Чтение онлайн

И тут перед нами сгустилась тьма!

Только что мне казалось, темнее уже ничего быть не может, но я увидел огромную чёрную кляксу, похожую на провал в бездну!

Нишай вскрикнул! Навстречу полыхнуло белым!

Клякса забилась, словно живая, пожираемая белым сиянием!

— Вот так! — торжествующе крикнул Нишай и выкинул руку вперёд.

Белая вспышка осветила Шудура, сидящего на драконе. Странно, но молния в его руках только зарождалась, маленькая, как теннисный мяч.

— Вверх, скотина ленивая! — заорал на дракона Шудур, швырнув в Сурлана недоделанный шарик.

Молния полыхнула у воина под ногами, вышибая у него из рук лук, а дракон рванулся вверх.

— Они здесь! Быстрее! Сюда! — орал Шудур.

Но найманы что-то не торопились. Похоже, терий Верден нарочно медлил, давая нам шанс пришить своего главного колдуна. Надоел, он ему что ли?

Следующая молния, скатанная Шудуром, была уже полновесной. Нишаю пришлось прыгнуть и перекатиться по камням, чтобы отбить её.

Найманы двинулись наконец. Судя по звукам — строем и не спеша.

Я шепнул Сурлану, чтобы он отступал потихоньку к Белой горе, пользуясь темнотой. Нам лучше было рассредоточиться.

Мы с Нишаем могли отвлечь всю эту банду на себя, чтобы дать Сурлану и его людям шанс отойти к пещере.

Сколько-то мы с Нишаем продержимся. Сколько там можно телиться в этой Белой горе?! Долго, что ли, получить меч?

Будь с нами все наши воины — можно было бы отступить к лесу!

Дракон заревел, и здоровенный пылающий шар ударил в землю рядом с Сурланом, отбросив его и оглушив меня к чёртовой бабушке.

Колдун догадался, что бить надо в землю. Взрывная волна была эффективней прямого удара!

Несмотря на звон в ушах, я кинулся к упавшему Сурлану. Дракон заревел прямо над моей головой. Воздушный удар возвестил, что промахнулся он только чуть-чуть.

— Кай, назад! — запоздало крикнул Нишай.

Шудур захохотал, закладывая вираж, и вдруг рёв дракона сменился визгом.

Нишай схватил меня и потащил. Слегка оглушённый, я ворочался еле-еле. В ушах звенело, а перед глазами плясали искры.

— Сурлан! — выдавил я.

— Его несут, быстрее! Держись за Мавика.

Он сунул мне в руку волчью шлейку, и Мавик потащил нас обоих в спасительную тьму.

С неба нёсся визг дракона. Такой дикий и оглушительный, словно его там пожирали заживо.

— Белая гора! — выдохнул я. — Там наши! Надо туда!

— Там слишком светло! — крикнул Нишай. — Лучше остаться в темноте, найманам всё равно не до нас!

Рядом раздался свист, и земля содрогнулась — драконья туша рухнула вниз!

— Что это было? — спросил я.

И услышал торжествующий волчий вой.

В нём было столько злости и ликования, что у меня волосы встали дыбом, словно я и сам был волком.

Мавик тоже ощетинился, задрал морду и попытался завыть.

— Там твой Бурка, — уверенно сказал Нишай. — Или его приятели. Они-то прекрасно видят даже во тьме горы. И растерзали дракона. Надеюсь, вместе с Шудуром!

— А что, тут какая-то особая тьма? — спросил я.

— Священная, — усмехнулся Нишай. — Из самого Нижнего мира. Так что мы и тьму сегодня осквернили… И гору Тенгри, и тьму Эрлика! Ну и ночка выдалась…

Он засмеялся и плюхнулся на землю. Обхватил руками голову. Но пострадать и раскаяться в грехах ему не удалось.

— Сюда! — позвал один из охотников, выныривая из темноты. — Колдун может лечить?

— Что с Сурланом? — вскинулся я.

— Его ударило о камни, — скупо пояснил охотник.

— Идём, — велел я Нишаю. — Тенгри тебя простит. Потом. Хватит рассиживаться. Ты ж хоть немного, но разбираешься в медицине?

Колдун фыркнул и поднялся. Но тут же мы замерли все трое.

Оттуда, куда упала туша дракона, раздалось вдруг леденящее кровь рычание. Оно было пострашнее драконьего. Я тут такого ещё не слышал.

— Дикие волки, — сказал охотник. — Они сожрут дракона. И найманов сожрут, если они не отступят. Это и есть проклятие тьмы.

Нишай нервно усмехнулся, не веря в такое простое объяснение мистического «священная тьма».

— Ну, пошли тогда раненого посмотрим, — сдался он.

Нишай повозился с Сурланом, поворожил над ним и заявил, что сразу воину легче не станет — надо поспать. К рассвету заклинание должно подействовать. Если не выйдет — то… Он не лекарь.

Мы уселись рядом с лежащим. Перетянули его на куртку одного из охотников. Попробовали напоить водой — без толку. Оставалось ждать.

Мавик заскулил, заглядывая мне в глаза. Где-то рядом чавкали и рычали его собратья.

— Ну иди, — сказал я. — Только будь осторожен. Как бы они и тебя в запале не съели.

Мавик прижал уши, потоптался нерешительно и нырнул во тьму.

Я вздохнул, вспоминая жареные драконьи рёбра. И колбаску. И Бурку. И страдал минут пять, пока один из наших не сунул мне в руку полосу сушёного мяса.

Усевшись вокруг Сурлана, мы устроили мини-привал. Вода, мясо, сухой сыр. Этакий пикничок под леденящее кровь рычание и звуки разрываемой туши.

Я помнил, с какой яростью Бурка жрал драконятину. Видно, и его сородичи сейчас совсем озверели, и лезть к ним не время.

Ничего, зато найманы теперь до рассвета ни к нам, ни к Белой горе не сунутся.

— А чем это Шудур запустил в нас? — спросил я Нишая. — Чёрное такое?

— Так это ж хоргон, — усмехнулся он. — Белый хоргон — чёрная тьма. Хоргоны редко применяют в бою.

— А почему?

— Потому что против хоргона есть действенное заклинание. Правда, оно требует времени.

— Так ты его и шептал? Ты догадался? — поразился я.

— Шудур — всегда был небольшого ума, — кивнул Нишай. — Он видел, что терий Верден медлит, боясь нарушить священный покой предгорной тьмы. Знал, что у нас — два драконьих меча. К тому же — он трус.

— А это-то тут причём?

— Выхода было два — швырнуть белый хоргон, чтобы тьма поглотила нас. Или напасть с мечом. Но для труса — оставался только один выбор.

— И ты готовился?

— Ага. Говорят, что я — хитрый. Но ведь не было иных вариантов?