Чтение онлайн

– Тогда я запрещаю тебе флиртовать с кем-либо, кроме меня, - произнес он тихим бархатным шепотом мне в самое ухо.
– Это ясно?

Мурашки побежали по всему телу, а сердце грозилось вот-вот выскочить из груди.

– Ты, кажется, возомнил о себе слишком много, - усмехнулась я.

Старалась, чтобы мой голос звучал уверенно и вызывающе, но получилось довольно слабо и откровенно жалко.

Тео коснулся моей шеи подушечками пальцев и невесомыми поглаживаниями провел ими снизу вверх, от ключицы к подбородку. Развернул мое лицо к себе так, чтобы я смотрела только на него. Да я и не могла уже смотреть куда-то еще, в каком-то сантиметре от губ, завороженная пронзительным взглядом и собственническими движениями.

Попыталась было упереться руками в грудь Тео, чтобы хотя бы отодвинуть от тебя. Ну хоть немного, чтобы дышать не только его запахом, кружащим голову, и попробовать включить свой мозг. Но Тео ловко перехватил одной рукой мои руки и завел их мне за спину, второй ладонью продолжая водить по шее и ключице. И ниже, на грани еще влажной кожи и махрового полотенца.

– Так касаться тебя могу только я. И никакие другие императоры и любые другие мужчины не имеют на это право. Понятно?

 - Тебе местное вино в голову ударило?

– Мне ты в голову ударила.

– Ты бредишь, Левинтон.

– Да. Тобой.

А потом он склонился ниже и... нет, он не стал сразу кидаться на меня с поцелуями. Он неожиданно начал шептать мне на ухо комплименты, чем ввел меня в изрядный ступор. Он говорил всякие нежности, признаваясь в том, что постоянно думает обо мне и, просыпаясь рано утром, любит любоваться еще спящей мной, взъерошенной и ставшей такой близкой за короткий срок. Он сравнивал меня с языками пламени - такими завораживающими, но одновременно горячими и опасными. Возвышенные и просто ласковые слова перемежались откровенными речами с перечислением того, что именно и как Тео хочет со мной сделать.

Он заговорил мне зубы так, что я вообще не поняла, в какой момент оказалась стиснута в крепких объятьях. Весь мир сжался до одной точки, а точнее - до одного мужчины, который околдовывал меня своей лаской и одновременно - своим напором. Я не понимала, почему так остро реагирую на него, но ничего не могла с собой поделать: таяла, становилась мягкой и податливой.

Я расцветала в его руках подобно нежному цветку, тянущемуся к теплу, к солнцу. Сейчас моим персональным солнцем был Тео, приподнявший меня за подбородок. Он буквально загипнотизировал меня своим невероятным взглядом, а потом осторожно поцеловал. Медленно, неспешно пробуя на вкус. Очень нежно, но одновременно напористо, словно бы показывая, кто тут главный, и что бежать бесполезно.

Но бежать я и не собиралась. Я уже не могла да и не хотела сопротивляться. Последние разумные мысли капитулировались, когда Тео стал оглаживать мои плечи и ощутимо провел пальцами по спине. Ощущения были какие-то нереальные, космические. Особенно когда тягучие поцелуи стали более глубокими и жадными. Голодными. И я не могла не отвечать взаимностью. Гладила Тео по волосам, обвивала руками его шею и жарко отвечала на все ласки.

– Какая же ты горячая, - шептал Тео, покрывая мои плечи жгучими поцелуями.
– И только моя. Никому не отдам.

Это я-то горячая? Да я по ощущениям была снежным комом, стремительно тающим от пылающего пожара. Никогда еще не чувствовала себя настолько потерявшей голову. Настолько зависимой от крышесносных поцелуев и нежных прикосновений.

А вот Тео был настолько горяч, что впору было воспылать от него факелом. Его руки бесстыдно изучали мое тело и в какой-то момент настойчиво потянули вниз полотенце. Оно и так держалось на слабом узле, поэтому мгновенно упало к моим ногам, и я судорожно вздохнула, когда к изучению тела присоединились губы.

Вопрос "А что насчет наших рун?" повис в воздухе без ответа.

Да к чёрту все это.

У меня не было никаких сил, никакого желания противиться натиску Тео, который, подобно урагану, сметал мою осторожность.

Только не сейчас, когда теплые ладони повторяют изгибы моего тела.

Только не сейчас, когда я чувствую себя такой живой, такой нужной и желанной.

Только не сейчас, когда в губы шепчут "Без ума от тебя", и моя душа охотно поет в ответ.

Глава 28. Стереть с лица улыбку

– Госпожа предпочитает домашний лимонад или вино?

– А?

Я невидящим взором уставилась на служанку в короткой узорчатой мантии, будто пытаясь заново вспомнить человеческую речь.

Мы снова сидели в трапезной, куда нас позвал император на ужин. Стол был заставлен всевозможными яствами, от зажаренной дичи до сложных слоеных пирогов со всевозможными начинками. Тут были сладкие пироги с местными фруктами и пирожки с рыбной и ароматной мясной начинкой. И все это не считая бесконечных закусок, тарталеток с салатами и еще чего-то непонятного из местной, экзотической, так сказать, кухни. Еды было столько, будто она была приготовлена для целой иностранной делегации, хотя в трапезной сидели только мы втроем да императорский советник, пожелавший составить нам компанию за ужином, чтобы скрасить наше ожидание. Хотя скорее всего такой пышный ужин был заказан в мою честь. Что-то мне подсказывало, что император всерьез поставил цель восхитить меня и уговорить остаться с ним на как можно более долгое время.

Но ни вести светскую беседу, ни есть я совсем не хотела. Однако отказывать гостеприимному императору было некрасиво, поэтому я просто сидела над пустой тарелкой и пыталась хоты бы не хихикать глупо. Ну или хихикать, но тихонечко, в кулачок, тщательно маскируя свое странное поведение покашливанием. Император Олимф в этот раз не торопился радовать нас своим присутствием, поэтому мы пока были предоставлены самим себе.

Служанка повторила свой вопрос про напитки, и я спешно кивнула:

– Лимонад, пожалуйста.

Я и так чувствую себя пьяной, куда мне еще что-то алкогольное пить?

Вы бывали когда-нибудь опьяненными счастьем? Если да, то вы счастливчики! Я вот впервые себя сегодня так странно почувствовала, меня распирало и таращило.

Полагаю моей идиотской улыбкой можно было осветить целую улицу. Нет, целый квартал! Весь этот Мирагр можно было осветить, точно вам говорю!

Винсент снова без умолку трещал с императорским советником, а Тео сидел напротив меня примерно с той же придурковатой улыбкой, что никак не сходила с моего лица. Хотя эту улыбку я воспринимала скорее боковым зрением. Смотрела не в лицо Тео, а на его длинные тонкие пальцы, которые еще полчаса назад вытворяли такое... Ой, стоп, лучше об этом сейчас не вспоминать.

Мы сидели за тем же длинным низким столом среди разноцветных подушек. И если внешне мы выдавали себя только приклеенными улыбками, то со стороны нельзя было заметить, что мы с Тео не поджали ноги под себя, а вытянули их вперед, прижимаясь друг к другу и незаметно поглаживая.

В груди разливалось приятное тепло. Такое странное, незнакомое мне. А в животе, как говорится, порхали бабочки - гигантские такие мотыли, я бы сказала.

Венчальная руна на запястье тоже как будто бы стала теплой. Я не заводила разговоров об этом с Тео, он сам тоже пока не поднимал эту тему. Сейчас вообще не хотелось говорить и думать, хотелось только ощущать, поглаживать, как бы невзначай касаться рукой. Быть максимально близко.