Чтение онлайн

Я благодарно ему улыбнулась, а он опять неуловимо быстро приблизил лицо к моему, и шепнул:

— Я безумно тебя хочу, но… — его горячее дыхание пощекотало шею. — Я хочу, чтобы для тебя это был не долг, а удовольствие. Хочу, чтобы ты сама захотела этого. Хочу, чтобы ты мучительно ждала моих поцелуев, чтобы у тебя пальчики ног сводило судорогой от желания, чтобы я к тебе прикоснулся. Руками… губами… языком… зубами… всем телом… Хочу, чтобы ты стонала мое имя мне в рот, когда мы будем вдвоем, одни во всем мире, и я буду входить в тебя; хочу, чтобы…

— Хватит! — пискнула я, чувствуя, что во мне проснулось не только смущение, а еще то, чего и добивался Кайл.

— Хорошо, — вопреки моим опасениям, парень отстранился, — ты права, пока хватит, но потом…

Я не могла повернуть голову в сторону Этана. Мне было стыдно, что он все это видел и слышал, стыдно, что мой голос не был уверенным, когда я это остановила. Более того, он прозвучал так, будто я не только смирялась, а давала согласие.

— Смелое заявление, — прокомментировал Этан поведение друга. — По крайней мере, пока в этом мире есть я.

— Не искушай меня, — неожиданно Кайл обнажил зубы и издал тихое рычание.

— Не обольщайся, — отрезал Этан. — Я хочу искушать Керраю, а не тебя.

Заметив, как руки Кайла частично трансформировались, я отставила чашку и обняла его ладони, которыми он сжимал свою чашку. Он упрямо смотрел на Этана — а тот тоже начал преображаться, и его черные волосы уже сменились рыжей гривой.

— Все, хватит! — когда мне все-таки удалось высвободить чашку из лап (уже лап!) Кайла, я стала между друзьями. — Ночь за окном, и пора решать, как мы будем спать!

Взгляды ребят стали осмысленными, мое предложение явно заинтересовало их больше, чем драка. Этан мгновенно избавился от львиной гривы, а руки Кайла вновь стали человеческими. Он взглянул на свою чашку, но не взял ее, видимо, откладывая до тех пор, пока мы не придем к консенсусу, а то мало ли… спор — и опять лапы, а в них так держать неудобно.

— Значит, так, — сказал Кайл, — брачной метки на тебе не будет, но чтобы добиться того, что ты хочешь, надо сделать так, чтобы тигр этого даже не заметил. Если он поймет, что ты без метки, решит, что у него есть шанс и не откажется от тебя.

— Даже если я скажу, что вышла за других и счастлива?

— Ты можешь говорить, что угодно, — сказал Этан, — но оборотни чувствуют не только ложь, но и другие сильные эмоции. А еще… если на тебе не будет брачной метки, Кайл прав, тигр не отступится. Подозреваю, попробует тебя украсть.

— После всего?!

— После чего? — Этан витиевато махнул рукой. — Если на тебе не будет метки, он подумает, что для оборотней, которые на тебя женились, это ничего не значит, что тебя не признали за пару. А так как ты уже его пара… Он может чувствовать что угодно, может быть в бешенстве, но он скорее выгрызет с шерсти все свои полоски, чем позволит так с тобой обращаться.

Я в панике посмотрела на Кайла. Понятно, что Этану я не позволю поставить на себе брачную метку — это свяжет его со мной навсегда, а Кайл… Он лишенец, он меня любит и не собирается никуда уходить, его «навсегда» очень даже устраивает, так что…

Единственное, что меня пугало и угнетало — брачная метка ставится в момент соединения, а я хоть и вышла замуж, но была не готова к совместной ночи. Но если выбора нет…

— Ты еще попроси себя изнасиловать! — встретив мой взгляд, рявкнул Кайл, но взял себя в руки. — Выход есть. Не слишком он для меня желанный, но…

Их взгляды с Этаном скрестились.

— Какой выход? — нетерпеливо поинтересовалась я.

— Запах, — ответил Этан. — На тебе должен быть наш запах с Кайлом.

— А… это… Я согласна!

Я облегченно выдохнула, подумав, что этого можно добиться, если мы вместе какое-то время полежим рядом. В одежде, конечно. Я могу даже носки вытерпеть летом, чтобы не искушать никого оголенным телом. Могу поискать панамку — по-моему, она у меня, кстати, есть, завалялась в числе тех неудачных покупок, что я сделала в лавке Агни.

— Сильный запах, — уточнил Этан. — Очень сильный.

Я уже готова была отказаться от идеи с панамкой и носками, более того, сумела порадоваться этому — как ни крути, а такое одеяние ночью выглядело бы как минимум странно, да и жару я не очень люблю. А теперь мучиться не придется — чем не повод для счастья? Но Кайл не дал насладиться этим ощущением, расставив все точки над «і».

— Чтобы добиться такого эффекта, нам придется спать в одной постели. — Он сделал глубокий вдох. — Всем вместе. И чтобы наши запахи смешались, лучше спать без одежды.

Немая сцена.

У меня не было слов. Я переводила взгляд с одного парня на другого, они, не мигая, терроризировали взглядом друг друга, явно считая в предстоящем трио кого-то лишним. Мы словно застыли вне времени и пространства, из которого не могли вырваться, но вдруг сверху раздался какой-то странный хрип и грохот, и мы, вздрогнув, обернулись.

У подножья лестницы лежали ежик и дикобраз, кверху пузиками, раскинув короткие лапки, едва дыша и стараясь не выдать себя мыслями, что они все слышали, в курсе всего и теперь пребывают в культурном шоке. Эй, кто там? Кто-нибудь их видит и сострадает? Похоже это вообще на культурный шок? Или они зря расстались с десятком иголок, когда так молниеносно изобразили обморок и скатились со ступенек? Эй, кто тут? Ну давайте, страдайте уже, приводите бесчувственные тельца в себя, целуйте в носик, пустите слезу, а то неудобно лежать-то, вас бы самих, задом на колючки… Эх, ну что, обижаться и глаза открывать? Все зря, да?

— Вы мои хорошие! — рассмеявшись, я поспешила к ним и, поцеловав сопящие носики, перевернула зверьков на пузики, и стала уговаривать прийти в себя, открыть красивые глазки.

Услышав про красивые глазки, зверьки не смогли сдержаться и, сделав умильные мордочки, мол, все ради меня, перестали изображать шок.

— Вы мои красивые, — приговаривала я, поглаживая их по носикам. — Вы мои непоседливые. Ладно Кайл, у него иголок все-таки больше, и вообще он знатная колючка, но ты, Этан, ты-то зачем катился с лестницы? Ты же у меня добрый и тихий ежик! Это Кайл, да? Он тебя подбил?

— Вот не надо на нас наговаривать! — заявили мне со смешком, и я увидела, как Кайл подхватил своего тезку-дикобраза под мышку, и заглянул ему в глаза. — Все бы Этанам прикидываться белыми и пушистыми! А у нас если есть колючки не только на теле, а и в душе, мы их за пушками не прячем!

Дикобраз, увидев такую поддержку, смирился с тем, что лапки в воздухе, и висеть не слишком удобно, и важно кивнул, изображая из себя жертву оговора. Да, он такой, колючий, добрый и нудный! Нудным быть не сильно хотелось, но что поделать? Пару часов такую характеристику можно перетерпеть, а потом, когда случится новая шкода… Может так быть, что подозрение сразу падет на ежика?