Каждый раз, целуя…
Шрифт:
– В какой-то грязной, пыльной комнате без света и без стола.
Мэтью пошел по коридору в кабинет. В это утро он не позаботился открыть тяжелые бархатные шторы, поэтому сделал это теперь.
– Слава Богу. Ужасное место, – заметил Сомертон.
– Зачем ты здесь?
– Честно говоря, у меня есть кое-что для тебя. – Он протянул Мэтью большой конверт. – Похоже, мы оба поднимаемся к вершине великосветского общества.
– Почему? – Мэтью рассматривал приглашение на костюмированный бал, который маркиз Энкрофт устраивал у себя дома следующим вечером.
– Уверен, он слышал о том, как мы спасли леди Дженнет от самого прискорбного события.
– Несомненно. – Если Селби и не рассказал Энкрофту, то Дженнет, скорее всего, рассказала.
– Ты пойдешь?
Так как Энкрофт был близким другом семейства Селби, то, возможно, это был бы подходящий момент объявить о помолвке. Если бы только удалось выпроводить Сомертона из дома, чтобы получить возможность спокойно сделать Дженнет предложение.
– Непременно пойду.
Налив себе бокал портвейна, Сомертон вальяжно опустился в кресло с потрескавшейся кожаной обивкой с таким видом, будто в ближайшее время не намеревался уходить.
– Итак, ты уже собрался с силами, чтобы спросить ее?
– Я не видел ее после возвращения в Лондон, – солгал Мэтью.
– Что ж, я совершенно уверен, что она будет на балу у Энкрофта, так что поговори с ней там.
Мэтью обвел взглядом комнату, размышляя, что он может предложить Дженнет. Ни имени, ни состояния, ни даже приличного дома, в котором можно жить, у него не было. Правда, он обладал титулом, делающим ее графиней, но это, по-видимому, все.
– Ты уже решил, как объявишь об этом ее брату? – поинтересовался Сомертон.
– Нет. Парень угрожал обратиться в суд и аннулировать завещание бабушки, если она выйдет за меня замуж.
– Будь он проклят! – Осушив бокал, Сомертон со стуком поставил его на стол. – Я поговорю с ним.
– Нет.
– Я знаю его лучше, чем ты. – Сомертон барабанил пальцами по подлокотнику кресла. – Я могу убедить его, что ты любишь девушку, а не ее деньги.
– В этом деле мне не нужна твоя помощь, – резко бросил Мэтью, ощутив приступ негодования.
– Разумеется, нет, – пожал плечами Сомертон и, встав, кивком попрощался. – Теперь я должен идти.
Слава Богу.
– Всего хорошего, Сомертон.
Мэтью проводил Сомертона по коридору до двери и, как только тяжелая деревянная дверь закрылась за ним, бросился наверх, к Дженнет, но, войдя в комнату, помрачнел.
– Дженнет?
В ответ ни звука. Ее одежды не было, и ее сладостный аромат тоже исчез. Сев на край кровати, Мэтью увидел записку.
«Уже становится поздно, и мама начнет тревожиться обо мне. Спасибо, что поговорил со мной. Твои слова стали для меня огромным утешением. Я не успела сказать, что нашла тебе невесту. Она достаточно взрослая, чтобы не требовалось согласие ее родителей, и для нее твоя репутация не имеет значения. На маскараде у Николаса она будет в костюме Афродиты. Пожалуйста, приходи, чтобы я могла познакомить вас.
Твоя Дженнет».
Дженнет нашла ему невесту? Мэтью разорвал записку на клочки и швырнул их в догорающие угли камина. Проклятие! После всего, что было между ними, она все еще хочет, чтобы он женился на другой женщине.
Ну, нет, ничего не выйдет. Он отправится в дом ее матери и добьется, чтобы Дженнет вышла за него замуж. Неужели Дженнет не понимает, что они не предпринимали никаких мер предосторожности? Возможно, в этот момент она уже носит в себе его ребенка.
Пригладив волосы, надев пальто и шляпу, Мэтью сошел вниз по растрескавшимся мраморным ступенькам, тщательно избегая самых разбитых, и отправился к дому на Брутон-стрит, в гневе не замечая пронизывающего ветра.
Постучав в парадную дверь, Мэтью ожидал появления дворецкого или лакея, и дверь наконец слегка открылась.
– Чем могу быть полезен, сэр?
Мэтью подал дворецкому визитную карточку и ждал.
– Да, милорд?
– Я здесь, чтобы увидеться с леди Дженнет.
– Сожалею, милорд. – Дворецкий нахмурил пушистые белые брови. – Леди Дженнет нет дома.
– Где она? – потребовал ответа Мэтью.
– У меня не то положение, чтобы спрашивать ее, – ответил дворецкий.
– Где она?
– В чем дело, Грантем? – спросила за дверью леди Селби.
– Леди Селби, я должен поговорить с вашей дочерью.
– Откройте, Грантем, – распорядилась леди Селби. Дверь полностью открылась, и перед Мэтью предстала леди Селби, которая, положив руки на бедра, смотрела на него. – Лорд Блэкберн, моей дочери нет дома. Но она сказала, что если вы придете, я должна передать вам, что она не будет разговаривать с вами до завтрашнего бала.
Мэтью стоял и молча смотрел на нее. Дженнет не хочет даже разговаривать с ним? Возможно, она на самом деле нашла ему невесту и это способ избавиться от него. В конце концов, он, как и Джон, всего лишь охотник за состоянием.
Глава 22
– По-моему, это самый неудобный костюм из всех, какие я когда-либо надевала, – пожаловалась Дженнет своей горничной.
– Да, мадам. Это из-за морской раковины, – отозвалась Молли, делая последний стежок, чтобы прикрепить морскую раковину к платью.
Афродита, выходящая из моря, возможно, не самая лучшая идея для бала-маскарада.
– И как мне сидеть в этом? – со смехом спросила Дженнет.
– Очень осторожно, – тоже усмехнувшись, ответила Молли. – А иначе все оторвется.
– Нет, я буду весь вечер стоять. Хм… о том, чтобы танцевать, тоже не может быть и речи.
– Но видеть вы, по крайней мере, можете? – спросила Молли, завязав Дженнет маску с торчащими из нее по бокам белыми перышками.
– С трудом. Этот наряд просто безумие.
– Но он великолепен, мадам.
Несмотря на всю возню с одеждой, внутреннее возбуждение не покидало Дженнет. В этот вечер она скажет Мэтью, что любит его, что она больше всех других подходит ему в невесты и что она сделает все возможное, чтобы поправить его репутацию. Несколько ее знакомых пользовались влиянием в высшем обществе, и Дженнет надеялась, что может рассчитывать на их поддержку. Не имело значения, что другие думали или чему верили, потому что ее семья поддерживала ее, и всегда будет поддерживать.