Чтение онлайн

– Придется, – согласился я. – А что остается делать?

И мы начали думать. До обеда мы ничего не придумали. Пообедали. И снова начали думать. Но ничего путного опять не придумали. Ближе к вечеру я категорически запретил Куропаткину думать и предложил действовать. Мы просмотрели с десяток отчетов, имея в виду оценить удельное время. Даже по гамбургскому счету меньше пяти минут на отчет не получалось.

– Все же их много, – подвел итог Вася.

– Безнадежно много, – подтвердил я. – Даже если работать без выходных.

– Думаю, Валентина нас не поймет, – произнес он самым невинным голосом.

– Думаешь?

– Ну.

– А ведь я тебе это запретил. Еще раз подумаешь – схлопочешь по шее.

– Зачем же сразу по шее? – обиделся Куропаткин. – Мог бы ограничиться устным предупреждением.

– Я и ограничился. А в следующий раз не ограничусь. Имею полномочия.

– От Валентины? Не верю. Не могла Валентина дать тебе полномочия давать мне по шее. Хотя, конечно, ты теперь большая шишка. Зять самого Сюняева! А мы кто? Мы…

– Неофициальный, прошу заметить, – сказал я самодовольно. – А кстати, складывается такое впечатление, что ты с ней знаком.

– Конечно. Нет, Глеб, ты просто молодец. Как тебе удалось захомутать Валентину?

– Ты выбирай выражения! Потом, еще неизвестно, кто кого захомутал… А ты-то как с ней познакомился?

– Да так… Случайно. Она учится в одной группе с моим братом. Самая красивая женщина на курсе!

– Да? А сколько их там всего?

– Штук, примерно, семь. Точно не знаю. Могу уточнить. Уточнить?

– Не стоит. А почему так мало? Она на юридическом?

– Не совсем. Видишь ли, раз в три года набирают курс специально для укомплектования служб ГУКа. Там почти одни мужики.

– Да? А почему не набирают группу каждый год?

– Откуда ж мне знать, – Вася развел руками. – Видимо, есть какие-то резоны.

– Так твой брат идет по твоим стопам?

– Скорее, я по его. Я ведь про наш отдел узнал, когда он поступал. Наплел мне всякого, я и решил посмотреть… А куда он сам метит – одному Богу известно. Юридическое образование рассматривает как плацдарм для броска в неизвестность.

– Понятно, – сказал я. – Валентину, стало быть, отец пристроил?

– Нет, он был против. Валентина сама пробилась. И метит к нам в отдел, под начало Гири.

– Ясно. Стало быть, я у нее – плацдарм для броска… Просто свинство какое-то!

– Именно, – согласился Вася. – Устрой ей скандал. Хороший повод. Обрати внимание, она через твою голову консультировалась с Гирей. Это прецедент!

– А ты, между прочим, должен был заткнуть уши.

– А я, между прочим, и с заткнутыми ушами все слышал.

Мы еще потрепались немного и расстались довольные друг другом, но недовольные собой. Еще бы – день коту под хвост, а меня Гиря послал отнюдь не для развлечений.

Под конец Куропаткин совершенно серьезно мне сказал:

"Глеб, эти шестьдесят тысяч – цифра подавляющая. Думать тут бесполезно. Значит, придется начать размышлять. Пока у меня только две мысли. Надо автоматизировать перебор – раз. И надо попробовать ассоциативный поиск. По ключевым словам. Только вот по каким?"

"С завтрашнего числа я начну размышлять над ключевыми словами, а ты – над перебором. А сегодня – ни-ни! Хватит!", – подытожил я.

Всю дорогу к дому я размышлял над ключевыми словами. Какие бы это должны быть слова? Вероятно, редкостные и заветные. Гиря такие знает. Я – нет.

Только входя в лифт, я очнулся. Сегодня мне предстояло впервые вернуться со службы в лоно семьи. И если говорить откровенно, я испытал легкое волнение. Основываясь на предыдущем опыте, совершено невозможно было предположить, как поведет себя Валентина. Например, я возвращаюсь и обнаруживаю в вазе засохший цветок вместе с запиской. Там сказано: "Прости, это была минутная слабость. Я решила уйти – так будет лучше. Валентина". Или, я возвращаюсь и в моей квартире обнаруживаю третьего, который объясняет мне, что они с Валентиной старые школьные друзья, когда-то расстались, но теперь встретились, и любовь вспыхнула вновь.

Да, уверенность меня покинула. Я чувствовал, что недостоин Валентины. Кто я, собственно, такой? Довольно серая личность, маловыразительная и унылая. Надо радоваться уже тому, что королева подарила мне две ночи. А ведь ваза разбита, и скорее всего Валентина ушла без всяких объяснений…

Не скрою, когда я давил кнопку звонка, мое состояние было близко к обморочному. А когда дверь открылась, я почти потерял сознание. Ибо на пороге стоял мужчина.

И только собрав в кулак остатки мужества, я нашел в себе силы узнать своего младшего брата.

Это был Коля, собственной персоной во плоти и крови. Тот самый Коля, который исчез два месяца назад. Мать его потеряла и терроризировала меня звонками, почти ежедневно вызывая для переговоров. Коля – кошмар нашей семьи.

– Колька! – заорал я. – Это ты? Чтоб ты лопнул!

– Здорово, братан! – в свою очередь завопил Коля, и упал в мои объятия.

Я, разумеется, его обнял и облобызал. А потом развернул на сто восемьдесят и дал хорошего пинка.

– Ты что творишь! – заверещал братец, отлетая к ванной. – Что за фамильярности! Это что, проявление любви и братской привязанности?

– Ты где был, свинья? – осведомился я. – Ты почему матери не звонишь, животное? И сколько это будет продолжаться? Где был, отвечай?!

– В одном месте, – пробурчал Коля, одновременно почесывая ушибленный зад и ушибленный локоть. Чего дерешься?..

– И в этом месте не было ни одного видеофона? Я на Луне торчал месяц, через день звонил!

– Конечно не было. Мы сплавлялись на плоту с мужиками.

– Куда это вы сплавлялись?

– К Ледовитому океану, куда же еще…

– Ясно, – сказал я. – Утратили связь с цивилизацией? Отвечай, сын гиены и шипучей змеи!

– Отвечаю, брат мой, – смиренно произнес Коля. – Мы с группой лиц плыли по великой сибирской реке, с целью набраться впечатлений и образов.

Мой младший брат – художник. Личность фантасмагорическая и непредсказуемая. Сегодня он летит на Марс для запечатления восходов и пыльных бурь (хотя, как их можно запечатлеть – не знаю), а уже завтра его можно встретить среди лунных пейзажей с кистью, мольбертом и зубилом, ибо послезавтра он ваяет скульптуру обнаженной танцовщицы в дебрях Камбоджи. А мать объявляет всепланетный розыск… Словом, паразит без изъятий!