Кавказский Хищник. Плохая девочка будет наказана
Шрифт:
Только этот выбор - это не мой как мужчины. Это выбор женщины, выбор самой Рады. Она бы не согласилась меня делить. Я выбираю ее, а значит- и ее выбор. Вот что ключевое. И в вашей ситуации должна решать Меседу. Если ее устраивает так, как предлагаешь ты- это ее выбор. С точки зрения религии все верно и ты имеешь право на такие отношения. Если не устраивает- тоже ее выбор и уже тогда твои проблемы… Устраивает тебя такой ответ?
– Умный ты парень, Анзор…- хмыкает Аскеров.
Мать годами терпела измены Гаджиева. Она давно переступила ту черту, за которую Рада бы не зашла никогда. Вот суровая, неприглядная, жестокая, но правда. И она касается далеко не только браков на Кавказе. Каждая женщина вне зависимости от своей культуры, традиции, религии и страны делает выбор- что для нее допустимо, а что неприемлемо. Это ее зона ответственности. Измена твоего мужчины в первый раз- это его предательство, а если ты с ним после этого остаешься- уже твой выбор и претензий быть не может...
Мы переглядываемся с Аскеровым.
Он улыбается глазами.
– Иди к маме, сын…
Спустя десять минут мы стоим с ней на кухне. Она крепко-крепко меня обнимает и плачет.
Возможно, ее жизнь не была совершенной, как и тайны, которые неизвестно бы когда вскрылись, да и вскрылись ли бы вообще, если бы не покушение. Но кто я такой, чтобы судить ее… Свою мать… Ту, кто дала мне жизнь и делала все, чтобы я вырос тем, кем я есть сейчас.
Единственное мое желание- чтобы она была счастлива и здорова.
Это та кавказская мудрость, которую я впитал с детства.
И своих детей я хочу воспитать с таким же отношением к их матери.
Эпилог
– Господи, выведите его отсюда!- раздраженно обращаюсь к медсестре, созерцая, как синеет лицо Анзора. Мне и так сейчас, мягко говоря, не особо-то сладко.
Как-то так получилось, что я безалаберно отнеслась к подсчету интервалов между схватками. В итоге в роддом мы добрались при раскрытии девять… Врач категорически запретил делать эпидуралку. Добро пожаловать в ад, Рада. Переживешь все муки родов, как матроны в Средние века. Это чтобы в первый и последний раз. Вопреки желаниям этого ненасытного животного плодиться и размножаться, как мормоны.
Но даже не усиливающаяся дикими частыми спазмами боль сейчас так сильно меня выбешивает, а его реакция. Что, я единственная женщина, которая рожала на этом свете?! Зачем эти угрозы в адрес медперсонала, истерики, закатывания глаз, вызов главврача уже пятый раз за полчаса?! А теперь он синий и вот-вот упадет в обморок - и перетянет на себя все внимание…
– Анзор, я прошу тебя по-человечески! Выйди из палаты! Я хочу родить в спокойной обстановке без тебя! Ты нервируешь меня! Не надо на меня смотреть так, словно бы я уже на оргии с чертями! Не дождешься пока! Иди уже! Тебя позовут! Попей виски или чаю! Не знаю, в телефоне посиди…
– Она сошла с ума…- закатывает он глаза,- от боли… Я читал, такое бывает… Не слушайте эту ослицу. Я остаюсь!
– Если вы его не выведите, я сожгу эту клинику, как только, мать его, разрожусь!-зло ору на врача.
Уже не до шуток и даже сарказма!
К счастью, усмирить Анзора получается.
Как только мы остаемся узким девичьим составчиком, все идет как по маслу и я сама не понимаю, как быстро все заканчивается…
Между ног словно бы проехался танк, но ощущение тотального счастья не перекрыть ничем.
Он забегает обратно. В смешной сеточке на голове. Свою я стянула категорично, как только дали мне ребенка на руки. Тут же расправила заранее подкрученные локоны и даже надела пеньюар. Не хочу выглядеть убого перед ним.
Анзор тискает малыша. Нюхает его. Смотрит с таким смятением, любовью и нежностью, что и у меня дух захватывает.
– Мой Саид, шепчет он в черную длинноволосую макушку,- мой мальчик… Мой первенец…
– С волосиками родился,- умиляется рядом нянечка,- хорошая примета. Женщины любить будут.
– Еще бы,- усмехается не сводящий взгляда обожания с малыша отец- «героин»,- с наследственностью такой матери как не быть суперзвездой…
– Мда…- усмехаюсь я,- а с таким отцом, думаю, у нас впереди долгие-долгие бессонные ночи дет до двадцати пяти, пока не пристроим его к какой-нибудь девице в мужья.
– Не надо ему рано жениться,- критично смотрит на сына Анзор, словно бы реально сейчас его слова имели какою-то пророческую силу,- пусть ебет все, что движется и ни в чем себе не отказывает! Женится, когда найдет свою! Лет в тридцать, не раньше! Как отец!
Я закатываю глаза и уже даже не краснею под шокированными взглядами медицинского персонала. Что поделать. Он такой.
– То есть ты бы раньше на мне не женился бы?!
– Рада… Умоляю, заткнись хоть сейчас. Кайф не обламывай, а?!
Мы вдруг оба срываемся на ржач. Наши приколы понятны только нам, наверное.
Немного грубоватые, очень пошлые, прямые… До предела искренние.
Просто со мной он реальный… А я с ним. И это так круто, что не нужно притворяться.
И потому меня только веселят, а по большей части возбуждают все эти его сообщения на совещаниях, или когда я орчу в офисе за важными делами… «Я хочу тебя оттрахать на этом столе», «зайдешь ко мне с отчетом и отсосешь», «сегодня вечером отработаешь»…
Кто-то бы сказал, что мы сумасшедшие.
А мне плевать.
Я заслужила свое счастье…
Спустя четыре года
– Зайди-ка ко мне в кабинет,- раздается в селектор крайне агрессивно.
Ну что там опять?
На этой неделе он совсем не в духе.
Бесит.
Еще и Алия жуть какая родилась непоседливая. С Саидом такого не было. Идеальный мальчик был. Кушал мамину сисю и спал целыми днями и ночами. А эта орет, как не в себя. Мы уже оба как зомби за эти четыре месяца… И ни няни не помогают, ни понимание того, что все это временно, а дети быстро растут, как всегда любит философски говорить мама Анзора…
Туфли слегка давят на подъем. Я давно не носила высокий каблук. С девочкой отекала всю беременность в отличие от малыша-Сэма. И теперь непривычно, конечно. А может дело в том, что пока еще, к сожалению, я так и не вернулась в свой идеальный вес…
– Закрой дверь за собой, Радмила,- встречает меня свирепым взглядом Анзор.
Слушаюсь и повинуюсь.
Ну что такого жуткого могло произойти?!
Ответ не заставляет себя ждать.
С громким хлопком он кидает на стол белую коробочку. Вопросительно на нее смотрю. А потом вдруг как понимаю…
– Это что?
– Ты знаешь, что…
И заржать ведь сейчас хочется, а не ржется…
Дурацкая ситуация, правда…
– Просвети, пожалуйста, почему это пришло на рабочий адрес сегодня с утра и секретарша, как того требуют правила безопасности, вскрыла посылку…
Вот сейчас мои щеки заливает краска.
– Рада… Я жду объяснений… отмазаться тем, что это не твое, сейчас не получится… На посылке твоя, мать его, фамилия. Получатель: Радмила Гаджиева… Отправитель: ИП «Грязные штучки»…