Чтение онлайн

– Кать, ты что, дура? Зачем ты ему про всех этих мужиков понарассказывала?

– Не знаю, – призналась Катя. – Меня понесло. Думаю – вдруг этот Олег думает, что я такая скромная, никто меня на свидания не приглашает, вот я и рада-радешенька, что он меня пригласил. Чтобы нос не задирал! Чтобы знал, что у меня таких десяток. Что я нарасхват.

– Ну и сумела ты ему доказать свою сверхценность?

– Не знаю. Он все время на меня так странно смотрел. Правда, улыбался. И улыбка его становилась все шире и шире… – задумчиво повествовала Катя. – Потом нам на столик официантка принесла еще один букетик цветов. Говорит – от незнакомца. Понятия не имею, кто мне такую подлянку подстроил. Я вся извертелась, чтобы засечь этого гада. А Олег, боюсь, подумал, что я букетик подстроила сама… Потому что это кафе я выбрала. Мы там однажды с художником сидели, Кормушкиным, помнишь? Ну тем алкашом, который меня в натурщицы приглашал. Чтобы я у него в мастерской в белом халате нараспашку сидела, а под ним вся голая…

– Ты что, и про Кормушкина рассказала? – ужаснулась Ирина.

– Да нет, что ты. Я же не дура. Олегу, оказалось, достаточно было этого гребаного букетика от незнакомца. Улыбаться перестал. Потом о литературе заговорили, когда курицу на гриле ели. Ну тут все гладко пошло, пока речь не зашла о Мариетте Чудаковой.

– О куда вас занесло! – удивилась разносторонним интересам Кати и Олега Ирина.

– Сначала о Булгакове, естественно, говорили. Оказывается, любимая книга Олега тоже «Мастер и Маргарита». А я возьми да ляпни, что знаю Мариетту Чудакову. Он приятно удивился, что я не только ее труды о Булгакове читала, а и саму знаю. Говорит: расскажите поскорее, мне про нее очень интересно послушать.

– А ты ее действительно знаешь? – удивилась Ирина.

– Ирка, я ему соврала! Когда исчерпала тему о своих поклонниках, думаю – чем бы его еще поразить? И ляпнула!

– Ну и как ты выкручивалась? – с сочувствием спросила Ирина.

– Говорю ему: «Ну не то, чтобы лично ее знаю. Она однажды по телефону с нашей заведующей разговаривала. Хотела по блату в нашу клинику лечь. А та дала мне трубку, голос послушать». Он как стал ржать, чуть со стула не свалился. Мне так стыдно было!

– Да, глупее не придумаешь. Катя, по-моему, он подумал, что ты полная дура.

– Утешила! Спасибо тебе большое! Я думала, ты найдешь какие-нибудь умные слова – типа неадекватное восприятие ситуации, заниженная оценка интеллекта собеседника. А ты прямо в лоб как шарахнула, решила меня окончательно добить, – совсем раскисла Катерина.

– Ну и чем закончилось ваше свидание?

– Представляешь, он меня ни разу не поцеловал! При встрече, правда, к ручке приложился. А на прощание даже не назначил свидание! Говорит: «Позвоню как-нибудь». Так говорят, когда знают, что никогда на позвонят!

– Катя, ну согласись, что вела ты себя крайне глупо. Я даже не ожидала от тебя такого.

– Теперь я и сама знаю. Ах, зачем я такая дура? – заломила руки Катя. – Вернуть бы этот вечер обратно, я бы не молола языком, как нанятая, я бы слушала его, тогда бы поняла, чем его поразить!

– Вот именно. Мужчину сначала слушать нужно, пока не врубишься в тему. Они, кстати, больше всего о себе любят говорить. Надо им сначала поддакивать, нащупывать слабинку, польстить немного. Сказать: «О, какой вы умный! О, как с вами интересно. А я этого не знала! А я и того не знала».

– А если я знаю и то, и это?

– Не признавайся сразу. Пуская думает, что он первооткрыватель. Больше любить будет.

– Тогда почему ты меня не подготовила к свиданию? Я бы не наделала этих ошибок!

Я его больше не увижу! – расплакалась Катя.

– Кать, я не думала, что ты не умеешь общаться с мужиками. У тебя же их десятки, сама рассказывала. Вот я и решила, что у тебя с ними все в порядке, просто они тебе быстро надоедают. Я до знакомства с Шуриком такая же была. Все быстро надоедали. У меня даже был личный рекорд – один надоел уже через пятнадцать минут. И я свалила. Представляешь, за пятнадцать минут он мне трижды сказал: «А звезды блестят» и трижды «А поезда едут…». С претензией на романтичность. А рожа при этом глупая – глупая…

– Про десятки я трепалась. На самом деле я уже сто лет не ходила на свидания.

– Да, подруга, в этом деле нужна практика, – безжалостно заявила Ирина.

– А исправить уже ничего нельзя? – жалобно заныла Катерина. – И зачем я только вспомнила про стоматолога Агеева, Петюнчика из травмы или Семенищева с его рентгеном? Ведь на самом деле мне на них наплевать! Да и на Кормушкина тоже наплевать. Я и так тогда от него бежала быстрее лани. Но Олег такой! Такой!..Ирка, я в него так влюбилась и все сама испортила! – Катерина опять залилась слезами.

– Слушай, Кать, – задумчиво погладила подругу по голове Ирина. – У тебя гордость есть?

– Нету. Я готова сейчас на все, чтобы он опять позвал меня на свидание.

– И отлично. Умница. Какая на фиг гордость, когда сердце разрывается от неразделенной любви? Начнем исправлять ошибки.

– А получится? – с надеждой спросила Катя, заглядывая в глаза Ирины.

– Не знаю, – честно призналась та. – Но попытаться нужно. Для начала позвони и скажи, что обычно от волнения ты несешь всякую чепуху. Что к свиданию ты отнеслась очень ответственно, но переволновалась. Скромная, значит, очень. Скажи, что боишься, что он тебя неправильно понял. Одним словом – ты совсем другая. Я думаю – он заинтересуется, какая ты на самом деле. Женщина ведь может быть всякой – сегодня она добрая, а завтра стерва. Сейчас нежно поцелует, а через пять минут ей вожжа под хвост попадет и она может так рявкнуть! В принципе, мужчины к таким переменам всегда готовы. Им это даже интересно. У меня есть приятельница, недавно с французом разговаривала, она переводчица. Спрашивает у него: а как вам русские женщины? А он ей: они такие необыкновенные, хотя и странные – одновременно и нежные, и жесткие. Это взгляд на нас со стороны. Видишь, им нравятся женщины, в которых все понамешано. Я имею ввиду умных мужчин. А если он дурак – он нам не нужен, правда, Катюша?

– А что сказать про этих, про которых я наплела ему с три короба?

– Скажи, что не придаешь их ухаживаниям никакого значения. А то если ничего не говорить, он подумает, что ты их придумала. Дескать – никто за тобой не бегает, значит ты никому не интересна. Это тоже плохо. Умным мужчинам важно, чтобы их женщина была интересна и другим. У них тогда повышается самооценка.

– А как ты думаешь, еще не поздно позвонить? А то я не усну. А завтра все перегорит и я забуду твои умные наставления.

Ирина посмотрела на часы и вздохнула.

– Вообще-то в одиннадцать ночи звонить не очень прилично. Вдруг он встает в шесть утра? Но с другой стороны ты и так все испортила, дальше ехать некуда. Давай, звони, – разрешила Ирина. – Может, он тоже о тебе сейчас думает. Пытается разгадать твою загадочную душу. Будет ему нечаянная радость.

– Особенно если он думает, какая я дура. А тут как раз и подтверждение.

– Нет, это как раз подтверждение твоего необыкновенного ума – склонность к самоанализу и самокритике. Умный мужчина это всегда оценит.

– Ой, хоть бы он не был дураком! – взмолилась Катя и сложила ладошки, прижав их к груди, как кающаяся Магдалина.

– Жаль, что ты этого не успела понять, все-таки вы вместе провели два часа! – укоризненно заявила Ирина. – Ладно, не теряй времени, иди звонить.

Катя прихватила телефон и пошла с ним в ванную, закрыв за собой все двери. Лицо у нее было испуганное и напряженное. Ирина решила не спать и подождать, чем же закончится разговор с Олегом. Если он решит бортануть подругу, надо будет ее утешать. Ирина закрыла глаза, привычно представила любимое лицо Шурика, его улыбку, замечательные глаза, в которых увидела любовь и нежность. Где бы он не был, что бы сейчас не делал, она любила его и очень надеялась, что он вспоминает ее и жалеет, что так по-глупому сбежал из дома. Обиды уже никакой не было, и даже досада улетучилась. Она вдруг поняла, что Шурик уехал только потому, что она ему очень дорога, и одна мысль о том, что она может влюбиться в другого мужчину, была для него мучительной и невыносимой. И только теперь ее пронзила мысль, как же ему было тяжело, когда он застал ее с Антоном вдвоем, хотя ничего предосудительного между ними не было. «Что же он пережил, бедняга! Бедный, бедный Шурик! Что же я натворила!» – думала Ирина и готова была уже расплакаться, как в комнату влетела Катька, опять нырнула под ее одеяло и затормошила подругу: