчаяние, по словам батюшек, помогала молитва. Даже в плену они не переставали молиться.

«Если мы не на службе, – говорит отец Петр, – то должны постоянно читать Иисусову молитву: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя, грешного». И тогда к человеку не идут мысли отчаянья. Я все думал, что, если будут мучить, нужно стараться не потерять связь с Богом, просить Его дать силы переносить страдания. Ведь сказано, что не нужно бояться, когда убивают тело. Главное – не допустить, чтобы убили душу».

Когда отца Сергия после его освобождения из чеченского плена спросили, как он оценивает произошедшее с ним: как чистую случайность или Промысел Божий, Батюшка ответил: «Господь каждого из нас к чему-то готовит. Ведь все, что ни делается, совершается по попущению Божиему. Думаю, что Господь испытывал мою веру, тверд я в вере или нет, достойно буду нести звание православного священника или смалодушничаю».